Суп был горький на вкус, но он проглотил его, не жалуясь. Когда он с ним покончил, Чико протянул чашку с масато и приложил ее к губам Моргана.
– Это успокоит головную боль.
Чико был прав. Вскоре он почувствовал себя немного лучше. Суп придал ему силы. Он смог сесть, прислониться к стене и изучить окружающую обстановку, вернее то, что он мог увидеть в полутьме: земляной пол, несколько горшков, несколько соломенных матрасов, брошенных в угол. Запах нечистот проникал в воздух, мотылек вился вокруг свечи, установленной рядом с его тюфяком.
Чико Инохоса был «кабокло», в нем текла португальская и индейская кровь. Кинг нанял его и его семью пять лет тому назад, когда был в Лиме, и наобещал, что и сам старик и его жена, трое сыновей и дочь забудут, что такое нищета. Через месяц после прибытия на плантацию, его жену на его глазах забили до смерти палками за то, что она не выполнила дневную норму. А за то, что один из его сыновей попытался бежать от Кинга через джунгли, его дочь привязали к столбу, у которого она была изнасилована не меньше чем двадцатью мужчинами, потом облита керосином и сожжена заживо.
– Когда я увидел вас, стоящим в дверях, донесся до него голос Чико, хриплый из-за дыма, которым он был вынужден дышать каждый день, – я подумал, что это призрак. Нам сказали, что вас поймали в Манаосе и убили. Жильберто де Куэйрос размахивал перед нами отрезанной мошонкой, говоря, что она ваша.
Морган усмехнулся и еще немного отпил «масато».
– Наверное, найдется не один десяток мужей, которые хотели бы поставить себе в заслугу эту чудесную операцию, но я счастлив огорчить их, потому что все мое – при мне.
Рот Чико раскрылся в улыбке.
– Зачем вы вернулись?
– Чтобы отомстить.
– Никому еще не удавалось отомстить Кингу. Это все равно что плевать в глаз дьявола и надеяться этим уничтожить его.
– Способы найдутся. Только мне нужна помощь.
В этот момент женщина, которая раньше вышла из лачуги, снова появилась на пороге. За ней вошел один из сыновей Чико, Теобальдо. Он смотрел на Моргана с нескрываемой ненавистью.
– Боже, отец, о чем ты думаешь, зачем прячешь его здесь?
– Здравствуй и ты, Теобальдо, – сказал Морган.
Не отвечая на его приветствие, юноша продолжал.
– Что он здесь делает, отец? Если Кинг узнает, что он вернулся и что ты скрывал его, он убьет нас всех, как он уже убил мою сестру, мать и брата.
– Успокойся, – ответил Чико. – Наш друг был тяжело болен.
– Я вижу. Жаль, что не умер. Но есть надежда, что умрет еще до того, как «хозяин» узнает, что ты помогал ему.
– Я слишком стар и болен, чтобы бояться хозяина, – возразил Чико. – Если он завтра убьет меня, я буду только счастлив.
Морган благодарно улыбнулся, принимая еще одну чашку «масато». Глядя на Теобальдо, он сказал:
– Я очень тронут твоей благодарностью. Насколько я помню, ты из тех, кого я пытался спасти, за что меня привязали и избили кнутом. Наверное ты такой злой потому, что, тебя совесть загрызла.
– Не говори мне о совести. – Он сплюнул Моргану под ноги. – Мы все восхищались вами. Молодые люди уважали вас. Когда вас вышвырнули из «каса бланка» за то, что вы отказали требованиям Кинга, мы все считали вас святым, героем. Но потом вы отвернулись от нас и вернулись к нему. Что случилось? Удилище вашего любовника оказалось недостаточно длинным на ваш вкус? И по этой причине вы в конце концов покинули его? Или, может быть, у вас скребет в одном месте и вы вернулись, потому что только хозяин может почесать там?
В одно мгновение Морган вскочил со своего тюфяка. Отшвырнув чашку, он сгреб Теобальдо за рубашку и стал колотить его об стену.
– Ты, негодяй, если бы ты не был родным сыном Чико, я бы убил тебя.
– Так вы все отрицаете, сеньор?
– Да, я все отрицаю. Я ни разу не позволил ему дотронуться до меня, ни разу.
– Вы, наверное, чем-то околдовали его. Когда вы исчезли, он стал совершенно дикий, он вымещал свою злость на каждом мужчине, на каждой женщине и на каждом ребенке. Покажи ему, отец, что он сделал с тобой, только потому, что ты дружил с американцем. Покажи ему!
Оглянувшись на Чико, Морган немного отпустил Теобальда и спросил:
– О чем это он говорит, Чико?
– Пустяки, мой друг…
Оттолкнув Моргана в сторону, Теобальдо схватил отца и развернул его кругом. Он поднял его рубашку, обнажив раны.
– Это нельзя назвать пустяком, а, Кейн? И это было только начало. Женщины и дети были изрезаны на куски, и все потому, что каким-то образом ты был с ними связан.
Закрыв глаза, Морган сполз по стене вниз.
– Наши раны едва затянулись, а теперь вы снова возвращаетесь сюда. Зачем? Почему вы не оставите нас в покое?
– Ты называешь ежедневные побои, насилие и смерть от голода покоем? – спросил он.
– Если мы выполняем его правила, работаем по его нормам и показываем ему свое уважение, он не трогает нас.
– Так может говорить только сильный молодой человек, вроде тебя, Теобальдо, а что делать слабым, как твой отец? Что будет, если он не сможет выполнять норму? Этот день недалек. Будешь ли ты стоять и молиться о смирении, когда Кинг обольет твоего отца керосином и сожжет его живьем или может быть разрубит его на части и скормит его тело своим любимым ягуарам?
– Наверное, вы можете предложить что-то другое? – усмехнулся он.
– Возможно.
– Я не желаю в этом участвовать. И мой отец тоже. Вы несете этим людям смерть, Кейн. Вы несете смерть всякому, с кем сталкиваетесь.
– А Кинг не несет смерть? Долго ли вы будете позволять таким людям, как Кинг, грабить вас, лишать того, что сделало бы вас всех в сотни раз богаче, чем сам Кинг, мечтающий разбогатеть на каучуке? Кто, черт возьми, дал ему право прийти сюда и отнять землю, принадлежащую этим индейцам, да еще не только ограбить их, но лишить их гордости? Когда вы наконец подниметесь и потребуете то, что принадлежит вам по праву, Теобальдо? Этот каучук должен давать доходы вам, а не Кингу.
– На стороне Кинга армия. Разве вы забыли? Никто не может прийти сюда или выйти отсюда без его ведома.
Оттолкнувшись от стены, Морган сказал:
– Я смог. Он снова упал на тюфяк, схватившись за ребра, потому что его пронзила боль. Чико торопливо подал ему еще одну чашку «масато», а он вытирал пот со лба рукавом. – Весь фокус в том, чтобы пробраться внутрь. Надо добраться до самого Кинга.
– Но это невозможно. Он окружил себя стражей, его охраняют даже, когда он спит. Ну вы это знаете.
– Да. – Морган сглотнул. – Я это знаю.
– Тогда вы должны понимать, что к нему проникнуть невозможно, если только как следует не вооружиться и не действовать, как слаженный отряд.
– Да.
Морган наблюдал, как Теобальдо ходит взад и вперед. Наконец он остановился и еще раз посмотрел на Моргана.
