всё так же развалился Сокол, а по левую и правую руку от него стоят хмурые ярлы.
Наверняка, гад уже успел наплести тем с три короба. Если не больше.
Ко всему прочему я отмечаю, что рядом с Лордом Винланда не видно его товарищей.
Что Грабля, что Валерьян отсутствуют.
Хотя я этого и ожидал, но всё равно сердце пропускает удар. Что же с ними сделал Сокол?
На что он готов пойти, чтобы втоптать меня в грязь? Похоже, что Славка Соколовский совсем слетел с тормозов.
— Ярл Алекс, мне успели дорожить, что вы отказываетесь от моей помощи. Я поручил своим купцам приобрести ваших рабынь, дабы освободить от этого бремени, — заявляет правитель Винланда, делая вид что мы с ним совершенно не знакомы. — Вы же не собираетесь идти воевать с рабынями на борту? Однако вы пренебрегли таким щедрым предложением. Хотелось бы узнать почему?
— Приобрести? — развожу я руками. — Мне показалось, отобрать за бесценок и ограбить!
По толпе проносится недовольный и полный возмущения гул.
Угу, как же, какой-то ярл смеет выступать против Конунга. Какой кошмар, какая наглость!
— Ты осмелишься обвинять меня и клеветать⁈ — подаётся чуть вперёд Сокол, прямо-таки наслаждаясь тем затруднительным положением, в которое он меня поставил.
Вот только зря он думает, что ситуация находится под его контролем!
Ведь ему неизвестно о короне подчинения. И он даже не догадывается, что его «тайная» вылазка уже известна мне во всех деталях.
— Прежде чем я дам ответ, — вздыхаю я, — вы позволите задать вам вопрос, о великий Конунг Винланда?
Сокол довольно расплывается в ухмылке, наблюдая как я склоняю голову.
— Конечно-конечно! — смеётся мужчина. — Кем я буду, если не удовлетворю столь малую просьбу⁈
— В таком случае, поведайте мне, великий Конунг, зачем ваши хирдманы напали на моих людей? — резко поднимаю я голову, вглядевшись в глаза Сокола.
Мужчина аж дёргается на месте, ошарашенный моими словами.
— Вздор! Что за бред ты несёшь, ярл Алекс⁈ — рычит один из приближённых Сокола.
— И никакой это не вздор! — фыркаю я. — Не так ли, Конунг⁈ Вы, получив ещё вчера от меня отказ в продаже рабынь, решили угрозами и авторитетом всё равно достичь желаемого! И даже когда я отказал вам во второй раз, вы не отступили от своих гнусных планов! Понимая, что я не соглашусь, вы послали своих воинов убить моих людей! Убить ярла Ульриха, что встал на мою сторону! И похитить моих рабынь! Ты — великий Конунг или вор, обирающий тех, кто тебе доверился⁈
История, шитая белыми нитками, сейчас играет как никогда хорошо.
Никто не сможет доказать, что я не общался на тему продажи рабов с Соколом вчера во время попойки.
Никто не сможет отрицать тот факт, что Конунг послал торгаша из торгового дома, чтобы выкупить моих девочек.
И тем более никто не уже не сможет отбросить тот факт, что Конунг напал сразу на двух ярлов.
Причём, ладно ещё я… тут можно помусолить тему касательно моего неподчинения и упрямства.
Но ярл Ульрих⁈
Он-то вообще не причём!
Так что ситуация и вправду выходит неприглядная.
— Как ты смеешь⁈ — ревёт Сокол, вскинувшись со своего трона.
— Как смею что⁈ — уже рычу я, ощущая, как ярость плещет из меня во все стороны. — Так ведёт себя правитель⁈ Так ведёт себя лидер? Что, уязвленная гордыня ударила в голову⁈ Я полагал, что в Винланде правит закон! А на самом деле здесь правит жадный червь на троне!
— Я И ЕСТЬ ЗАКОН! — гремит голос Конунга. — И не тебе меня попрекать!
— Тогда какой смысл в законах, если их можно не соблюдать⁈ Какой толк в тех устоях, что были приняты за весь этот год с прихода Системы⁈ — не отступаю я. — Какой смысл… в Винланде⁈
Ярлы буквально звереют на глазах. Их лица багровеют, кулаки сжимаются, кто-то обнажает оружие.
Но часть людей остаётся молчаливой, пронзительно глядя на своего правителя.
Ведь ростки сомнений уже посеяны моими словами.
А теперь остаётся только их взрастить.
— Прямо сейчас мои люди сражаются с седобородым воином с морщинистым лбом и шрамом над правым глазом, вместе с ним пришли и другие…
Медленно, неторопливо и в деталях я описываю почти каждого из хирдманов Конунга. Описания мне цитирует Малой, который умудряется это делать прямо в горячке битвы.
— Как я могу знать, что это твои люди⁈ — спрашиваю я уже у всей толпы. — Если я лгу, то где они? Покажи нам их⁈
И чем дольше я говорю, тем быстрее ярость толпы утихает.
На смену ей приходит… непонимание? Игроки просто не могут понять, что творит их Конунг и по какой причине.
Почему он нарушает слово, данное им же⁈
С какого перепугу он направил свой топор против своих же⁈
А потому я наношу свой последний удар. Финальный.
— И поэтому я бросаю вызов тебе, Сокол! — я указываю пальцем на разгневанного Лорда Винланда, чью хитрую схему я разрушил одним своим выступлением. — Если Винланд больше не может доверять своему Конунгу, то это значит, что ты более не подходишь на роль лидера!
— Ты не посмеешь!
— Ещё как посмею, ведь я такой же ярл, как и все остальные, — хмыкаю я. — Но я не давал присяги, а значит, не предаю тебя.
Осмотревшись, Сокол видит, что никто особо и не высказывается против моего вызова. А это значит, что хотя бы нейтрального отношения к вызову я заслужил.
Что? Ты хотел со мной битвы? Вот и получи её! Но не в том виде, о котором ты думал!
Сражение правителя и преступника? О нет! Это будет дуэль за титул великого Конунга!
Внимание! Вы бросили вызов Лорду
