и магии, чтобы терпеть ещё хоть минуту. Войско игроков пошло навстречу.
Я использовал призыв лича. Прошлого, скорее всего убили. Пускай поможет союзникам. Волшебник воплотился у подножия стены, и поняв замысел, поплыл над землёй.
Хоть я и некромант, но тоже человек. Не могу так просто смотреть, как убивают беззащитных. И куда смотрят боги? Могли бы найти кого-то посильнее. У того же Баала целых двенадцать кругов, кишащих монстрами и нечистью. Да и где спрашивается он сам? Но это уже не важно. Нужно добыть Глаз, и тогда всё разом закончу. Закончу единственно правильно.
– Открыть ворота! Опустить мост! Мы идём к союзникам!
Гоблины воздели клинки к небу, откуда с интересом и любопытством смотрят боги. Пара коротышек умчалось вниз передавать приказ господина. Лишь Монг прочистил горло, но смолчал. Всё равно пришлось бы вступить в бой, так лучше на наших условиях. Под напором зелёных тел, звякнув смазанными накануне петлями, воротина повалилась. Пространство под крепостной аркой быстро заполнялось, выдавливая самых смелых наружу. Гоблины фырчат, потрясают кинжалами, рвутся скорее погибнуть. Среди зелёных голов, увидел с десяток чёрных – значит, решающий момент наступил.
Я встал впереди отряда, клинки отяжелили руки. Даже в отсутствие солнца, сабля и кинжал ярко блестят, призывая скорее ворваться в бой.
– Наш враг очень силён. Вы видели, что стало с Тёмной Империей, и я не буду повторять, что за этими воротами тысячи натренированных бойцов, каждый из которых хочет скорее покинуть Серогорье. И Вы – единственное препятствие. Поэтому они будут драться до конца. Но мы всё равно сильнее, парни. За нами – правда. Разве есть хоть что-то сильнее?
– Давай уже надерём им зад, – вышел, тесня гоблинов, Монг. – А потом и выпьем за наш новый светлый мир.
Гоблины обогнали меня, чуть не повалив. Среди зелёных спин, различил широкую спину напарника. Надо скорее догнать, а то пока наша подмога подоспеет, крестьян перебьют как цыплят по осени.
Из строя игроков высыпали арбалетчики, выстраиваясь в линии. Я уже видел, на что способны тяжёлые болты и мысленно пожалел первые шеренги. До столкновения с крестьянами меньше сотни метров. Выпил синее зелье. Лич расходует изрядно, приходится восполнять ману.
Командир стрелков медленно поднял руку. Ещё десять метров и можно, но хочет подпустить ближе, чтобы наверняка. Наконец, убедился, что цели прошли незримую черту и резко опустил. Засвистели болты, а я задержал дыхание, видя, как подбирается смерть. За первым залпом последовал второй, третий. Воздух разрывали щелчки и свист. Хоть и не заметил, чтобы крестьяне испугались, тем более пустились в бегство, зато увидел своего лича в первых рядах атакующих. Вряд ли поможет, странно что вообще жив. Воины в красных латах заученно заслонили стрелков перед столкновением, длинные пики опустились, готовясь опрокинуть первую волну, а после гнать до самой стены, где большинство потеряет всякую надежду на спасение. Пара крестьян всё же схлестнулась с профи, воздух содрогнулся от боевых кличей, кастов заклинаний. Лязг стали превратился в непрерывную музыку, мельтешащие тут и там люди слились в одну галдящую массу. Я упустил летящий мне в голову меч. Повезло, споткнулся о распластавшегося лицом вниз пикейщика, сталь прошла мимо. Вслепую, рывком ударил в ответ. Сабля прошла по касательной, от красного наруча чиркнули рвжие искры. Слабое оружие бесполезно против высокоуровневых. Бородатый воин зло ухмыльнулся. Рука поднялась над головой, занося меч, но там и застыла. Меч выпал из ослабеющей ладони и наполовину потонул в земле. Воин непонимающе воззрился на меня, потом перевёл взгляд на свою закованную в броню грудь. Из четырёх отверстий, что поместились ровно на одной линии, обильно течёт кровь. Когда тело повалилось, я увидел того самого крестьянина в широкополой шляпе. Он вытер вилы о рубаху и поспешил к своим. До меня только сейчас дошла нелепость ситуации. Сабля значит, бесполезна, а какие-то деревенские вилы пробивают элитный доспех, как шило картонную коробку. Посмотрел по сторонам, ища подтверждение теории. Вооружённый катанами игрок, отступает под натиском рыжей женщины, вооружённой ржавым серпом, и деда. Причём дед, едва ходит. Выпады катан пронизывают либо воздух, либо по чистой удаче приходятся то в серп, то в деревянную клюку. Очередная серия смертельных, для меня уж точно, вращений пришлась мимо. Игрок озадаченно посмотрел на оружие, искренне не понимая, почему и в этот раз мимо, и получил дубиной сзади. И такое с каждым. Игроки держатся лишь на мастерстве. Те, что рассчитывали на скорую победу, и позабыв о защите ввязались в бой, уже валяются рядом с воинами Тёмной Империи, которых ещё недавно стёрли в порошок. Стрелы соскакивают с арбалетов, тетивы луков рвутся в самый неподходящий момент, а крестьяне всё напирают, окружают. Кажется, что ещё немного, и Огневеды с остальными кланами дрогнут, и рог заиграет отступление. Но я ещё не увидел магии высших кругов, да и элитные войска, скорее всего на тыльной стороне строя, там где сейчас Рагор. Значит, бой пока на равных.
Я увернулся от направленного в бок копья, отводя саблей влево, а после, быстро перерубил древко посередине, оставив молодого блондина в изумлении. Фиолетовый сгусток родился уже привычно, как часть меня, и через миг влетел игроку в лицо. Он закрылся ладонями, закричал, а я вдогонку пустил второе копьё тьмы. Кинжал пробил незащищённый бок, и мы соприкоснулись в смертельном объятье. Сообщение о полученном опыте пропустил, глянул направо. Заряд пламени размером со слона влетел в человека. Ударная волна швырнула его в скрученный остов дерева. Ветки вспыхнули вместе с человеком. Огонь пытался поглотить, оставить пепел, воспоминание о несостоявшемся герое, но всего лишь облизнул кожу и растворился в небытие. Пошатываясь, исходя жаром от потного тела, Монг поднялся.
– Побереги фокусы для своих обезьян. Слабо на кулаках выйти как мужик?
Лицо Талоса краснее доспехов. Кажется, что золотая саламандра вот-вот сойдёт с бронированной груди лучшего по слухам воина. Талос недовольно взглянул на копьё, отбросил. Игроки рядом вздрогнули, предпочитая убраться подальше. Лучше сражаться с чертовски удачливыми крестьянами, чем прогневить командира.
– Ты ведь тоже человек, верно? – спокойно спросил Талос.
– Побольше чем ты.
– Тогда почему дерёшься с такими же людьми? Мы всего лишь хотим убраться из Серогорья. Что в этом плохого?
– Может и ничего. Но мой друг считает иначе, а я в него верю.
Талос нарочито медленно пошёл навстречу, разминая ладони в огромных перчатках. Под железными сапогами проминается земля. – Человек, ставящий интересы неписей выше человеческих желаний, заслуживает только одного – смерти. Думаешь, ты один мастер кулачного боя? Ну-ну.
Я увидел лишь размытое движение, настолько быстро Монг сблизился,
