Каждый образ, рождённый словами мага, словно ворох раскалённых углей на незащищённую кожу.
— Как это прекратить? Тебя же…не навечно? — хотела произнести спокойно, а получился сиплый шёпот. — Когда будет выполнено определённое количество просьб, — проговорил Ар бесстрастно. — Каждое желание превращается в ма-а-аленький такой камешек. Наберётся нужное количество — можно будет вручить их тому аргуту, Скио. Кажется, так его звали. Срок…службы, значит, будет исполнен в полном объёме, и можно будет уходить.
— А сколько? Сколько надо набрать этих камешков? Что это за камни такие? И как же…как ты оказался вовлечён в это?
— Камни как камни, красивые такие кристаллики. А сколько… Я не знаю, Элге. Звучит полным бредом, но так и есть.
— Но… — Девушка вылезла из своего покрывала, подалась вперёд, заглядывая за укрывающую его тень. — Как — не знаешь?!
— Я не соглашался на эту сделку в здравом уме и трезвой памяти, — едко усмехнулся Ар. — Лучше бы сдох. К тому всё и шло, собственно: меня сильно потрепало в той схватке, места живого не осталось. Вот, даже кое-какую память об этом ношу. — Он небрежно ткнул пальцем в изуродованное лицо. — Очнулся после всего уже тут, в Шелтаре. Пока валялся в горячке, происходящее воспринимал бредом. Какие-то голоса в голове, обрывки фраз, то ли требования, то ли угрозы. Не всё запомнилось. Удалось собрать в подобие целостной картины совсем немногое: я получил уникальную силу исполнять мечты всех желающих, и силой этой пренебрегать не следует. Исполнению желаний будет вестись учёт…ведётся, точнее. В конце — за кристалликами пришлют кого-то из аргутов, или Скио этот…это… явится. Договор можно будет расторгнуть, лес перестанет быть…клеткой, дар этот великий я потеряю — туда ему и дорога! Вот только срока «службы» я не помню, и количество кристалликов не знаю.
Он махнул рукой, наполнил бокалы вином цвета черничного сока, передал один Элге. Девушка машинально выпила половину, как сладкий сок.
— Ар…А если он уже закончился, этот срок?!
— Такое может быть, — кивнул маг, неотрывно глядя на своё вино.
Горькое, с привкусом полыни.
— Йгены…Ты говорил, иногда эти существа являются сюда, и…
— Они не за камнями. Я сначала было так и решил, обрадовался… Чуть не сожрали. Эти за какой-то иной надобностью лезут сюда. Возможно, они не в курсе нашей сделки.
— Но тогда этого аргута надо позвать! Ты ведь уже долго здесь?
— Это вторая проблема, Элге, — невесело хмыкнул Ар. — Как позвать. Я не знаю никакого ритуала вызова из существующих. А я многое успел изучить за это время. Возможно, его просто нет.
— Как это нет! Эту сущность как минимум единожды уже вызывали! Тот человек, о котором ты не хочешь говорить!
— Те знания утеряны. Я…очень хорошо искал, даже отсюда. Была одна тоненькая ниточка, но мне кажется, это не более чем ложный след.
— Не может быть, чтобы не оставили способа связи, такого просто не может быть!
Ар пожал плечами.
— В том мире время течёт с другой скоростью. Я склоняюсь к мысли, что там для них прошло слишком мало времени, иначе… навестили бы. И… давай на этом закончим вечер откровений. Призывать тебя на будущее держать язык за зубами не стану: просто не забывай, что я могу работать с памятью. Иногда лучше не помнить.
Девушка протестующе замотала головой, но Ар уже поднимался из уютных объятий кресла.
— Я не собираюсь никому ничего рассказывать! Я просто…
— Не надо, ни просто, ни сложно. Я не для того…это всё, чтобы ты меня жалела. Если тот ритуал удалось провести как полагается, с моей смертью ничего бы не закончилось. Последствия желания того человека могли быть стократ ужаснее, потому что цену за его желание аргут запросил чудовищную. Я не жалею, что влез.
Элге вскочила, встала перед магом.
— Кто это был? Ты его знал?
Ар на мгновение прикрыл глаза, изгоняя воспоминания. Не удержался, дотронулся до девичьей щеки, мягко провёл пальцем. Элге не отстранилась.
— Я хочу пораньше лечь спать.
— Подожди! Последний вопрос, пожалуйста…
— Ну?
— Ценой за исполнение желания того человека была твоя жизнь, так? Ты — в обмен на бессмертие?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Именно так. И так каждые пятьдесят лет, или около того. По одной жертве каждые полвека. Вроде бы немного…
Девчонка закусила губу, и пахла гиацинтами ярче чем обычно, и так смотрела…
— Любая жертва? Любой человек сгодился бы..?
— Это уже новый вопрос, Элге, — ровно напомнил Ар. — Нет. Не любой.
Он шевельнул ладонью, и вино с тарелочкой закуски, наполовину опустевшей, поплыли за ним на кухню. Элге осталась стоять, с трудом удерживая в себе бурю эмоций. И сколько всего этот отшельник не договорил!.. Отмерев, бросилась следом.
— А какой?!
Тишина.
— А твои собственные желания? Ты можешь исполнить для себя?
Ар демонстративно вздохнул, развернулся всем корпусом к неугомонной девице. В его руках была тарелка с остывшим овощным рагу.
— Стал бы я торчать здесь, если бы хоть что-то для меня лично могло воплотиться?
— Какой ужас…
— Я бы не отказался от сырных лепёшек.
Рыжая травница недоумённо хлопнула ресницами.
— Что??..
— Я говорю, они у тебя неплохо выходят. Если испечёшь на завтрак — буду весьма рад. Доброй ночи.
Доброй эту ночь назвать не получилось. Слова мага не выходили из головы, Элге крутилась на не самом удобном своём ложе, так и эдак складывая то немногое, чем он позволил себе поделиться. Он неплохо прятал свои чувства, но отрешённость и безнадёжность во взгляде за весь этот незначительный срок пребывания здесь девушка научилась считывать. Как трудно, должно быть, добывать информацию, самые крохи её, находясь безотлучно в лесу, не имея возможности выйти! И какими мелкими, незначительными стали казаться её собственные беды и горести. А маг спал, или притворялся спящим. Утром, когда кое-как задремавшая Элге проснулась, чтобы исполнить маленькое простое желание Ара: получить горку пышных лепёшек с одуряющим запахом мягкого сыра и свежей зелени, он уже упражнялся во дворе с неизменными клинками. И после, освежившись и сменив рубаху, он плюхнулся за стол, демонстрируя зверский аппетит и полное отсутствие желания продолжать откровения.
— Я бы хотела взглянуть на эти кристаллики, если дозволишь.
Ар покосился на девчонку: снова на ней этот домашний брючный костюмчик, а под глазами залегли тени, и руки нервно теребят салфеточку. А ведь целительница, придавать коже здоровое сияние умеет. Полночи он жалел, что рассказал. Пока не догнало и не тюкнуло по маковке осознание, что её сострадание и подозрительный блеск глаз не царапает его душу ржавым гвоздём, а наоборот, касается приятным теплом.
Он повёл рукой и вытащил на свет стеклянный сосуд с узким горлышком. Поставил на середину стола, и второй рядышком. Девчонка наклонилась, разглядывая две горки камешков. Алые, как рубины или кровь, и прозрачные бриллиантовые «сердечки».
— Это — исполненные желания, — предвосхищая новый вопрос, указал Ар на красную горстку. — А в этом сосуде «спасибо».
— Спасибо..?
— Такой камешек появляется, когда человек поблагодарил за свою воплощённую мечту. Некоторые приходили лично, но очень редко. Достаточно и слова, или мысли, чтобы кристаллик упал в этот сосуд.
— Благодарностей гораздо меньше, — заметила Элге.
— Благодарность вообще встречается реже, чем «хочу» и «дай».
Он наклонил один из сосудов, и в подставленную ладонь упало маленькое сверкающее «сердечко».
— Этот — твой.
Девчонка не спешила дотрагиваться, хотя разочек протянула нерешительно руку.
— Сколько их тут всего? — хрипло спросила она.
— Порядочно, — скривился маг.
— Я всё думала, как же это работает… Если постоянно надо использовать полученную силу, а люди приходят к тебе далеко не каждый день…
— А зимой почти не приходят, — кивнул Ар, убирая кристаллик обратно. — От меня, видимо, и не требовалось колдовать ежедневно. Напоминание прилетает, если не трогать «дар» Пропасти более полутора-двух месяцев, а за этот срок кто-нибудь да непременно явится. Как видишь, я даже в самую глушь забрался, однако — находят.
