В дверь позвонили. Первым отреагировал Матвей, который и пошёл открывать дверь.
— … Всё, в общем-то, в порядке… — несколько деловым тоном вещал Матвей, заводя в гостиную двух медиков. — … ребёнок упал с дивана, а молодая мама оказалась к этому не готова.
— Ясно, — сухо отвел доктор, который явно был не рад тому, что его выдернули по такому пустяку. Подойдя ко мне, поднял руки и поманил пальцами Тимку, глядя при этом на меня. — Могу я осмотреть вашего сына?
— Да, конечно, — растерялась я и повернула ему Тимку, чтобы было удобнее его осмотреть.
— Угу, — заключил доктор. — Ничего серьёзного я не вижу. Могу порекомендовать вам только ранозаживляющее, а вам, мамочка, успокоительное, — с явным подколом произнес доктор, записывая рецепт на маленьком листочке. — До свидания, — бросил он раздраженно, и тихо своему коллеге буркнул. — Эти молодые мамаши…
— Наверное, когда звонил, не нужно было вопить так, будто тут огнестрел? — виновато поморщился Матвей, проводив медиков.
— Я пойду Тимку купать, — сказала я, будто отпрашивалась у них у всех.
Мало ли, вдруг еще полиция приедет или МЧС?
— Я помогу тебе, Май, — будто «разморозился» Мирон и поднялся с кресла. Снимая пальто, ушёл в прихожую.
— Я отвезу тебя домой, мама. Идём, — подхватил Матвей под локоть Екатерину Михайловну и помог ей встать с дивана. — Давай сюда сумку.
— Подожди, Мотя, — едва слышно выговорила маман. Чтобы не пялиться, я решила не ждать Мирона и просто зайти в ванную комнату. В любом случае, он знает, где мы с Тимкой сейчас должны быть. — Майя, подожди, — окликнула меня Екатерина Михайловна.
— Да? — обернулась я. Заглянула в глаза женщины, которая, казалось, постарела лет на десять за сегодняшний вечер. Она даже дышала шумно, будто ей сложно было это делать. — С вами всё хорошо? — насторожилась я.
Вдруг что-то с сердцем?!
Женщина молча подошла к нам с Тимкой, взяла внука за ручку, а на глазах её вдруг выступили слёзы.
Я испугалась. Растеряно посмотрела над её плечом в глаза Мирона, который как раз подходил к нам.
— Мама, посиди немного. Может, воды? — подхватил её Мирон под локоть.
— Подожди, сынок, — отмахнулась женщина вяло. — Всё хорошо. Я просто… — шумно втянув носом воздух, она сморгнула слёзы и заглянула мне в глаза. Если она не прекратит плакать прямо сейчас, то я к ней присоединюсь. — Спасибо тебе, — вдруг сказала она. — Спасибо, Майя.
— Я ничего не сделала, — пристыженно опустила я глаза.
Я, скорее, натворила: недосмотрела за Тимкой, а затем как истеричка плакала вместе с ним вместо того, чтобы оставаться взрослой.
— Ты сделала очень много. Для Тимура и для моего сына. Прости что не приняла тебя всерьёз.
— Ничего. Иногда это было даже забавно.
Вялая улыбка отразилась на губах женщины. Поцеловав Тимку в моих руках, он мягко погладила меня по плечу и позволила Матвею надеть на нее пальто.
— Я пока ничего не скажу отцу, — заговорила Екатерина Михайловна более официально уже с Мироном. — Но ты же понимаешь, что у нас с её родителями общее дело, так что об этом всё равно придётся поговорить?
— Понимаю. Но давай хотя бы не сегодня.
— Конечно, — согласилась маман и мазнула по нам с Тимкой взглядом. — Ты прав, сыночек.
— Ну, всё. Идём, мам. У другого сыночка тоже есть дела, — повел ее Матвей в сторону прихожей, в которой дверь открылась раньше, чем до нее успели дойти.
— Где эта мразь?! — фурией влетела Света в гостиную, держа в руке какую-то статуэтку.
— Света! — бежал за ней муж и выхватил из её руки эту статуэтку. — И где ты её взяла только?
— Группа медленного реагирования, — рассмеялся Матвей. — Я вам ещё часа полтора назад звонил. Вы что так долго?
— Мы загородом были, — пояснил Сан Саныч.
— Майя, Тимка! — вскрикнула Света и схватилась за голову, разглядев на нашей с малышом одежде капли крови. — Что эта гнида сделала? Где она? Вы вызвали полицию? Скорую?
— Не нагнетай, Света, — осёк её Мирон. — Всё в порядке. Мы разобрались.
— А я говорила вам! — вспылила вдруг Света, накинувшись на маман. — Я говорила, что эта Алина та ещё… Но вы же меня не слушали! Алина же в костюмчике твидовом…. Алина девочка хорошая, прилично лижет задницу… Довольны?
— Света, — одёрнул её теперь уже Сан Саныч. — Сейчас не лучшее время.
— Она права, — согласно кивнула Екатерина Михайловна. — Ты всегда во всем была права, дочка, — сказала женщина и неожиданно обняла Свету, которая настолько от этого опешила, что не сразу сообразила обнять её в ответ.
— Ну, ладно… кхм, — взяла себя Света в руки. — Я переборщила. Простите.
— Всё хорошо, — улыбнулась ей Екатерина Михайловна.
— Точно всё хорошо? — обернулась ко мне Света и сжала кулак. — Может, кому… м?
— Всё хорошо, — успокоила я её.
— Но, если что — сразу звони.
— Ага, чтобы вы опять приехали, когда всё закончится? — прыснул Матвей. — А ты где, реально, эту статуэтку взяла? — тряхнул он статуэткой, похожей на Оскар. — Тяжелая.
— Это вы ещё не видели, как я у нее шокер в машине отбирал, — поделился Сан Саныч.
— А ты, я смотрю, готовилась, — хохотнул Матвей.
— Кровь-то откуда? — приглядывалась к нам Света. — Губёшку разбил. Или это Алина…
— Тимке уже пора спать, — перебил её Мирон, который выглядел уставшим сильнее, чем сам Тимка.
— Намёк понят, — включился мгновенно Матвей и буквально вытолкал всех из квартиры, крикнув напоследок за порогом. — Спокойной ночи! Если что — сразу звоните, но Светка всё равно опоздает.
Глава 48
— Я помогу тебе, — сказал Мирон, когда квартира опустила от гостей, и я, наконец, смогла пойти в ванную, чтобы искупать Тимку.
Глядя в его глаза, в которых читалась вселенская усталость абсолютно от всего, предпочла оставить его на некоторое время одного.
— Не нужно. Я сама искупаю Тимку, а вы пока… приготовьте ему смесь, — предложила я первый пришедший на ум вариант для его отвлечения.
— Мы снова на «вы»? —
