прятаться в хижинах ночами, не выходить из них. Еды у нас теперь много.
– Ну да, дождёмся оттепели, а дальше что? Будем так же жить в вечном страхе? Прятаться в хижинах и ждать неизвестно чего.
– А ты не привык сидеть на месте.
– Ты сам когда-то сказал, что мы войны и уж лучше доблестно умереть в бою, чем жить в вечном страхе перед неизвестностью.
– Это правда. И мне уже на всё насрать. Я с тобой пойду хоть куда.
– Если ты думаешь, что это может нам помочь, то я с тобой, – сказала Алёна.
– Иди куда хочешь, мне похуй, я останусь здесь, – сказал Медведь.
– Да, я тоже лучше останусь, – сказала Марина.
– И я, – сказала Василина.
– Мы с Сашей тоже остаёмся, – сказала Лиза за них обеих.
– Я согласна идти хоть куда, лишь бы не оставаться тут, – закончила Настя.
Мы разделились на две группы. Теперь уже мы не могли прийти к единому решению. Этот разговор всё показал. В те слова Медведя, сказанные им в хижине, верили четверо девушек из присутствующих. Они обвиняли меня во всём. И я не собирался их переубеждать, они были правы.
– Тогда те, кто готов выдвигаться, остановимся в главной хижине. Соберём еду, несколько шкур, подготовим лыжи, выспимся и с утра выдвинемся в путь. Берите всё только самое необходимое.
Койот с Настей отправились в хижину, чтобы развести там костёр и подготовить шкуры. А мы с Алёной пошли за едой и оружием. Всего этого у нас теперь было в избытке. Девять человек могли бы прожить год, а то и больше с такими запасами, но я не хотел так жить. Умирать тоже не хотел, но уж лучше сражаться за жизнь, чем смирно ждать смерти. Передвигаться с санями мы не хотели, предпочли двигаться налегке, там мы собрали два мешка продуктов. Всё то, что можно легко приготовить на костре, без посуды. В основном мясо и картошка. Мы собрали оружие. Я предпочёл взять себе топор, лук и меч. Для всех остальных были приготовлены копья, луки и мечи. Не знаю, в какой момент, я стал пользоваться топором. Просто однажды во время тренировок я взял его в руки, а Койот напал на меня с мечом. Мне с лёгкостью удалось отбить все его удары, и я чуть не снёс ему голову в порыве ярости. С тех пор я понял, что топор – это моё оружие. Тот топор, который я метнул в волка, я значительно облегчил, сточил лишнее железо, заменил рукоять на удобную. Но того топора больше не было, а был обычный топор для рубки деревьев, а времени на его переделывание у меня не было.
Когда мы подошли к главной хижине, то услышали, как Койот с Настей занимаются там сексом. Алёна обратилась ко мне:
– Возможно нам осталось жить всего несколько дней, или часов. Мы не знаем сколько нам осталось, но точно не долго. Может нам следует последовать их примеру?
Я взял её голову в свои руки, посмотрел ей прямо в глаза, слегка чмокнул в губы.
– Я тебе обещаю, мы ещё долго проживём. И у нас ещё будет возможность заняться этим в куда более лучших условиях, чем эти.
После этого я отпустил её и пошёл готовить лыжи. Не знаю почему я отказался. Девушки не часто предлагают такое сами. А особенно такие девушки. Но я не хотел этого. Не хотел секса из страха. Судя по воспоминаниям, раньше я постоянно трахался с девушками. Но с того момента, как я оказался на этом острове, всё изменилось. Я словно начал жить заново. Словно я вернул себе девственность и хотел её лишиться при каких-нибудь нормальных обстоятельствах, а не потому что у меня на глазах умерло куча друзей. Да этим я тоже был сильно обеспокоен, как и предстоящим переходом. Как и подготовкой ко всему этому. Я вновь вёл людей на смерть. Словно я был проводником к ней. Даже не знаю, почему я сам ещё не умер. Я должен был умереть столько раз, но почему-то всегда выживал, чтобы не происходило. Выживал в то время, когда все, кто меня окружал, умирали. Для всех было бы куда лучше, если бы я умер тогда, после праздника, после боя с Медведем. Но почему-то я тогда выжил. Если бог существует, то он явно меня не любит, иначе бы он не заставил меня так мучиться.
Четверо лыж у нас были, когда я их отыскал и подготовил, то Койот с Настей уже закончили. Шкуры они конечно же не подготовили, так что это пришлось делать нам всем вместе. Мы собрали шкуры для ночлега, залатали свои шкуры. Подготовили ещё по комплекту шкур, которые должны были надеть на себя. И мы легли спать, хотя до начала заката оставалось ещё пара часов, но перед этим мы двое суток не спали.
37
Проснулись мы рассвете. Всё было готово к предстоящему походу. Шёл снег, но не сильный. Ветра почти не было. Погода была вполне нормальной.
– Может поговорим с ними, и кто-нибудь передумает и пойдёт с нами? – Предложил Койот.
– Не стоит, они сделали свой выбор.
– Мы должны хотя бы попрощаться с ними. Вряд ли мы увидимся ещё когда-нибудь.
– Вы можете сходить. Меня они ненавидят.
Койот с Настей пошли попрощаться с ними. Мы же с Алёной пока привязала лыжи к ногам и загрузили на себя мешки. Спустя пару минут Койот вернулся.
– Как они? – Спросил я.
– Ты был прав, они тебя ненавидят. Даже разговорить с нами не стали. Печальное окончание, после того что нам пришлось пережить вместе.
– Наши пути разошлись. Возможно это должно было произойти раньше. Но не стоит об этом думать. Выдвигаемся.
Мы отправились к берегу. Дошли до ручья, он так и не замёрз, но мы знали, что выше по течению он сужается и что можно будет там перейти вброд без всяких проблем.
Мы продвигались километр за километром, но словно всё было против нас. Снег усиливался, ветер тоже. Становилось значительно холоднее. Идти было всё труднее и труднее. Многие места были так сильно занесены снегом, что приходилось их обходить. Так же было повалено множество деревьев. Даже не знаю, когда они повалились. Но и через них мы не могли пройти, их тоже приходилось объезжать. Иногда приходилось очень сильно углубляться в лес, а потом искать дорогу обратно к ручью. Зимой, когда валит снег, ориентироваться в лесу становится очень сложно. Спустя три километра пути
