— А что там?
— Сейчас увидите, — только и успела сказать она, как совершенно неожиданно парк расступился и на его месте возник сад фонтанов. Почему я так назвал этот райский уголок, не знаю, но сие словосочетание само собой всплыло в моей одуревшей голове. Каких только их здесь не было!!! Глаза разбегались, пытаясь охватить всё сразу. Все они были разные, не похожие один на другой. Невероятнейшие формы и размеры, гаммы красок и звуков… Я от изумления проглотил язык. По всей видимости моя незнакомка видела всё это неоднократно, потому что продолжала уверенно идти куда-то дальше, даже и не думая приостановиться. Однако у одного из фонтанов я всё-таки задержался, поражённый до глубины души величием и неописуемой красотой, не в силах вымолвить ни слова. Столб огненной воды правильной цилиндрической формы, диаметром приблизительно метров семь вздымался, не рассыпаясь, на высоту пятиэтажного дома. И уже на самой вершине этой башни, формы начинали преобразовываться, расцветая в чашу лепестка, а ещё выше и в сам цветок, ниспадая опущенными лепестками вниз, в алмазный бассейн. Фонтан жил! Фонтан бурлил! Фонтан пылал! Всё в нём находилось в постоянном движении, всё звучало, всё играло!
— Где-то я видел уже подобное?! Только замершее!.. — пробормотал я и, не задумываясь о последствиях, сунул руку в это чудо, и тут же отдёрнул. Жгучим холодом обожгло ладонь. На фаланге пальца лежала громаднейшая огненная капля, отсвечивающая в лучах заходящего солнца рубиново-красным цветом. Она переливалась, играя красками, меняя формы, перетекала, оставаясь на месте, непрерывно двигалась, будучи при этом неподвижной, жила своей отдельной жизнью.
— Нравится? — спросили у меня.
— Ну, как такое может не нравиться, — выдавил наконец-то я из себя и взглянул на висящее над горизонтом солнце, оно оставалось на том же самом месте, что и несколько часов назад. — Может, и солнце здесь у вас никогда не заходит? — спросил я, продолжая разглядывать небосклон.
— А зачем?
— То есть как зачем?! — поразился я.
— Зачем ему заходить? Не проще ли отправиться туда, где постоянная ночь или утро? — в свою очередь спросила прекрасная фея.
— Если для каждого момента делать свой мир, вселенной не хватит.
— Вы так думаете? — лукаво усмехнулась она. — Хватит и ещё столько же останется. Универсальность хороша, но не в данном случае. Это в вашем обществе, на земле, всё пытаются универсализировать. Вспомните Леонардо да Винчи, который обнаружил, что существует 5 типов носов, или темперированный клавир. Таких примеров можно привести уйму.
— И всё-таки непонятно, зачем делать столько одинакового?..
— А кто сказал, что всё одинаково?
— Да. Вы правы, — устало согласился я, переводя взгляд снова на каплю в руке.
— Разомкните пальцы, — снова посоветовала мне спутница.
Я разжал. Капля тут же растеклась золотистым кольцом, охватывая палец и устремляясь вниз, в свой бассейн.
— Какая прелесть… — только и смог сказать я.
Мир перед глазами стал меняться. Всё поплыло. Очертания предметов размазывались, сминались, превращаясь в бесформенную груду чего-то невообразимого. Потом всё растаяло и обрело своё новое обличие. Меня растворяло в этом общем единстве вещества. Моё тело исчезло, осталось только сознание и желание раствориться полностью. Звуки и краски приобрели новые качества. Светящиеся точки, огненные круги, цветные прямые и кривые линии заполняли пространство, скручиваясь в спирали, вращаясь, разворачиваясь, пульсируя, распахиваясь, схлопываясь и преобразовываясь в самые фантастические геометрические фигуры. Всё это очень напоминало картинки из какого-нибудь школьного атласа по астрономии. Но здесь всё имело глубину, объём, движение, жизнь.
Из оцепенения меня вывела моя спасительница. Она стояла передо мной, чуть приподнявшись на цыпочках, прижав ладошки своих прекрасных рук к моим вискам. Взгляд её устремлён был куда-то в меня, и я даже вроде бы ощущал его где-то в глубине своего существа.
— Что это было? — шумно вдыхая потрясающей свежести воздух, спросил я.
— Ничего страшного, — ответила она и, опустив руки, отступила. — Мы можем продолжить путь или вам надо ещё немного времени прийти в себя?
— Да, конечно, пойдёмте, — заторопился почему-то я.
Огибая и обходя эти невероятные творения, мы пошли дальше. Я всё никак не мог отделаться от увиденного. Мой мозг услужливо снова и снова предлагал запомнившееся. Перед глазами то и дело возникали картинки, поэтому, вероятно, шёл я как-то неуверенно. Заметив это, моя провожатая загадочно улыбнулась и предложила:
— Возьмите меня, пожалуйста, под руку. Мне будет очень приятно пройтись именно здесь с молодым, интересным человеком.
— Это я-то молодой? — не понял я, предусмотрительно опустив вторую половину её предложения.
— А вы видите здесь кого-нибудь другого? — вопросом на вопрос ответила она.
Я не стал себя уговаривать, а просто взял её под локоток. Мне сразу стало легче и приятно, но насладиться этим состоянием мне не довелось. Пред нами, буквально как из-под земли, возникло здание. В моей бедной головушке сразу же утвердилось мнение, что это храм и не меньше. Почему я так решил, не знаю, но по-другому это волшебство назвать просто было бы оскорблением. Никаких слов человеческих описать увиденное не хватило бы. Будь вместо меня хоть самый гениальный гений.
Прикосновение чего-то необыкновенного к моему подбородку и последовавший за этим щелчок моих собственных зубов привёл меня в чувство. Оказывается, я торчал, как болван, с распахнутым ртом. Девушка улыбалась, глядя на мой потрясённый вид. Я оглянулся на фонтаны и вновь обратился взглядом к дворцу мира.
— Время… — очень тихо и серьёзно сказала Надежда.
— А что время? — ещё тише спросил я.
— Ваше время ограниченно. Я и так нарушила все законы, приведя вас сюда.
— Я, кажется, понял, кто вы! — медленно выговаривая каждую букву и не обращая внимания на её слова, продолжал говорить я. — Вы не Надежда, вы Мечта!
— Вы повторяетесь. Это уже было. Не устали ещё гадать? — огорчённо вздохнув, спросила она.
— Нет. Скажите, я угадал?
— Нет. Идите и всё узнайте, — посоветовала она, легонько подталкивая меня.
— А вы?! — заколебался я.
— Идите.
— Без вас никуда! — упёрся я.
— Не упрямьтесь. Идите. Так надо. — Она приподнялась на цыпочках и, возложив свои прекрасные ручки на мои плечи, нежно поцеловала в щеку. — А теперь идите. С Богом!
Уже совсем ничего не соображая, я вступил на первую ступень, потом на вторую и, наконец, набравшись храбрости, пошёл по лестнице вверх, к сверкающей портиками террасе. На самой верхней ступеньке в ближайшей зеркальной колонне на одно мгновение я увидел свою фантастическую незнакомку, оставшуюся внизу и с надеждой глядящую мне вслед.
