вампира.
— Ты… Вы… Как вы поняли? Как узнали? — тараторю я.
— Ты вела себя слишком странно за ужином, — замечает Дарк.
— Странно — это мягко сказано, — вернувшийся Алард говорит слишком холодно, слишком спокойно и отстранённо. Только в глаза заглядывает. Глубоко. Тревожно. Слишком интимно. — Я почувствовал чужеродное воздействие на тебе.
— Я тоже, — тихо рыкнув, стискивает крепче муж.
И только сейчас я понимаю, что больше не чувствую злости или раздражения на Аларда. Как и не чувствую той разрывающей сердце боли по отношению к Даркраю.
— Простите… — слишком поздно приходит раскаяние от собственного поведения за ужином.
— Ты не виновата, — резко перебивает Дарк. — Это мы должны были всё предусмотреть.
— Мы должны были, — соглашается Алард со сталью. — И больше такого не допустим. Поезжайте домой. Отдохните. Завтра всё обсудим.
— Я хочу лично допросить Лусара, — не соглашается Гильермо.
— Я хочу знать… Он действовал один или по приказу Валиана? Может, это вообще был экспромт, — я тоже не хочу уезжать и с тревогой ожидать вердикта.
— Вряд ли это был экспромт, — усмехается Алард. — Но Лусар переоценил свои возможности.
— Думаю, у него были чёткие инструкции от Валиана, — хмыкает Дарк. — Дракон уверен, что мир должен лежать у его ног.
— Вряд ли он будет играть настолько грязно. Похищение совершенно точно не поможет ему оставить Таню в Равенмарке, — не соглашается Алард.
— Это мы с тобой знаем.
— Вы опять меня обсуждаете при мне же! — перебиваю двух королей. — Я не трофей. Пора поставить точку в этом споре. Я останусь в Дадарии.
— Не слушай перепуганную и перенервничавшую женщину. Отдохнёт и передумает к утру. Поезжайте, Гиль. Завтра я приеду и поговорим в спокойной обстановке, — отмахивается Алард.
Муж мой любимый и в данный момент спевшийся с правителями, удобнее подхватывает на руки и несёт к нашей белоснежной карете с гербами жрицы. А я от возмущения теряю дар речи.
Глава 50
Стоит мне оказаться в безопасности, тепле рук мужа и подальше от дворца, как я моментально отключаюсь. И даже не просыпаюсь, когда моё тельце буксируют в комнату.
Всё веселье наступает за утренним завтраком. Пока я приводила себя в порядок, муж с родственницами уже расположились в столовой. Я уже из холла слышу ядовитые эпитеты в свой адрес, которые буквально выплёвывает свекровь.
Останавливаюсь у порога, разглядывая композицию. Матушка с дочерьми сидит ко мне спиной. Гильермо, невозмутимый, закрылся очередной газетой и, кажется, не слышит родительницу.
—… опозорила славное имя нашего дома! — срывается на истеричные нотки Анхелика. — Где это видано, чтобы графиня на глазах у высшего света каталась на коленях у мальчишки-повесы! А то, с какой лёгкостью она обсуждала возможность оказаться в постели с этим древним ящером! Как ты можешь такое терпеть!
Муж отгибает уголок газеты и с мрачно-гневным выражением лица устремляет взор на мать свою женщину.
— Ты обязан поставить её на место и прилюдно отказаться от жены! — заканчивает длинную отповедь Анхелика. — Если не ради нашей репутации, то ради себя!
— Мой брак нерушим, мама, — чеканит Гильермо.
— Она тебя опутала, обманом женила. Мы добьёмся аннулирования брака! — распаляется матушка.
— Хватит! — ставит точку Гильермо, смяв окончательно газету.
— Она права, — тихо так замечаю, прикусывая щёку с внутренней стороны.
Три женщины бодро разворачиваются. У одной улыбка победная. Гиль вскидывает голову и переводит взгляд куда-то за мою спину. Вся семейка спешно вскакивает. Дамы садятся в глубоком реверансе. Оборотень, приложив кулак к груди, склоняет голову. Непонимающе оборачиваюсь и мысленно проклинаю родственниц мужа, королей и на всякий случай Богиню тоже!
Прямо передо мной стоят четверо. Дворецкий, чуть сгорбившийся и явно не готовый к присутствию такой концентрации властных личностей на квадратный метр, и повелители. Алард, Валиан и Даркрай. Статные, безумно красивые. Надо признать, что драконий король тоже красив. С высоко поднятыми головами, прямыми спинами и взглядами, в которых нет ничего светлого.
— Ваши Величества, — первой выходит из ступора Анхелика. И, залебезив, бодренько огибает меня. — Жульен, накрой на стол в большой столовой. Негоже важных гостей встречать здесь. Девочки….
— Доброе утро, леди Анхелика, — останавливает порывы дамочки мрачный Алард. — Мы пришли к Татьяне.
— Опять к ней, — долетает тихое шипение Лареты.
— Верховная, — шагает ближе Валиан и перехватывает мои пальцы. Не отстраняюсь, лишь голову выше вскидываю. Он намного выше всех знакомых мужчин. — Я приехал, чтобы принести официальные извинения от имени своего королевства и лично убедиться, что ты в порядке. Лусар не успел ничего тебе сделать?
— Благодаря Их Величествам и моему мужу — не успел, — холодно отвечаю, вытягивая из горячей ладони пальцы.
— Его действия самовольны и недопустимы. Лусар отстранён от должности, лишён всех привилегий. Более того, он уже едет в Равенмарк под надзором Тёмных Псов и будет казнён незамедлительно.
— Вы утверждаете, что не знали о его намерениях? — скептически переспрашиваю.
— Официально заявляю: Нет! — твёрдо, с тихим гневным рычанием припечатывает Валиан. И его зрачки опасно сужаются. — Я сожалею, что не распознал предательства раньше. Этот инцидент не должен бросить тень на отношения между нами. Я уважаю твою силу, твою независимость и выбор, который ты сделаешь.
— Извинения приняты, Ваше Величество, — отступаю первой и немного склоняю голову. Не знаю почему, но я верю его словам.
— Замечательно, Анхелика, теперь можете нас и чаем угостить, — расплывается в улыбке драконий правитель и, протиснувшись мимо меня, уходит флиртовать с девушками.
Свекровь тут же разводит бурную деятельность. Покрикивая на дворецкого, уносится сервировать большую столовую и устраивать всё по «аристократской красоте».
Укоризненно смотрю на оставшихся молчаливых королей. Даркрай шагает первым и, раскрыв ладонь, ткёт из собственной чёрной магии бутон розы.
— С праздником Весеннего Возрождения, Таня, — таинственно тихо тянет он.
Стоит моим пальцам прикоснуться к дымке цветка, как от меня льётся свет и покрывает всю ладонь дроу. Отдёрнув руку, изумлённо смотрю на настоящую кроваво-красную розу.
— Спасибо. И вас, Ваше Величество.
Поворачиваю голову к Аларду. Мужчина глаза закатывает, явно мысленно обзывает Даркрая позёром и просто вынимает из нагрудного кармана плоскую шкатулку.
— С праздником, Татьяна.
Открыв её, рассматриваю брошь с гербом Богини. Очень детализированно выполнено,
