В воспоминаниях Феликса Юсупова исторические факты несколько искажены. Речь идет на самом деле о частично сфабрикованном товарищем министра внутренних дел В.Ф. Джунковским следствии о кутеже Григория Распутина в ресторане «Яр» в Москве. Это дело имело широкую скандальную огласку. Через 10 недель после поездок Распутина в Москву 5 и 7 июня 1915 г. появляются обличительные на Распутина документы сомнительного содержания. Они широко разошлись по рукам, в том числе с ними были знакомы ряд великих князей. Позднее разбирательство этого дела вскрыло ряд подлогов, что обернулось против самого Джунковского. Он в свою очередь 16 августа 1915 г. написал письмо императору Николаю II, в котором пытался оправдаться.
«Ваше Императорское Величество.
С сердечной болью прочел я вчера предъявленный мне управляющим министерством внутренних дел суровый приговор Вашего Величества.
Тяжел, конечно, самый факт отчисления без прошения от ответственных должностей в такое серьезное время, переживаемое Россией, но еще тяжелее полная неизвестность своей вины, невозможность ничего сказать в свое оправдание, невозможность узнать, какой проступок с моей стороны нарушил внезапно то доверие, которым во всю свою долголетнюю службу пользовался со стороны Вашего Величества, которым я так гордился, которое так облегчало тяжелые минуты, какие мне приходилось переживать по роду своей службы.
Ваше Императорское Величество сообщили князю Щербатову об отчислении меня от должностей, но с оставлением в свите Вашей». Далее В.Ф. Джунковский дал понять, что при потере доверия он не имеет права оставаться в свите императора, и попросил разрешения подать в отставку: «Простите, Ваше Величество, мое откровенное письмо. Верьте, Государь, что по оставлении во исполнение державной воли Вашей настоящей моей службы, Ваше Величество всегда будете иметь во мне того же верноподданного, каким я был до сих пор». (ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1246. Л. 1–3; Дневники и документы из личного архива Николая II: Воспоминания. Мемуары. Мн., 2003. С. 198–199)
Великий князь Андрей Владимирович 17 августа 1915 г. записал в дневнике по поводу отставки В.Ф. Джунковского следующее:
«Я был у мама и узнал, что вчера Ники написал министру внутренних дел князю Щербатову письмо с приказанием немедленно уволить генерала Джунковского.
Подъезжая сегодня к Царскому Селу из Петрограда, я его встретил на моторе. Говорили сегодня, что есть надежда, что он не уйдет. Ники велел его уволить с оставлением в свите, – на это Джунковский ответил, что не желает оставаться в свите.
Причина всего этого кроется в Распутине, который мстит Джунковскому за то, что он, при расследовании московского погрома в мае, раскрыл целый ряд неблаговидных поступков Распутина и донес об этом Государю». (Военный дневник великого князя Андрея Владимировича Романова (1914–1917). М., 2008. С. 174)
Несмотря на неопровержимость такого доказательства, императрица не поверила этому, очень рассердилась и приказала произвести немедленное расследование, чтобы найти человека, который якобы загримировался под Распутина с целью его опорочить.
В то время как лучшие люди в России приходили в отчаяние от своих бесплодных усилий уничтожить корень зла, немецкая партия, имевшая в лице «старца» столь ценного помощника, конечно, торжествовала.
Под «немецкой партией» Феликс Юсупов подразумевает сторонников сепаратного мира с Германией в лице императрицы Александры Федоровны, Григория Распутина и его сторонников.
По воспоминаниям дворцового коменданта генерал-майора В.Н. Воейкова:
«Летом 1915 года стали выявляться симптомы массового гипноза, постепенно овладевшего людьми; из штабов фронта стали исходить пускавшиеся какими-то безответственными анонимными личностями слухи о том, что императрица служит главною причиною всех наших неурядиц, что ей, как урожденной немецкой принцессе, ближе интересы Германии, чем России, и что она искренне радуется всякому успеху германского оружия. Вырабатывалось даже несколько планов спасения Родины: одни видели исход в заточении Государыни в монастырь и аресте Распутина, якобы занимавшегося шпионажем в пользу Германии; другие считали необходимым выслать Государыню за границу. Амбициозные политиканы искали для свершения переворота подходящих начальников отдельных частей; не обходилось дело и без титулованных приверженцев революции, имеющих непосредственные основания с замышлявшими дворцовый переворот.
Лично я подобных слухов не доводил до сведения Его Величества, не считая возможным их осуществление; но знаю, что эти разговоры стали известны и Государю, и Государыне». (Воейков В.Н. С царем и без царя. М., 1995. С. 116)
В начале ноября 1916 г. в Государственной Думе шла резкая критика деятельности правительства. «Прогрессивный блок» огласил свою декларацию, в которой требовал отставки лиц, чье пребывание у власти «грозит опасностью успешному ходу нашей национальной борьбы». Известный депутат кадет П.Н. Милюков произнес 1 ноября 1916 г. свою скандально знаменитую речь. В частности, он заявил: «Мы имеем много, очень много отдельных причин быть недовольными правительством. Но все частные причины сводятся к этой одной общей: к неспособности и злонамеренности данного правительства». С парламентской трибуны он бесстрашно призывал: «Вы должны понять, почему у нас сегодня не осталось никакой другой задачи, кроме той задачи, которую я уже указал, – добиваться ухода этого правительства. Вы спрашиваете, как же мы начинаем бороться во время войны. Да ведь, господа, только во время войны они и опасны. Они для войны опасны… Кучка темных личностей руководит в личных и низменных интересах важнейшими государственными делами… Я вам назову этих людей: Манасевич-Мануйлов, Распутин, Питирим, Штюрмер…» Следующая фраза: «Победа придворной партии, группирующейся вокруг молодой царицы» – была произнесена Милюковым по-немецки для того, чтобы председатель заседания Думы не остановил его и не лишил слова. В речи Милюкова, прежде всего, имелось в виду назначение (протеже Распутина) Б.В. Штюрмера председателем Совета Министров. Он выступил с резкой критикой действий правительства, задаваясь риторическим вопросом: «Что это: глупость или измена?» (Государственная Дума: Четвертый созыв. Сессия V. Пг., 1916. Стб. 12, 35–48). Она была напечатана в газетах с большим количеством «белых мест», как результат работы цензуры. Эти пропуски в сознании многих граждан заполнялись своим им только созвучным смыслом. Однако по рукам ходили полные списки текста речи без всяких пропусков, а иногда и со своеобразными добавлениями, которых не было на самом деле. Царица обвинялась в принадлежности к «немецкой» партии – сторонникам мира с немцами. Обвинение строилось на тезисе, что «сама императрица была родом из Германии», и что среди воюющей против России армии Вильгельма II было немало ее августейших братьев. Кроме того, в Думе прозвучали прямые обвинения о влиянии Григория Распутина через царицу на государственные дела. Впоследствии многие называли эту речь штурмовым сигналом революции!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
