Лица у нее уже просто не было, куда девалась былая красота, нежность кожи, очаровательная синева глаз, припухлость алых губ? Кожа стала почти черной, губы закушены до кровоподтеков, ясные синие глаза превратились в мутные белые, зубы от неимоверного стискивания начали крошиться… Бывшую красавицу словно что-то рвало изнутри, но от попытки опустить ее в теплую ванну, чтобы облегчить мучения, стало только хуже, вода в ванне мгновенно почернела, а сама женщина принялась кричать.
Похоже, в ужасе был и сам Дзаметта, ведь именно в его доме творилось что-то страшное. От банкира сбежала вся челядь, люди боялись даже проходить мимо, особенно когда из-за высокой ограды неслись дикие вопли умирающей.
Когда она наконец скончалась, рады были все окружающие, слишком страшно наблюдать вот такую борьбу двух миров.
Король против банкира никаких мер не принял, хотя смерть фаворитки переживал сильно, правда, недолго, уже через десять дней у него была новая любовница — Генриетта де Верней, которой он привычно обещал жениться… когда-нибудь…
Сообщение о смерти королевской любовницы Габриэль д'Эстре, действительно не пережившей Пасху, парижане встретили… с восторгом:
— Наконец-то эта подлая тварь отправилась к дьяволу!
Если вспомнить о том, как умирала Габриэль, можно поверить в правдивость этих слов. А распятие Дзаметта снял, куда оно девалось, не знал никто, но оно никого не интересовало.
Карминно-красное свадебное платье, приготовленное фавориткой для венчания, осталось неиспользованным.
А король? Утерев слезы, он не только утешился с новой любовницей, но и наконец в июле… отправил в Рим бумаги с просьбой о разводе с Маргаритой де Валуа, том самом разводе, который обещал Габриэль со дня на день еще полгода назад! Вот и верь этим королям…
В Юсон пришло письмо от банкира-обувщика. Королеве все объяснила одна-единственная фраза:
«Святое распятие сделало свое дело».
Маргарита, получив сообщение о страшной смерти любовницы своего пока еще мужа, перекрестилась:
— Господь ей судья!
Она знала, в чем дело. Козимо Руджиери никогда не раскрывал свои тайны, а вот его ученик иногда делился.
Однажды в Юсоне появился бедно одетый монах, чья ряса была истрепана далеким путешествием, и попросил встречу с королевой. Его долго не хотели пускать, и только когда монах произнес три слова, провели в кабинет Маргариты.
Когда на следующий день человек в монашеском обличье уходил из Юсона, королева уже знала, что должна делать. Следом отправился посланец в Рим с шифрованным письмом. У фаворитки договор с дьяволом, потому она столь сильна и непотопляема. Чтобы избавить Францию от такой королевы, нужно срочно принимать меры.
Вот тогда Дзаметте и привезли из Рима распятие.
Король поверил бывшей супруге, видно, что-то чувствовал и сам, он согласился устроить Габриэль проверку. Если любовница сможет выжить после ночи, проведенной с этим распятием у изголовья, значит, все сказанное — навет, а если нет…
Габриэль д'Эстре не пережила, ее красота действительно оказалась дьявольской.
Теперь можно разводиться, перепуганный король будет осторожней при выборе любовниц и в лапы дьяволу не попадет…
К дьяволу не попал, но почти сразу попал в лапы к весьма меркантильному отцу новой любовницы. И неизвестно еще, что хуже. Пришлось Маргарите снова помогать своему непутевому мужу, уже бывшему, потому что они все-таки развелись.
Письмо из Парижа снова заставило мадам ругаться:
— Да что же это такое! Неужели ему завещали престол Франции для того, чтобы он пытался сделать королевой любую подзаборную девку, вытащенную из сточной канавы?!
Когда-то Екатерину Медичи за одну только принадлежность к роду банкиров Медичи, пусть и богатейшему, владевшему половиной Италии, презрительно звали купчихой, отказывая в уважении из-за малой толики королевской крови. А зять Екатерины во второй раз намеревался превратить трон Франции в стульчак для шлюхи!
У короля новая любовница, которую он завел через неделю после страшных переживаний из-за смерти Габриэль д'Эстре. Веселый король Генрих действительно рыдал, но всего несколько дней. Новая фаворитка оказалась не менее хваткой, чем предыдущая, но более хитрой, вернее, хитрым было все семейство Антраг.
Удивителен сам выбор новой фаворитки, ею стала дочь Марии Туше, которая вышла замуж за Франсуа де Бальзака д'Антрага. Той, которая и сама побывала королевской любовницей (Мария Туше была любовницей короля Карла и родила ему сына, тоже Карла, Валуа), хорошо знала, как надо поступить.
Положение короля Генриха снова стало серьезным.
— Чего никогда не умел делать мой бывший муженек, так это держать язык за зубами! Скольким шлюхам он обещал жениться — уму непостижимо! А на мне женился безо всяких обещаний и против моей воли.
Маргарита была права, Генрих в очередной раз влюбился и снова наделал глупостей.
Влюбчивого короля легко завлекли в сети, долго не допускали до тела его новой пассии, пока тот не пообещал сто тысяч экю! Сюлли, услышавший о такой немыслимой сумме, ахнул:
— Так дорого не обходилась ни одна шлюха!
Король возмутился и заставил доставить такую сумму.
Маргарита, получив от Сюлли подробное описание устроенной им выходки, от души посмеялась. Когда ему все же пришлось выплатить королю немыслимую сумму для любовницы, министр схитрил: приказал подготовить ее в самых мелких монетах! Мешок получился столь внушительный, что когда Сюлли в знак протеста рассыпал деньги по полу, монеты покрыли его полностью.
Генрих смущенно почесал затылок:
— Да… черт побери! Недурная цена за одну ночку!
Но монеты приказал собрать и все отвезти Антрагам.
Антраги расщедрились и позволили переспать трижды. Генриетта так понравилась в постели королю, что тот был готов на все.
Вот здесь и поставили вопрос ребром: а если беременность? Король привычно махнул рукой:
— Женюсь!
Но мадам Антраг не прекрасная Коризанда, она уже наслышана о том, как легко Генрих давал подобные обещания и как быстро о них забывал. Теперь он был свободен, а следовательно, выполнить обещанное мог. И вот тогда родился уникальный документ: король письменно давал слово, что если Генриетта д'Антраг в ближайшие полгода забеременеет и родит сына, Генрих на ней женится при всем честном народе и назовет королевой.
Когда король показал сочиненное послание Сюлли, тот молча разорвал листок на куски, ничего более глупого министр еще не видел! Но Генрих написал новое и… отвез мадам д'Антраг в обмен на любезность ее дочери.
