подобных. Они никогда не предлагали сдаться, никогда не вели переговоров. Всем стало очевидно, у них лишь одна цель: уничтожение всей развитой органической жизни. Но для чего? И кто их создал?
— Ну… Мы это и сами хотели бы знать, — пожала плечами Нойша.
— Изучение прошлого привело нас к убеждению, что такое уже наблюдалось неоднократно. Многие скажут, цикличность — не ново в мире, многое повторяется. Те же пики эволюции, те же периоды распада. Одни и те же конфликты проявляются в каждом цикле, меняется только их облик. Но обнаруженное нами повторение «внезапного исчезновения предшествующих нам рас» в глобальной истории слишком очевидно, чтобы считать его случайным. Инусаннон — благодаря наследию которых мы и стали теми, кто есть, так же неожиданно были стерты с лица Галактики синтетической жизнью. Некоторые наши учёные пришли к выводу, что и их постигла наша участь, и то, что машины запрограммированы на цикл повторений. Они активируется каждый раз по одному и тому же определённому сценарию — пробуждение ретрансляторов и центрального их узла. Тогда, когда ничего не подозревающие расы с ликованием будут осваивать космос с помощью «ловушки» врага.
Центральный узел и те самые «Ину»… Вдруг уши резало неприятным грохотом и в мыслях вспышкой промелькнули кадры до боли знакомой станции. Вот только выглядела она немного иначе — Цитадель. Все её «лепестки», которые нынешние расы используют в качестве жилых участков, были распущены как у цветка. И в самом её центре горело белым пламенем энергетическое ядро как у ретрансляторов, только в разы большего размера. Видение исчезло в момент активации и в момент звука жнецов.
И что это значит? Цитадель — это ретранслятор, но более мощный? Это… Это… То, что нужно! Давно закравшиеся в душе грёзы тут же дали о себе знать. Только вдумайтесь, рабочий сверхмощный ретранслятор. А что делают с помощью ретрансляторов…
Я чуть не прослушала запись, поддавшись мимолётной радости от мыслей о возвращении домой.
— И хотя существование Конструктора Машин предполагалось как само собой разумеющееся, мы так и не смогли установить, кем он или они были. Насколько мы можем судить, все ответы находятся в Великой Пустоте. Увы, слишком многого мы не успели узнать и осознать. Нам остаётся лишь надеяться, что наши маяки, хранящие знания о них, найдут потомки, чтобы не повторить наших ошибок и возможно отыскать ответ и тем самым спастись от повторения цикла.
— Маяки… Это же та хреновина, которую Джон и как его… Уже подзабыла… А, Найлус! Должны были доставить на Цитадель. Они были настолько важны?
— В них заключен шифр протеан, который и позволяет понимать их язык и использовать их устройства.
— А-а… Ясно. Постой, а как ты его получила и когда?
— На Феросе от Торианина.
— Эм… Ничего не поняла, но ладно.
— А что за Великая Пустота? — поинтересовалась Джилл.
— На ум приходит только пространства между скоплениями галактик. Протеане думают, что жнецы прячутся там? Это как-то тупо, не? Почему там? О, наконец-то, заткнулся, — окинула взглядом куб Нойша, когда наступила тишина. — А, нет, снова начал. Богиня, до чего ужасные звуки! Что он там ещё говорит?
— Историю падения стоит начать рассказать с ошибки… Хм… Начал повторяться.
— Ясно… — уставилась на голограмму Нойша. — Можешь его вырубить, а то сейчас оглохнем?
Запись прервалась лишь тогда, когда я отошла от куба на пару метров. В итоге, мы уселись в лагере церберовцев и в тишине обдумывали полученные сведения. Их не много, но есть важная зацепка, куда двигаться дальше — Цитадель. Обратно к началу.
— И что мы узнали? — начала размышлять вслух азари. — Практически ничего нового. Во-первых, протеан выкосили полностью. Во-вторых, жнецы были уже тогда и их создали не они. Это значит… Что это значит? Ах… Как же всё непонятно… Жаль тут не осталось никого живого из них.
— Кстати, это может быть не правда. Как бы не были тщательны Жнецы, некоторых протеан они всё же упустили. В видении я увидела, как протеане были на грани того, чтобы раскрыть тайну технологии ретрансляторов, ключевой фигурой которой является Цитадель. Эта станция, также является ретранслятором. А возможно управляет всеми ими.
— Что?!
Но чего же не успели доделать здешние учёные? Взломать ретранслятор? Перехватить управление? По мне, это был самый вероятный вариант. Насколько я помню, тот жнец не был оснащен мощным сверхсветовым двигателем. А значит, им тоже нужные ретрансляторы и взятие под контроль главное средство перемещения в Галактике могло переломить ход войны. Но как они хотели взломать их отсюда?
— Вы это слышали? — встрепенулась азари и посмотрела в сторону дверей с оружием наготове.
Панель лифта загорелась красным и раздался сигнал. Сверху кто-то спускался.
— Несколько жизней.
Вопреки нашим ожиданиям, это была не охрана, а очередная группа ученых с ещё одним биотиком. Люди сразу заметили состояние зала и отсутствие своих коллег, но не успели среагировать должным образом. Их мы тоже отправили к коллегам, но взяли с собой уже знакомого Ньюмана, который хорошо знает тоннели.
Чтобы попасть на нижний уровень, нужно было заново подняться и пройтись немного по коридорам. К моему удивлению, размах деяний церберовцев был не так уж велик. Похоже, Призрак не особо верил в успех сего проекта. Да и проект был сам по себе странноват, как и сами люди. Для обычного научного сотрудника, которого здесь якобы удерживают, Ньюман не охотно отвечал на вопросы о «Цербере» и даже вскользь пытался разузнать, кто мы такие.
Очередной поворот привёл нас в тупик, где у церберовцев стояла машина для бурения.
— Вижу, вы плохо стараетесь, — чуть не подавила зевок Нойша, глядя на огромную махину и всего лишь небольшую дыру в стене.
— Стены нижнего уровня сделаны из чрезвычайно прочного материала и защищена энергетической оболочкой, — попытался объяснить Ньюман.
— Так, а зачем тогда всё это?
— Наши сканеры обнаружили за этой стеной мощный источник энергии.
И, правда… Холодный Разум близок и ощущался сильнее, чем на поверхности. Он за стеной? Насколько можно судить, толщина стен не везде одинаковая. Но все равно вновь придётся сделать себе проход. Как и сказал церберовец, стена была непростой и с трудом поддалась световому мечу. Пришлось слегка усилить кристалл, от чего алое лезвие пару раз испустил энергетические дуги. Но, в конце концов, я смогла пробиться и толчком силы отправила кусок стены во внутрь.
— Мистер Ньюман, прошу, — указала мужчине лезть первым.
Учёный сглотнул и всем видом показывал, что ему не очень-то и хочется.
— Мистер Ньюман, я не люблю повторять.
И когда мужчина пролез в дыру, Нойша шёпотом спросила:
— А зачем мы
