мужа свого тихо ненавидела бы за принуждение, а брат бы от этого ещё больше страдал. Или может, деду нужно было войну Белояжску объявить? Наши войска сильны, да только и батюшки твого войско не слабее нашего. Сошлись бы на бранном поле, порубали бы друг дружку и расползлись малым составом. Хорошо? Нет, не хорошо. Так, что дед по-своему мудро поступил. В конце концов, был небольшой шанс, что Зарик всё же сможет любовь к тебе перебороть и другую девушку выбрать, пусть без любви, но в ладу с нею жить. И в этом хорошего для Змея мало, но всё же лучше чем ничего. Теперь поняла?
–Поняла, – глухо отозвалась Баба Яга, ошеломлённая сказанным.
–Вот и славно, – сменив серьёзный тон на чуть-чуть насмешливый, сказал Руслан. – Теперь же вернёмся к Айри, которая так тебя заинтересовала. Хочешь узнать кто она?
–Угу, – только и смогла вымолвить девушка, думы невесёлые отгоняя.
–Айри – это как раз наша единственная тётка, Арина Будимировна, – с ехидной улыбкой принялся за объяснение Змей, глядя на то, как сильнее и сильнее краснеет от стыда Златослава. – Она девка порывистая, прямо как ты. Лет пять назад влюбилась дурёха в лесного и сбежала с ним в его древесный город, тот с ней наигрался и выставил вон, а она уже в тягости была. Ей бы бестолочи домой вернуться, но нет, у ней гордость взыграла, мол, сама виновата, не послушала родных, что твердили не верить этому ушастому выхухолю, вот теперь самой всё и разгребать. Поселилась у нашей Яги Парфирьи, в срок сыночка родила. Беда в том, что кровь лесных такая же сильная, как и у Змеев. Теперь она в мальчонке вместе с колдовской силой борется. Лесные водой да землёй повелевают, колдуны их в этом сильны. Папаша нашего братика тоже водной стихией распоряжался, да только Айри-то дочь Змея Горыныча, существо огненное…. Словом борется в малом сейчас огонь и вода наравне, победить друг друга не могут, от того мелкий болеет часто и мы с ним силой делимся все по очереди. Обычно раз в три-четыре седмицы его навещаем, а тут прихватило его раньше, тётка весточку послала, я и рванул к ней.
–А папаша его, что же, совсем ребёнком не интересуется? – хмуро поинтересовалась Ягуся.
–Дык, он уже вообще ничем не интересуется, помер сердешный, – злорадно отозвался парень, поглаживая по голове возившуюся с погремушкой Василису. – От стыда, да вины великой помер. Ну, не сам конечно, дед ему тогда подсобил хорошенько, долго сородичи ушастого его косточки по лесу искали.
–Я так понимаю, ребёнка он не признал, – догадалась Златослава, осознавая, что лесного ей ничуть не жаль, а даже наоборот.
Руслан только отрицательно головой покачал и снова всё своё внимание уделил малышке, словно бы давая понять, что обсуждать более подробно случившееся он не намерен. Ёжка только плечами пожала, главное-то выяснено, а уж всё прочее не столь неотложно, можно будет и мужа поспрошать на этот счёт.
–Руслан, ты сказал, что твоя тётка живёт у Бабы Яги, верно? – вдруг озарило Златку, и она с загоревшимися от нетерпения глазами уставилась на Змея.
–Верно, – улыбнулся он, подтверждая сказанное и подмигнув, заметил. – Я так и думал, что ты заинтересуешься.
–Ещё бы! – улыбнулась девушка, поглядывая то на хозяйничающую у печи домовушку, то на парня строящего смешные рожицы малышке. – А можно ли как-то с ней связаться?
–Наверное, можно, но это надо у тебя Ёжка спрашивать, а не у меня, – хмыкнул чуть насмешливо Руслан.
–Да, если бы я знала как, – грустно вздохнула Злата, водя пальчиком по краю стола. – Мне до настоящей Яги ещё учиться и учиться, а для этого мне бы наставницу подыскать, вот я и подумала…
–Эх, ты! – усмехнулся парень и, подмигнув поглядывающей на него Василисе, делано задумчиво произнёс. – Дам-ка, я тебе, пожалуй, Златослава, дюже полезную и кругом волшебную вещицу, – заметив на лице Ёжки выражение, исполненное раздражения и подозрения, в том же тоне продолжил, извлекая из ранее незамеченной девушкой сумы длинную и узкую шкатулку для писем. – Вот тебе, деточка, шкатулочка, да непростая, а колдовская. Кладёшь в неё письмецо написанное, называешь имя истинное того, кому письмо адресовано, и шкатулочка сама его в нужное место отправляет. Бери, Ёжка! Бери! Как от сердца отрываю!
–Угу, – согласилась Баба Яга, ехидно поглядывая на этого скомороха. – Нечего мне тут глупости всякие сказывать! Тебе Зареслав эту шкатулку и так для меня велел передать. Так, что не изображай всю мировую скорбь!
–Ну, вот! – наигранно огорчился Змей, любовно поглаживая шкатулочку по лакированному боку. – Ничего от этой Ёжки не скроешь. Э-э-эх, забирай, вымогательница!
–Я теперь ещё и вымогательница?! – возмутилась было Ягуся, но мигом успокоившись, деловито спросила. – Руслан, а с тобой в детстве другие мальчишки и братья дрались?
–Дрались, – с запинкой подтвердил озадаченный таким неожиданным вопросом парень.
–А били часто? – не унималась она, сложила руки на груди, и принялась ждать ответа.
–Бывало, – уклончиво ответил Руслан, силясь понять к чему эти вопросы у Яги появились.
–Не удивлена, – выждав небольшую паузу, выдала Баба Яга. – Так тебе и надо! Судя по поганости твоего нрава, били тебя всегда исключительно за дело.
После слов Златки на кухне наступила прямо оглушающая тишина, даже малютка Василиса не издала ни звука, словно проникшись моментом. Руслан же какое-то время лишь ошеломлено смотрел на супругу своего брата, будто бы пытаясь осознать смысл сказанного, а потом вдруг взял и от души расхохотался. Ёжка тоже слегка усмехнулась, решив не поддаваться чувству неловкости и смущения, которое раньше заставило бы девушку кинуться к парню с извинениями. Сейчас Злата была уверена, что права и что ежели кому не нравится её мнение, так это уже его беда.
–Ох, и язва же ты, Ёжка! – сквозь смех выдал Змей и вытер набежавшую слезу. – И ведь не поспоришь, действительно за дело получал!
–Будет тебе! – укорила его Баба Яга, нагибаясь и беря дочку на руки. – Ишь разошёлся-то как! Лучше ответь, ребёнка кормили?
–Кормили, – вместо Руслана ответила домовушка, поспешившая накрывать на стол.
–А сами ели? – уже обращаясь исключительно к Марфе, спросила Златослава.
–Ели, хозяюшка, – отозвалась маленькая женщина, ловко выставляя перед Ягусей снедь и горячий ягодный взвар. – Это ты у нас одна ещё голодная ходишь.
–И вообще отдай ребёнка! Мы с Василиской ещё в Большого Змея играть не закончили, – просмеявшись сообщил княжич. – А ты давай, жуй! Не отвлекайся!
Ёжка в ответ только насмешливо фыркнула и, передав ребёнка в руки Руслану, приступила к завтраку. Она не торопливо жевала теплые блинчики с творогом и рассеяно рассматривала всё вокруг. Вон на печных полатях, свесив пушистый хвост вниз, дремлет Терентий. Теперь понятно, почему он не вмешивался в разговор. У печи Марфа месит в
