все равно ловила чуть заметный след на своей одежде. И это… Это так странно. Чувствовать на себе чужой запах. Да еще и мужчины.
Я потрясла головой, прогоняя смущающие мысли, и тяжело вздохнула, когда в висках стрельнуло. От каждого движения рукой или ногой под кожей тоже рассыпались искры боли – последствия того, что я попыталась самостоятельно раздвинуть кровати и не сменила повязки. И если я надеялась, что сегодня сил у меня будет больше, – я глубоко ошиблась.
Вновь вздохнув, я коснулась ступнями пола и сделала первый шаг, но чуть не споткнулась о сумку и собственный меч, которые Змей так и не удосужился поднять со вчерашнего дня.
Выругавшись, я подобрала их и аккуратно прислонила к стене под окном. После, шаркая ногами, отправилась к ведрам с водой. Последовав примеру Змея, я быстро умылась и, пока была одна, решила по-быстрому перевязать рану на бедре.
За ночь разложенные на комоде бинты высохли, однако немного огрубели, что огорчило. Но лучше потерпеть их жесткость, чем потом мучиться с заражением. Прихватив вместе с бинтами железную баночку с мазью, я вернулась на кровать и, оголив бедро, принялась разматывать старую повязку. Лишь бы никто не додумался сейчас заявиться.
При беглом осмотре раны я не заметила покраснений или припухлости, только маленькую дырочку там, где свежий рубец разошелся. Но крови, к счастью, не было. Довольно хмыкнув, я щедро смазала рану мазью и на скорую руку замотала ее новым бинтом. Так-то лучше.
Следующим по плану было плечо, но с ним дела обстояли гораздо сложнее. Требовалась чья-нибудь помощь. Поэтому я подхватила все свои медицинские пожитки и пошагала в коридор.
– Тали? – осторожно заглянула в открытую дверь соседней комнаты, где было подозрительно тихо.
Змея там не оказалось, зато остались разъяренные Талина и Ривар. Поначалу они волками на меня посмотрели, но потом их заспанные взгляды оттаяли.
– Значит, ей можно звать тебя Тали, а мне нет? – тут же возмутился Ривар и поспешил увернуться от подзатыльника. Очень ловко, между прочим.
– Заткнись! – прошипела Талина и уже мягче поинтересовалась у меня: – Что такое?
Смущаясь, я подняла зажатый в кулаке бинт:
– Поможешь с плечом?
И постаралась не встречаться взглядами с Риваром, который пристально и с прищуром на меня смотрел.
– Без проблем, – ответила напарница Змея, а я почувствовала, как внутри меня все расслабилось: она не отказалась.
Прогнав Ривара из комнаты, Талина довольно быстро и умело сменила мою повязку. Даже рану промыла водой. А на мой вопрос, куда подевался Змей, рассерженно буркнула:
– Надеюсь, делся он туда, где я его не найду…
У меня мурашки поползли от ее тона. На миг даже стало страшно за своего наставника-эгоиста, но он сам виноват: не стоило портить всем утро, если сам не выспался.
А Змей тем временем успел наведаться в нашу комнату и забрать свои вещи. Да так тихо и быстро это сделал, что мы с Талиной не заметили. А когда спустились на первый этаж трактира – увидели его за столом вместе с Ривом, охотно уплетающими оладьи с вареньем и фруктовым чаем. И так аппетитно оладьи выглядели, что я мигом позабыла о своем смущении перед Змеем, а Талина об испорченном утре – мы обе поспешили к столу.
– Завтрак, – пододвинул асигнатор ко мне тарелку, на которой лежали румяные оладушки и малиновое варенье.
Рот мгновенно наполнился слюной от вкусного аромата, и на этот раз уговаривать меня не пришлось. Усевшись за стол удобнее, я взяла одну оладью и щедро помакала ей в варенье, а как надкусила – чуть не застонала от наслаждения. Вкус был волшебным! Сладкий, пышный, мягкий оладушек буквально таял во рту!
– Запей, – поставил передо мной кружку Змей, когда заметил, с какой жадностью я уплетаю свой завтрак, и усмехнулся: – А то подавишься.
– Фух! – залпом осушила я чуть остывший чай и посмотрела на оставшиеся оладьи, как на сокровище: – Я… Я давно не ела сладкое.
Это правда. В поселение редко завозили сладости, в основном только крупы, картофель, соленую рыбу, вяленое мясо, а еще яблоки. Так что в последний раз я пробовала малиновое варенье в Школе ловцов. С тех пор даже позабыла, насколько оно вкусное.
Когда оладьи закончились, я с сожалением заглянула в пустую тарелку. Хотелось вновь ощутить прекрасную сладость, густым сиропом разливающуюся по языку, только умом я все же понимала, что наелась и больше в меня не влезет.
– Не переживай, – заметил мой опечаленный вид Змей. – В Сареме полно разных сладостей, еще успеют надоесть.
– А вот и нет, – с блаженным видом дожевывала последний оладушек Талина. – Мне они никогда не надоедают.
– Тебе никогда и ничто не надоедает, – буркнул осоловевший от еды Рив.
– Почему же ничто и никогда? – хмыкнула напарница Змея. – Вот ты, например, меня уже достал.
– Я не в счет.
– Согласен, не в счет, – подхватил Змей. – Потому что крайняя надоедливость – это твой дар.
– А твой – всех бесить, – парировал Рив.
– Доостришься сейчас… Голову оторву.
– Сначала поймай меня, – с вызовом изогнул темную бровь Ривар, а Талина не выдержала и рявкнула:
– Заткнитесь оба!
Рив и Змей от ее грозного тона только глаза закатили, всем видом показывая, что им плевать и ни капли не страшно. Однако ругаться перестали. Поэтому оставшееся время завтрака прошло спокойно, не считая задиристого взгляда Рива и хмурого – Змея, которые то и дело пересекались.
Этим утром наша скромная компания выглядела чрезмерно помятой. Невыспавшиеся, грязные и нечесаные… Последнее, конечно, относилось больше ко мне и… Змею. Мы единственные, кто обладали длинной шевелюрой. И в отличие от нас Талина выглядела просто потрепанной, а короткие каштанового цвета волосы Рива забавно торчали и отказывались приглаживаться, когда он проводил по ним ладонью. Взгляни на нас – и не подумаешь, будто мы представители элитных войск. Больше походили на оборванцев.
Как Змей и договаривался, утром за нами подъехала та же самая телега, только на этот раз без сена. Она остановилась у входа в трактир, когда мы закончили завтракать. И пока продвигались к двери, лавируя меж столов, я увидела вчерашнюю официантку, провожавшую Змея обиженным взглядом. Будто почувствовав мое внимание, она посмотрела на меня, и, прежде чем ее милое личико начало искажаться брезгливостью, я отвернулась.
Оказавшись снаружи, мы тут же забрались в повозку, где лежали набитые сеном мешки.
– Это чтоб ехать мягче, – буркнул мужик на облучке.
Змей заинтересованно хмыкнул. Достал из кармана четыре истона и отдал возничему со словами «за заботу». Тот, убрав монеты за пазуху, расплылся в беззубой улыбке и с задорным «Но!» погнал лошадь вперед.
– Я отвезу вас к самому лучшему конюху! – добавил радостный мужик, а Рив
