23
Как обычно, он проскользнул в ее спальню через дверь, выходящую на веранду. Все другие окна дома были темными.
Лишь тлеющий в камине огонь освещал комнату, отбрасывая розовые блики на мраморную облицовку очага и наполняя воздух сосновым ароматом, но он разглядел ее. Она полулежала в обтянутом белоснежным шелком шезлонге у камина в ночной рубашке, которую он подарил ей утром, тоже шелковой и белой, но мерцающей, как лед.
Соблазнительная грудь натягивала кружева. Боковой разрез открывал стройную ногу. Один взгляд на нее, и он почувствовал такую моментальную и мощную эрекцию, что забыл о мучительных часах, которые провел, топая вокруг Арки Дьявола.
– Ты убил их? – спросила она.
– Нет. Их не было у Арки Дьявола. – Он присел на край шезлонга.
– Но Логан же сам сказал, что они идут туда.
– Я все там облазил. – Он показал на свои дорогие туфли, покрытые красной пылью и исцарапанные камнями. – Безнадежно испорчены. И ради чего?
– Бедняжка, – проворковала она, наклоняясь к нему. Одна бретелька соскользнула с плеча, кружевной лиф смялся, оставшись без поддержки. Пышная грудь вырвалась на свободу, маня его дерзким соском.
Он потянулся к ней, но она отпрянула, дразня его, как часто делала, когда хотела извращенного секса.
– Держу пари, я знаю, что случилось. Ты видел тот бесконечный поцелуй. Никакая сила не оторвала бы их друг от друга. Удивительно, что они остались на прием. Я уверена, они отбросили эту дурацкую затею с походом, скрылись в каком-нибудь отеле и набросились друг на друга, как дикие звери.
– Вероятно. Может, и к лучшему. Пока я искал их, у меня зародился блестящий план.
Она внимательно слушала его объяснения, и ее глаза мстительно сверкали. Сначала они хотели найти новобрачных у Арки Дьявола и пристрелить обоих из винтовки с оптическим прицелом, но убийство повлекло бы за собой серьезное расследование.
– В результате, получится так же, как со Сьюзен. Никому и в голову не придет, что мы имеем отношение к их смерти, – закончил он.
Она соблазнительно надула губы.
– Отличная идея, но есть одна проблема. Вуди изменит завещание до того, как ты с ними разделаешься.
– Я выиграю немного времени. С адвокатом Вуди произойдет несчастный случай.
– Изумительно! Я сама хочу пристрелить его.
Зачем он научил ее стрелять? И за Логаном с Келли она хотела отправиться сама.
– Лучше автокатастрофа. Мы же не хотим навлечь на себя подозрения.
Он швырнул туфли в огонь. Фонтан огненных брызг, и пламя охватило их.
– Что, если кто-нибудь увидит, как ты босиком возвращаешься к себе?
– Что-нибудь придумаю.
Они много лет хранили свою связь в секрете, прекрасно понимая, как отреагирует Вуди, если застанет их вместе. Тогда о завещании можно совсем забыть.
Он сдернул вторую бретельку, обнажив ее до талии. Она скрестила руки, прикрывая грудь, и притворилась шокированной. Ее широко распахнувшиеся глаза, невинное выражение лица могли бы обмануть его много лет назад, но не теперь.
– У меня болит голова, – прошептала она.
Его рука скользнула вниз, он приподнял край ее сорочки и начал медленно гладить ее ноги.
– Так лучше?
– Намного, намного лучше.
Он не спешил, дразня ее, как она дразнила его, поглаживая бедро, продвигаясь все ближе к расщелинке, но не касаясь ее.
– У меня для тебя сюрприз, – сообщила она.
– Я люблю сюрпризы. – Он поглаживал ее еще одну томительную минуту, затем наконец сдался. Что случилось с пружинистыми завитками? Она была гладкой, как шелк, только теплой. – Ты побрилась?
– Я хотела это сделать, как только ты рассказал, что дорогие вашингтонские девки бреют свои киски. Но как подумаешь, что пришлось бы бриться каждый день! Я бы не выдержала. А теперь умеют навсегда удалять волосы лазером.
– Поэтому ты всю неделю пропадала на этом модном курорте?
– Да. Это заняло много часов, но стоило того, ты согласен?
Она задрала сорочку и гордо выставила свое достижение…
…Пухленькое и кремовое. Сквозь слегка раздвинутые губы блестит розовый с сиреневым оттенком лепесток. Похоже на экзотическую орхидею, подумал он, опуская голову и вдыхая аромат ее любимых духов. Она раздвинула ноги, чтобы ему было удобнее. Он впился губами и зубами в этот нежный цветок, пощипывая, покусывая, полизывая нежнейшую кожу.
* * *
Логан смотрел на спящую Келли. Ее губы были тронуты легкой улыбкой. Ему хотелось бы думать, что это его «вина» – они всю ночь занимались любовью, – но он знал, что это не так. С самого начала ее губы интриговали его: казалось, они все время готовы к улыбке.
Келли вздохнула во сне и прижалась к нему еще теснее – если только это было возможно. Его плоть отреагировала мгновенно, и понадобилось все его самообладание, чтобы не поцеловать ее снова. Он не давал ей покоя всю ночь, подчиняясь какому-то первобытному инстинкту. Иначе он не мог бы объяснить, что на него нашло.
Виновато слишком долгое воздержание, вот и все. Работа заносила его в глушь, где в местном баре всегда можно было найти подружку на одну ночь. Ни с одной из них он не завязывал более длительных отношений, так как работал под прикрытием.
С Келли все получилось иначе. Да, он хотел заняться с ней сексом с той минуты, как увидел ее, но общение с Келли и Трентом втянуло его в их жизнь. Из-за подонка, ее мужа, у нее накопилась куча эмоциональных проблем, но она умница и очень забавная. Он до сих пор с улыбкой вспоминал, как она вела себя со Стэнфилдами на том идиотском ужине.
Логан потянулся поцеловать ее макушку, но остановил себя. Черт! О чем он думает? Всю жизнь, проснувшись, он первым делом проверял обстановку.
Первым делом.
Не желая будить Келли, Логан осторожно отстранился и приподнялся на локтях, обвел взглядом маленькую поляну. Ничего. Он ничего и не ждал, но осторожность не раз спасала ему жизнь. Он не имеет права обнимать женщину и думать черт знает о чем.
Рассеянность доведет его до беды.
Келли заворочалась во сне. Где-то среди ночи он соединил оба спальных мешка, они заползли внутрь и снова набросились друг на друга, а теперь, когда он отодвинулся, прохладный утренний воздух проник в мешок.
