не была директором! Она же эколог.
– Какая разница: эколог, или пекарь, или кто-то ещё? Важно, чтобы человек имел навыки управления и умел применять их на практике. По технологии ты ей подскажешь, да она и сама знает технологию целлюлозно-бумажного производства.
Валерий Васильевич согласился. Раиса Матвеевна приехала в Кувшиново и стала директором Каменской фабрики. Она сумела создать коллектив, подтянув нескольких людей из Байкальска, главным инженером предприятия стал Юрий Константинович Базанов. В итоге Раиса Матвеевна руководила предприятием семь с половиной лет. Под её руководством в Кувшиново построили бумагоделательную машину и современный гофроцех.
На Каменской фабрике ранее уже был цех картонного производства, где стояли две картоноделательные машины шириной четыре тысячи двести миллиметров, те самые, которые ранее изготавливали картон для крыш «жигулей». В то время на них уже производился картон для книжных обложек и канцелярских папок.
Эти машины были установлены в очень хорошем большом здании, там были все необходимые подъездные пути и просторные склады. Мы решили, что эти машины мы демонтируем и поставим в здании одну большую машину шириной четыре тысячи шестьсот миллиметров. Выбор такого формата определялся размером гофроагрегатов. У нас были гофроагрегаты шириной две тысячи сто миллиметров, а их перспективный размер был две тысячи пятьсот миллиметров. Это был выгодный раскрой: четыре тысячи пятьсот миллиметров делились на две тысячи сто миллиметров и две тысячи пятьсот миллиметров соответственно.
По опыту посещения Saica я знал, что можно брать любые металлоёмкие части машины, но важно потом оснастить эту машину современными технологическими узлами. В Финляндии мы приобрели машину, которая раньше производила газетную бумагу. Для проектирования нашей большой бумагоделательной машины мы привлекли как российские компании, так и консультантов из компании Pöyry. С самого начала мы заложили большой бюджет на этот масштабный проект, где стоимость приобретённого финского станка составляла лишь 8 %. Не буду лукавить, в оценке проекта мы всё-таки немного ошиблись. Но это была уникальная ситуация на рынке: по завершении строительства мы превысили первоначальный бюджет всего на 10 %. Я знаю, что некоторые наши коллеги, которые тоже строили машины, превысили бюджет на 300 %. Нам удалось чётко реализовать наш план благодаря хорошо продуманной стратегии развития компании.
Финская бумагоделательная машина, которую мы приобрели, имела проектную скорость одна тысяча сто метров в минуту. По-моему, даже сегодня в России нет машин с такой высокой скоростью, хотя прошло уже очень много времени. Мы сразу планировали, что строительство будет происходить в два этапа. Сначала мы выведем машину на производительность в сто восемьдесят тысяч тонн в год, а на втором этапе разгоним её до двухсот пятидесяти – двухсот семидесяти тысяч тонн в год. Для реализации этого проекта мы собрали наших специалистов со всех предприятий. Руководителем проекта на площадке был Сергей Анатольевич Гомзяков, мы перевели его из Майкопа, где он в тот момент был заместителем главного инженера.
Для машины, которая должна была работать с такой скоростью, требовался очень прочный фундамент. Мы демонтировали старое оборудование, сделали геологические изыскания в цехе картонного производства и узнали, что известняковое залегание или твёрдая порода располагается на глубине от восемнадцати до двадцати четырёх метров. В соответствии с проектом мы забили в землю восемьсот свай вплоть до залегания известняка под всем фундаментом машины. Длина машины была около двухсот метров, а сам бумажный цех должен был быть не менее трёхсот метров длиной. Мы подписали контракты на поставку требующегося нам оборудования с несколькими западными компаниями, в том числе с компанией Andritz и рядом других. Строительную часть проекта выполняли российские компании, некоторые монтажные работы должны были проводить немецкие и австрийские компании.
Составленный график реализации проекта был очень плотным. Под этот график проекта мы подгоняли сроки поставки оборудования. Первоначально западные компании не отнеслись серьёзно к контрактным срокам. Они приезжали на площадку, осматривали её, подписывали документы, соглашаясь со сроками. Как я потом выяснил, они не верили, что мы выполним строительные работы вовремя. Мы двигались чётко по графику, но наши австрийские подрядчики были не готовы поставлять нам оборудование. Мы стали угрожать им санкциями по контракту, если оборудование не будет поставлено вовремя. Тогда к нам приехал представитель поставщика австрийского оборудования, чтобы вывести нас на чистую воду. Он был уверен, что сможет нам сказать:
– Зачем вы нас торопите, вам машину ещё некуда ставить! Вы ещё не готовы по строительной части.
Каково было его удивление, когда мы пришли в цех и он своими глазами увидел, что наши фундаменты уже практически готовы к установке. Австриец с уважением произнёс:
– Неудивительно, что вы войну выиграли!
Он понял, что мы умеем быстро строить, и позже признался: тот объём, с которым мы справились за восемь месяцев, в Австрии делают за два года.
Раиса Матвеевна отработала в СФТ достаточно долго и достигла выдающихся результатов, коллеги её очень любили. Она умела выстраивать отношения не только с подчинёнными, но и с властями, в том числе с силовыми структурами, для директора завода это чрезвычайно важно. Мы очень ей благодарны, что она не испугалась и взялась за фабрику.
В момент написания книги Раиса Матвеевна живёт в Кувшиново. Вместе с мужем они построили дом на большом участке земли, у них есть сад и огород. Дети и внуки с радостью приезжают к ним в гости. Пока Раиса Матвеевна была директором, всем хозяйством занимался её муж, Николай Александрович, который ранее работал механиком на Байкальском комбинате. Когда перед их семьёй встал вопрос переезда в Кувшиново, на семейном совете они решили, что для мужа будет неправильно работать на том же предприятии, где жена занимает должность директора. Они не хотели создавать сложностей во взаимоотношениях. Поэтому Николай Александрович Зайков сосредоточился на строительстве дома, на хозяйстве и на создании условий для супруги, чтобы она могла успешно работать директором. Работа руководителя требует огромного эмоционального напряжения, траты большого количества времени и сил. Я благодарен Николаю Александровичу за это решение, он создал условия для Раисы Матвеевны, чтобы она могла работать директором. Это правильно, когда супруги оценивают возможности и перспективы друг друга и живут как команда. Такая семья достойна уважения.
Когда Раиса Матвеевна покинула пост директора, мы перевели Владимира Васильевича Величко из Алексина на Каменскую фабрику. Владимир Васильевич уникальный человек: он очень успешный директор и просто не может жить без работы. Также Владимир Васильевич очень органично, легко и непринуждённо улучшает социальную среду вокруг себя. Он очень многое сделал для улучшения условий на Каменской фабрике: организовал своим сотрудникам посещение врачей, благоустроил территорию фабрики, построил душевые, учебные классы и медицинские пункты.
Набережная – его
