Читаем без скачивания Выжжено - Андреас Эшбах

Маркус смотрел на него, потрясённый. Ему вдруг стало ясно, что он, должно быть, много значит для этого старика. А сам был готов так коварно злоупотребить его доверием.

– Я вам обещаю, что ваш метод не будет утрачен, – осторожно заверил он. Будто клятву произносил. – Я сделаю всё, чтобы этого не случилось.

Ещё не договорив, он почувствовал, что и для него самого доверие Блока значит много. Не только он был сыном, которого у Блока никогда не было, – Блок тоже стал для него отцом, какого только можно себе пожелать: человеком, который воспринимал его всерьёз и возлагал на него надежды. Не то что его родной отец, постоянно блуждавший где-то мыслями и занятый спасением абстрактного «человечества» настолько, что уже не замечал страданий собственной семьи…

– Хорошо, – сказал Блок и жестом поманил его ещё ближе. – Итак, запомните название фирмы, номер сейфа и, главное, пароль доступа…

Был уже вечер, когда Маркус прибыл в Кливленд. В поисках той парковки, к которой его тогда направил Блок, он ехал мимо фирмы «SecureBox» и увидел, что прямо перед зданием, напоминающим по виду крепость, было несколько свободных мест для машин клиентов.

Он припарковался, заглушил мотор и оглядел серый фасад. Два месяца. Столько в итоге ему потребовалось на то, чтобы проехать расстояние от Нью-Йорка до Кливленда. Во время полёта на самолёте он подсчитал, что его скорость составила бы полтора километра в час, даже если бы он ехал лишь по восемь часов в день. Пешком он добрался бы сюда быстрее.

Он посмотрел на окна, напоминающие бойницы, узкие настолько, что и человек не пролез бы, но тем не менее зарешеченные. Стены, казалось, были из массивного бетона и имели лёгкий наклон. Бункер, другими словами.

О'кей. Маркус вышел из машины.

Глава 29

На следующие переговоры с представителями «ARAMCO» Блок явился с картами, испещрёнными таинственными знаками и линиями, из этих карт он назвал пять новых мест, в которых они должны бурить. Бурение трёх уже начатых скважин должно быть продолжено до той глубины, какую только позволит техника.

Переводчик передал высказанное по-арабски возражение одного геолога:

– Он говорит, что это не имеет смысла. Там нет нефти.

– Откуда он это знает?

Короткий обмен фразами.

– Это следует из геологической формации.

– Мы будем бурить глубже этой формации.

На сей раз, как заметил Маркус, араб неприветливого вида не стал ждать перевода, а сразу же что-то сказал переводчику.

– Он говорит, – передал тот, – что это и вовсе не имеет смысла. Глубже шести тысяч метров нефти нет.

– И откуда он это знает?

– Это следует из того способа, каким возникает нефть. «Нефтяным окном» называют глубину между двумя и шестью тысячами метров.

Блок подался вперёд.

– В тех местах, которые я вам назвал, уже когда-нибудь бурили?

– Нет.

– Значит, это неизвестно, так? Это предполагается лишь на основании теорий. – Блок откинулся назад. – А у меня другая теория. По этой причине я и здесь.

В конце концов, арабы отступили, ропща и сомневаясь.

Маркус сообщил Блоку о своих наблюдениях, на что тот ответил:

– Естественно, они же все понимают по-английски. В здешнем нефтяном университете преподавание ведётся по-английски; его нельзя закончить, не владея английским. – Он свернул свои карты в рулон. – Ничего. Я думаю, на сей раз получится. Мы должны только проследить, чтобы они бурили в нужном месте. Лучше всего, чтобы кто-то с ними поехал и удостоверился.

– Хорошо, – кивнул Маркус. – Я скажу нашим техникам.

– Может, даже лучше сделать это самим. – Блок достал из кармана конверт. – Эту идиотскую подборку Турбер и вам прислал? Отвратительно. Грязные, убогие публикации.

Маркус ничего такого не получал. То были копии вырезок из газет. Пресса всё негативнее отзывалась о «нефтяном гуру» и его неудачах.

– Откуда они вообще об этом знают? – удивился он. Сами же саудовцы с самого начала настаивали на строгом соблюдении секретности.

– Всегда найдётся обормот, который проговорится.

– Или это кампания. Хотят вас дискредитировать.

Блок разорвал копии и затолкал обрывки в конверт.

– В Бразилии мы бы уже давно нашли. В Атлантике у Рио-де-Жанейро находится огромное нефтяное поле, в этом я абсолютно уверен. А мы здесь топчемся…

Они уже несколько раз звонили по спутниковой связи, защищенной от прослушивания, своим конструкторам в США, и состояние дел было таково, что два образца оборудования были уже близки к готовности и могли быть поставлены в Бразилию самое позднее в конце сентября.

– Надо было всё же отказаться от этого контракта. С самого начала. Всякий раз, когда я не слушался своего инстинкта, ничего хорошего из этого не выходило.

Маркуса тревожило недоброе чувство, что он вот-вот поймёт, как оно есть на самом деле.

– Может, это всё-таки была ловушка. Саудовцы вас отвлекли, чтобы помешать вам найти нефть в другом месте.

Блок воинственно выдвинул челюсть.

– Это мы ещё посмотрим!

Однако новые бурения не обнаружили нефти. Ни одно из пяти.

Равно как и первые три, которые между тем достигли глубины семи тысяч метров.

Блок настоял на том, чтобы каждый день они лично ездили к одному из мест бурения, а эти поездки длились по нескольку часов. В испепеляющем зное он поднимался на буровую, контролировал состояние долота, выброс, буровой шлам.

Во время одной такой инспекции Маркус обратил внимание на одного саудовца, которого прежде никогда не видел и по отношению к которому все остальные, казалось, выказывали необычайное уважение, если не сказать страх. «Это принц», – шепотом объяснил ему переводчик. И даже имя назвал – не то Саид, не то Заид – и пробормотал что-то в том духе, что он личный ассистент министра нефти. Во всяком случае, этот принц Саид или Заид наблюдал старания Блока с серьёзной миной и даже имел такой вид, будто надеется на успех бурения.

Было тут и несколько геологов из «ARAMCO», но на сей раз никто из них не ухмылялся.

Странное чувство возникло у Маркуса. Они не походили на людей, которым удалась злая проделка. Они как будто в самом деле искали нефть, и прямо-таки отчаянно.

Блок закончил свою инспекцию и спустился с платформы в промокшей насквозь рубашке и с нездорово багровым лицом.

– Мне нехорошо, – сказал он. – Жара. Поеду назад.

И с этими словами прямиком пошёл к машине, не удостоив взглядом ни рабочих, ни геологов.

Маркус последовал за ним, во-первых, потому что не хотел, чтобы его вместо Блока донимали вопросами, а во-вторых, потому что беспокоился за здоровье старика.

В дороге Блок оставался неразговорчив, на вопросы Маркуса о результатах осмотра только неопределённо хмыкал, а всё остальное время смотрел в пустоту. Впервые с тех пор, как Маркус с ним познакомился, он по-настоящему казался старым.

В Дахране он попросил высадить его у дома. Не вызвать ли для него врача? – спросил Маркус.

Австриец бросил на него усталый взгляд.

– Вы думаете, я сам не смогу вызвать? Нет. Мне нужен лишь покой. Я должен подумать. – Он опять отпустил ручку дверцы и невидяще уставился перед собой. – Знакомо вам такое чувство, когда вы точно знаете, что вот-вот, сейчас? Уже вертится на языке?

– Да, – сказал Маркус. Он внимательно посмотрел на Блока. Его партнёр казался вялым и измотанным. Его слова не соответствовали его виду.

Блок нагнулся, открыл дверцу.

– Я что-нибудь придумаю, – сказал он и вышел. – Мне всегда что-нибудь приходило в голову. Не вешайте носа, ладно?

И, не оглянувшись, скрылся в доме.

На следующее утро он не открывал дверь и к телефону не подходил. Маркус выждал час. Когда тот снова не отозвался, Маркус позвонил на сервис и велел взломать дверь.

Блока в доме не было.

Большая часть бумаг из гостиной исчезла. Столы были перевёрнуты, один стул сломан, в одной из дверей выбито стекло. На плитках пола виднелись тёмные пятна, и когда Маркус нагнулся и потрогал пальцем, это оказалась кровь.

– Ничего не трогать! – крикнул он людям из сервиса. – Вызовите полицию.

Блока похитили, в этом не было сомнений. И, судя по всему, он дался похитителям не так легко.

Люди из сервиса прокрались за дверь так осторожно, будто ступали по сырым яйцам. Один из них что-то взволнованно говорил по-арабски в телефон. Звонил, надо думать, в полицию или в приставленную от «ARAMCO» службу безопасности, которая здесь, в анклаве Дахрана, представляла собой верховную власть.

Маркус достал из кармана свой телефон и попытался припомнить номер, который стоял на карточке Таггарда.

Видимо, он правильно его запомнил.

– «American Agrofood Trading Company», – ответил мужской голос, – чем могу быть вам полезен?