здесь, — холодно отчеканил Кондрат, и Феликс взглянул на него с благодарностью. Пора был заканчивать этот цирк, иначе они ничего не добьются.
— Слушайте…
— Сейчас слушать будете вы, — отрезал Кондрат замогильным голосом, которым можно было камень колоть. Да и его лицо совсем ничего хорошего не предвещало. — Я ещё раз задаю вопрос. Здесь собираются люди, чтобы обсуждать свои дела, так?
— Я же уже сказал…
— Мне от вас нужно только «да» или «нет», — чуть не прорычал Кондрат наклонившись так близко к бармену, что тот отшатнулся. — Да или нет?
— Да, собираются, — стушевался он. — И?
— Не «И». Вы знаете, что здесь иногда нанимают людей для какого-нибудь дела? Грубо говоря, вербуют наёмников?
— Нет, я…
— Я знаю, что вы лжёте, — тихо произнёс Кондрат, но его голос бармен отлично услышал. — Я могу упечь вас за ложь человеку при исполнении с самую далёкую и страшную тюрьму, где вас сделают подружкой. Могу сделать так, что каждый божий день вас будут усиленно допрашивать. Могу сделать так, что вы не увидите дневного света. Подумайте об этом и ответьте ещё раз на вопрос — вы знаете, что у вас вербуют наёмников?
Откуда Кондрату было это известно? Первое — само заведение говорило о том, что здесь делаются тёмные делишки. Второе — если именно сюда приглашали Теркана Запа для найма, то логично предположить, что это место давно облюбовали для подобных дел. А значит бармен не мог не слышать о том, что здесь происходит. И не мог не знать, кто именно этим занимается — хочешь не хочешь, а запомнишь одни и те же лица.
— Да, иногда вербуют людей для каких-нибудь дел, как охота или там что-нибудь починить… — глухо ответил бармен, всячески пытаясь сгладить углы.
— Иногда набирают тех, кто умеет стрелять и убивать. Так?
— Да, такое тоже есть. Для охраны или…
— Мне не интересует, для чего, — отрезал Кондрат таким голосом. Будто едва себя сдерживал, чтобы не броситься через барную стойку и не вцепиться ему в горло. — Буквально на днях, может в течение этой недели кто-то собирал большую группу наёмников. Больше двадцати человек. Что вы знаете об этом?
— Слушайте…
— Слушаю.
— Я не… то есть, я не лезу в чужие дела…
— Но хорошо осведомлены о них. Вы знаете вербовщиков, которые подбирают здесь подходящих парней. Кто они?
— Да откуда…
— Феликс, мы забираем его с собой, — вздохнул Кондрат. — Будем допрашивать в другом месте.
У Феликса побежали молнии по ладоням, и бармен испугался.
— Стойте, погодите. Да, я знаю пару вербовщиков, но я лично в дела не лезу эти. Меньше знаешь, крепче спишь и целее будешь, знаете ведь, — улыбнулся он испуганно. — Но да, иногда вербовщики здесь ищут людей для своих групп. И недавно один такой собирал здесь. В один день шесть человек сидели за столиком. В другой аж десять. Прямо крупную группу набирал.
— Кто этот вербовщик?
— Вон тот, в левом углу, который с капюшоном, под головой кабана.
— Если издашь хоть звук, когда мы отойдём, он превратит твои яйца в омлет, даже не отделяя их от тела, — предупредил Кондрат, а Феликс заставил свои ладони покрыться уже голубоватыми язычками пламени.
— Хорошо ты умеешь общаться, — уважительно заметил Феликс, когда они направились к указанному вербовщику.
— Годы практики, — только и ответил Кондрат. — Ничего не приходит сразу.
И ничего не закаляет, как общение с матёрыми рецидивистами, которые сами чему угодно могут тебя научить. Оттуда же Кондрат узнал и о том, что преступные элементы, достаточно умные, чтобы не попасться на какой-нибудь глупости, всегда обладают каким-то удивительным чутьём, помогающим им избегать блюстителей порядка.
Здесь было точно так же. Человек, на которого указал бармен, внезапно встал и направился к выходу быстрым шагом, словно почувствовал приближение опасности. Кондрат не стал ждать, пока тот выйдет на улицу, и бросился наперерез. Расталкивая людей, он выскочил следом за ним на улицу и бросился по грязным улицам за убегающим вербовщиком.
— Стоять, именем закона! — крикнул Кондрат на всякий случай, что, естественно, того не остановило. — Приказываю остановиться!
Они выбежали на дорогу прямо перед лошадьми, и Кондрат сам едва не попал под лыжи одного из экипажей, успев прошмыгнуть в последний момент. Дальше по тротуару мимо прохожих и в какую-то подворотню…
На углу которой Кондрат и поскользнулся на месиве из снега и грязи. Нога поехала дальше, он попытался перекинуть центр тяжесть, взмахнув руками… и шлёпнулся в грязь всем телом. Возраст, конечно, уже давал о себе знать, как это не печально. Староват он для таких погонь.
Разочарованный, он бросил взгляд в подворотню, где исчез человек и вздохнул.
— Кондрат, ты как? — рядом уже стоял Феликс. — Где он⁈
— Да убежал… — махнул рукой Кондрат, вставая. Весь мокрый, грязный, и слегка злой. — Ушёл туда.
— Сможем догнать?
— Да что-то я сомневаюсь… но можно пойти посмотреть, конечно…
На что посмотреть, непонятно, но такова натура человека. Даже если знаешь, что бесполезно, всё равно делаешь, чтобы знать наверняка, что опарафинился. Феликс помог Кондрату подняться и даже хотел отряхнуть его, но тот лишь отмахнулся. Они хмуро направились в подворотню, теша ложную надежду нагнать его…
И что удивительно, нагнали!
Едва завернули за угол, как увидели слегка удивительную картину, как тот самый вербовщик висел в воздухе держась за шею, а перед ним, подняв руку, будто сама держа его, стояла ведьма.
— Вы за ним гнались? — без интереса спросила она.
— Да, за ним, — кивнул Кондрат. — Ты быстро…
— Я же сказала, что буду рядом, если что. И что мне с ним сделать?
— Для начала мы хотели бы с ним поговорить.
Феликс, глядя на ведьму, лишь насупился. Словно злился, что не он смог поймать подозреваемого. Пату же его будто не замечала, взмахнула рукой, обвив мужчину тонкими белоснежными нитями и усадила прямо на землю. Таким поворотом событий тот явно был напуган, озираясь по сторонам.
— Я ничего не знаю! Я ни в чём не виноват! Клянусь! Я тут вообще ни при чём!
— В чём ты ни при чём? — полюбопытствовал Кондрат, подходя ближе.
— Ни в чём! Я вообще гулял, когда эта… эта ведьма меня схватила! Она ведьма! Вы должны схватить её!
— На твоём месте я бы заткнулся, иначе я попрошу, чтобы эта ведьма оторвала тебе руки и ноги, — с угрозой произнёс Кондрат, сев перед ним на корточки. — Сейчас я буду задавать вопросы, а ты будешь отвечать. Не отвечаешь, и ведьма отрывает тебе палец. Не отрезает, не отгрызает, а именно вырывает из твоей рук, ты понял?
— Да, я понял! — закивал
