Он нагнулся к ней, подойдя к главному в своей речи.
– Даже если вы этого не помните, то вполне вероятно, что этот парень ударил вас по голове и уволок с тропы, не так ли? Как на это ни посмотри, это в любом случае нападение, нанесение увечья и похищение.
– Я не верю, что он виновен в этих преступлениях.
– Если он ни в чем не виновен, почему он сам не привез вас в город и не прославился?
Эмори открыла было рот, но слов для ответа не нашлось.
Найт продолжал так, словно она ему ответила:
– Вот именно. Появление в свете софитов позволило бы ему получить двадцать пять штук. И это наводит нас на мысль, что он скрывается от закона. Вы должны помочь нам поймать его.
– Зачем вам я? Вы обыскали каждый уголок в его хижине.
– Она ему не принадлежит, это съемное жилье.
– О!
– Вы явно удивлены.
Эмори посмотрела на разгромленные книжные полки.
– Он вел себя как хозяин. Но если он ее арендовал, то его фамилия наверняка есть в договоре.
– Арендную плату вносит адвокат из Сиэтла.
– Из Сиэтла?
– От имени какого-то общества с ограниченной ответственностью, а генеральным партнером этого ООО является корпорация. Мы пытаемся прорваться через красную ленту, ограждающую любого человека в корпорации, ну а пока наш подозреваемый уходит от нас.
– Братья Флойд заявили, что не помнят, как он выглядит, – вступил в разговор Грейндж. – Их мать говорит то же самое. Под описание, которое Лиза дала помощнику шерифа, с одинаковым успехом подходит и Бейонсе, и я. Нам как-то трудно поверить, что они настолько не способны ничего вспомнить. И мы думаем, что вы помните его намного подробнее, чем говорите нам.
– А это можно расценить как препятствование следствию, – подвел итог Найт.
– Как вы можете доказать, что я о нем помню, а что нет? – парировала Эмори. – У меня было сотрясение мозга, и томограмма это подтверждает.
Раздосадованный Найт сменил тактику. Вздохнув так, словно он смирился, детектив сказал:
– Так мы ни к чему не придем. Я слышу, как ваш муж спорит с помощниками шерифа на улице, и я понимаю его нетерпение. Он достаточно натерпелся от нас.
И простите меня, Эмори, за то, что я это говорю, но вы выглядите изможденной. Возможно, вам не следовало так быстро выписываться из больницы. Да и нам надо было дважды подумать, прежде чем везти вас сюда.
Но раз уж мы проделали весь этот путь, скажите нам одну вещь. Только одну вещь, которая нам поможет. А потом мы вернемся в Дрейкленд и проследим за тем, чтобы вас поместили в уютное и комфортное место, где вы сможете как следует отдохнуть.
Эмори ждала, пока это словоблудие прекратится, и ответила:
– Прошу вас, перестаньте говорить со мной так, будто я сумасшедшая.
– Я ни в коем случае не считаю вас сумасшедшей.
– И я не больна. Но я устала от ваших попыток выжать из меня информацию, которой я не обладаю.
– Я думаю, обладаете.
– Тогда вы ошибаетесь.
– Мы можем обвинить вас в помощи преступнику и в соучастии в преступлении, – вмешался Грейндж.
– Вы не знаете, преступник ли он.
– У нас есть видео, на котором он совершает ограбление со взломом.
– Этого у вас нет. У вас есть видео со мной.
– Он угрожал вам и Флойдам, чтобы вы не раскрывали его личность?
– Я не знаю, кто он такой.
– Вы сидите здесь и отказываетесь сотрудничать…
– Я не отказываюсь.
– …а он тем временем уходит все дальше и дальше.
– Назовите нам его имя.
– Я его не знаю.
– Эмори…
– Я не знаю его имени!
* * *
– Хэйес Бэннек.
– Что насчет него? – спросил Джек.
– Отпечаток его пальца сняли с крана на кухонной мойке в Северной Каролине.
Накануне вечером в шесть пятнадцать вечера Джек вышел из дома Ребекки Уотсон с желанием придушить ее.
Не считая того, что он нашел ее дом, поездка в Сиэтл оказалась полным провалом. Рассудив, что не имеет никакого смысла преследовать женщину дальше, рискуя потерять свою мужественность, Джек Коннел сразу же направился на пристань, сел на паром, добрался до Сиэтла и проехал через город прямиком до аэропорта. Он успел как раз вовремя, чтобы приобрести один из немногих оставшихся билетов на самолет до Нью-Йорка. Он убивал время в аэропорту за чтением плохого романа о хорошем полицейском и читал до самого отлета, который отложили на полтора часа. Болтанка была настолько сильной, что еду и напитки разносили ограниченно, и пассажиров попросили не вставать с мест и не расстегивать ремни безопасности.
Потом из-за погоды самолет долго нарезал круги в воздухе, пока ему наконец не дали разрешение на посадку. В аэропорту Джона Фицджеральда Кеннеди Джек отстоял в очереди на такси длиной в полмили, пританцовывая на месте, чтобы не замерзнуть, и подставляя спину ледяному ветру. Он только что вошел в свою квартиру, везя за собой чемодан на колесиках, и чувствовал себя грязным и измученным. У него было ощущение, что его размазали по стенке.
Он ответил на звонок Грира в последнюю минуту. Теперь он выпустил ручку чемодана из руки. Тот упал.
– Повтори!
Грир повторил ошеломляющую новость.
Джек стоял совершенно неподвижно, ожидая подвоха, довольного возгласа «Попался!», хотя он никак не мог представить, чтобы его проверенный коллега сыграл с ним злую шутку такого рода.
Спустя пятнадцать секунд изумленного молчания Грир окликнул его:
– Джек?
– Да, я слушаю, – его сердце снова забилось, в легкие поступил кислород. – Когда?
– Когда они сняли его отпечатки? Сегодня утром. Копию послали тебе на электронную почту. Сообщение пришло около трех минут назад. Я подумал, что тебе следует это увидеть.
Джек включил компьютер, открыл почту. Последнее письмо было от некого сержанта детектива Сэма Найта. Он попытался прочесть его как можно быстрее, и от этого ничего не понял, словно письмо было написано на языке зулусов. Джек начал с приветствия, потом прочитал письмо еще раз, заставляя читать медленно.
Слова прыгали у него перед глазами. Кража со взломом. Нападение и нанесение телесных повреждений. Похищение. Предполагаемое изнасилование.
– Иисусе!
Джек перезвонил Гриру.
– Я потерял дар речи, – сказал ему Уэс. – А ты как?
– Когда Бэннек снова дает о себе знать, он делает это на полную катушку. Как быстро ты сможешь меня туда отправить?
– Ты только что с самолета. Возьми сегодня выходной…
– Нет, немедленно. Перезвони мне через пять минут.
Джек был уже чисто вымыт, выбрит и торопливо переодевался в чистую одежду, когда Уэс Грир перезвонил ему.
– Я отправил тебе на почту твой маршрут.
– Задержки рейсов ожидаются?
– Не здесь. Но рейс из Шарлотты, на который ты пересядешь, могут задержать, если туман в Эшвилле не поднимется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
