пузырек красного цвета. Надо же, такой маленький, может на ладони уместиться, но защиты вокруг него больше, чем возле императорской резиденции.
Тем не менее, эта защита меня пропустила. Я ее даже не взламывала (у меня бы все равно не получилось), она просто позволила мне взять то, что хранится под защитным куполом. Все-таки есть плюсы от того, что сам император разделил со мной свою магию. Теперь все двери этого дворца открыты для меня. Понятно, что это явление временное, но пока есть шанс, нужно пользоваться.
Я осторожно взяла пальцами пузырек с багряным золотом. Сначала мне показалось, что сам граненый сосуд имеет красный оттенок, но теперь поняла, что ошибалась. Пузырек прозрачен, а внутри хранится красная блестящая жидкость с золотыми прожилками. Поверить не могу, что держу в руках это сокровище. Багряное золото может спасти любую жизнь, исцелить любую рану, если только у человека бьется сердце. Поцеловав драгоценный пузырек, я поняла, что мне нужно еще кое-что. Если я хочу снять браслет и сбежать из-под надзора императора, то придется серьезно рискнуть собой. Снять артефакт с моей руки вполне возможно, но для этого мне понадобится сильное обезболивающее.
Очень сильное обезболивающее.
А вот и оно! У целителей просто не может не быть настойки кауса — сильнодействующего снадобья, способного отключить любую, даже самую сильную боль. Без труда взяв с полки пузырек, я спрятала свою добычу в карманы и вышла из целительского крыла также незаметно, как и вошла туда. Обратно в императорские покои вернулась без происшествий, никто меня не остановил.
Поверить не могу, что смогла украсть из императорского хранилища столь редкие и ценные зелья. А ведь за такое положена смертная казнь! По законам империи, все багряное золото принадлежит лично императору. Что ж, если выживу после всей этой затем, то буду считать, что этот пузырек — мой свадебный подарок.
Вернувшись в покои Вольфа, я убедилась, что служанка все также мирно спит в постели правителя. Я уселась за стол Вольфа и разложила на нем все необходимое: настойка кауса и чистая ткань. Заживляющее заклинание для себя любимой тоже приготовила. Поверить не могу, что иду на этот безумный шаг, но иного пути у меня нет. Нужно спасти Ольфа, а для этого придется совершить невозможное.
Пора начинать.
Я откупорила пузырек с обезболивающим и отпила половину. Этой дозы мне хватит на сутки, а дальше буду действовать по ситуации. Выждав пять минут, я вытянула вперед руку с браслетом и применила магию. Заклинание оплело артефакт на моем предплечье, словно змея. Я отдала короткую команду, и магия впилась в металл сотней невидимых шипов. Если бы я не выпила настойку кауса, то потеряла бы сознание от боли. Но с ней я ощущаю лишь легкое покалывание.
Напряглась я тогда, когда почувствовала запах горелой плоти.
Браслет Вольфа пропитан огненной магией, он почти весь из нее состоит. Сейчас, когда я пытаюсь взломать его, артефакт защищается и цепляется за меня, как умеет — с помощью огня.
Несмотря на настойку кауса, я начала чувствовать боль. В то же время я изо всех старалась вытащить свою руку из этого золотого капкана. В какой-то момент мне показалось, что сейчас руку просто оторвет. Стоило только подумать об этом, как браслет слетел с меня, отскочил в сторону и со звоном приземлился на пол.
А я в ужасе смотрела на свою руку. Точнее, на то, что от нее осталось. Это так странно: видеть страшный ожог на своей собственной коже, чувствовать отвратительный запах подгоревшей плоти и не ощущать боли.
«Лучше бы она отвалилась» — мелькнула в голове дурацкая мысль. Впрочем, судя по виду моей конечности, скоро так и случится. Я никогда в своей жизни не видела столь глубоких ожогов. Впрочем, стоит ли удивляться? На что я вообще рассчитывала? Разорвать огненные оковы чрезвычайно тяжело. Хорошо, что руку удалось сохранить хотя бы в таком виде.
А ведь я даже не догадалась взять из хранилища заживляющее средство. Пришлось плести исцеляющее заклинание, но я не целитель, а потому не владею этой магией в полной мере. Вот если бы нужно было изготовить мазь из специальных трав, то я бы справилась и усилила ее свойства, но вот так из воздуха создать что-то, способное исцелить столь сильный ожог, я не в силах. Тем не менее, простое заклинание я смогла сделать.
«Как мертвому припарка» — меланхолично констатировала я, еще раз взглянув на ожог. Боюсь даже представить, что со мной будет, если настойка кауса перестанет действовать.
Мной начала овладевать паника. Сделалось не по себе, перед глазами все поплыло. Что теперь будет? Вольф наверняка уже почувствовал разрыв нашей связи, а это значит, что нужно убираться отсюда как можно скорее. Его нет во дворце, но вряд ли императору, пересекшему континент ради меня, будет трудно заявиться в свои покои, дабы проверить суженую.
Обмотав ожог чистой тканью, я встала из-за стола. Взгляд тут же выхватил металлический браслет, который теперь выглядит так, будто в костре полежал: металл вздулся и лопнул по задней стенке. Если даже драконье золото не выдержало, то что же станет с моей конечностью? Похоже, если я выживу, то придется с ней попрощаться, и это не шутка и не образное выражение.
Тряхнув головой, я заставила себя вспомнить о том, зачем затеяла все это безумие. Ольф. Я должна спасти жизнь того, кто из-за меня ее уже почти потерял.
Я выбралась из дворца безо всякого труда. Коридоры кажутся пустыми. Такое чувство, будто все разбежались. В форме служанки я спустилась на первый этаж и спросила у первого попавшегося стражника:
— Как отсюда выйти?
Он окинул меня уставшим взглядом и задержался на перевязанной руке. Я уже приготовилась отвечать на неудобные вопросы, но мужчина лишь кивнул в сторону поворота:
— Вон там дверь наружу, пройди по тропинке и увидишь дверь. Это выход для слуг.
— Спасибо, — кивнула я ему и улыбнулась. Стражник вздрогнул, будто впервые в жизни увидел улыбку и проводил меня странным взглядом.
Я сделала все, как он сказал. У самой калитки я сбросила с себя форму и переоделась в черное дорожное платье. Благо, длинные рукава скрывают повязку на руке. Со стороны я
