свалил на землю добычу. Затем он осмотрелся, снял с плеча ружьё и вошёл внутрь. Смеркалось, но охотник не выходил из жилища. Нага ходил кругом да около, как лисица возле птичника. В нём всё горело. Из землянки доносился неясный говор. Вокруг ни души, заваленный снегом умёт словно вымер. И вдруг Нага явственно услышал.
– Ну что она, что? – спросил кто-то, и Нага с замирающим сердцем узнал голос Архипа.
– Она сказала кому-то, кто был вместе с ней в землянке, что хотит умёт оставить на тебя, – ответил, видимо, охотник. – Сказала, что, дескать, ты именно тот, кто нужон людям. Но та, кто балякала с Айгулькой, казала: «Слава Господу, коли эдак, значит, он останется в посёлке! «Эх, Ляля, – взбрыкнула Айгулька, – он совершенно непредсказуемый. Во как! Архип, дескать, не в обиду будет сказано, упрям и молод!.. Порхает по землице туды-сюды!»
– И что апосля? – спросил Архип озадаченно.
– Я боля ничегошеньки не расслышал, – ответил с явным сожалением охотник. – Они зараз шептаться стали.
– Значит, её гостьей была молоденькая цыганка?
– Не зрил, не знаю. Люди начали слоняться по умёту, и мне пришлося убраться.
Близилась полночь. Несмотря на тёплую одежду, Нага продрог. А когда он уже собрался возвращаться к караулившему его коня Салиму, из землянки вышел Архип и исчез из виду. Нигде ни души, тишина. Внезапно выскочил и охотник, что-то бормоча себе под нос. Из-за тучки выглянула бледная луна. Охотник, увидев свою тень, усмехнулся.
– Я радёшенек тебя зрить! – обратился он к ней. – Весёленький был вечерок нынче, правда? Нынче я опять разозлил Архипа. И как мне было благостно с того! Но обожди, казачок, это ещё не всё! Нет, нет, нет! Хе-хе, ещё не всё! Айгулька должна стать моею, да, моею! Мы даже поделить её не могём! Хи-хи-хи! Она богата, и мне до зарезу нужны еёные денежки!
В это время где-то в лесной глуши завыл волк.
– А ты чего надрываешься, серый? – повернулся лицом к лесу охотник. – Твой вой мне настроения не испохабит, так и знай! И не зли меня, серый, не зли, – и он погрозил кулаком лесу, – не то… не то… я доберусь до тебя со своим ружьишкой! Так али иначе, – обратился он к своей тени, – мы не должны покуда лаяться с Архипом! А когда денежки Айгулькины будут моими… Тогда и до казака черёд дойдёт. Этот проклятущий Архип… чёрт его принёс! Но чёрт его и унесёт! Ха-ха-ха! – захохотал мужик во всё горло. – Я заманю его на охоту, а там… Я стреляю метко! Но покуда ещё рано, ещё рано! Айгулька со своим богатством будет мо…е…е…й, моей! Доб…рой ночи, братец! Доброй ноченьки! – помахав рукой собственной тени, он развернулся, собираясь войти в землянку, но не тут-то было.
– А ну стой, паскудник!
Луна скрылась за тучу. Из-за землянки вышел незнакомец с пистолетом в руке. Он подошёл ближе и коснулся стволом груди оробевшего мужика. Охотник в ужасе перекрестился:
– О Господи. Кто ты, Божий человек?
– Вот здесь ты как раз и ошибаешься, пёс! – ответил напугавший его незнакомец и надавил стволом пистолета ему на грудь. – Я Албасты – злой дух! И ничего хорошего от встречи со мной ожидать тебе не стоит!
– Ты ли это… что умёт с сабарманами спалил? – прошептал испуганно охотник, признав Нагу. – Откель тебя принесло в эдакую пору?
– Из леса. За тобой следом пришёл.
– А чего шёл за мною?
– Вот смерть тебе принёс, – ухмыльнулся Нага. – В бою убить не удалось, после боя тоже. Вот я и решил покарать тебя сегодня, сейчас, немедленно!
Потрясённый охотник умолк, опустив голову. Может, чтобы скрыть слезу? Бог знает!
– Я тожа помню тебя, – промолвил он, пересилив себя, – но я зараз запамятовал, чем мог эдак досадить тебе? Мы даже в бою рыло к рылу с тобою не касались?
– Неужто?
– Ну да!
– А Архип?
– Должно быть он.
– Как тебя зовут? – спросил Нага, продолжая держать охотника в напряжении.
– Степан Шорохов, – ответил тот, весь дрожа. – Но в умёте все зовут меня Чубатый.
– Так вот что, Чубатый, – ухмыльнулся Нага. – Я слышал твои размышления вслух, и они очень огорчили меня.
– Чем? – вздрогнул тот.
– Не тем, что ты собрался убить Архипа. Он мне тоже не нравится, представь себе! А вот золото… Ты, кажется, собрался жениться на Айгуль и вместе с ней присвоить мои деньги?
– Но-о-о…
– Заткнись и слушай. – Нага надавил стволом пистолета на грудь Чубатого и осмотрелся. – Амина, которую вы здесь все зовёте Айгуль, украла моё наследство и спряталась от меня вот в эту дыру, которую вы зовёте умётом. И мне не нравится, что ты так вот просто решил распорядиться моим состоянием!
– Дык ты…
– Да, именно потому я приводил сюда сабарманов, чтобы вернуть свои деньги. Но всё случилось не так, как я задумывал!
– Тогда я здесь при чём? – выдохнул Чубатый. – Не я же умыкнул твои денежки.
– Не ты, – согласился Нага, – но ты поможешь мне их вернуть!
– Кто? Я? – удивился Чубатый. – Но как я это сделаю?
– Узнай у хозяйки, где она хранит своё богатство, – сказал Нага.
– Не можно это. Если бы я прознал, где она хранит свои денежки…
– Тебя бы здесь уже не было, – закончил за него Нага. – Кстати, а как ты приблудился к умёту Амины?
Чубатый нахмурился, затягивая с ответом.
– Ну? Чего заткнулся, козёл безрогий? – рыкнул Нага.
– Вор я и с соляной Илецкой каторги утекалец, – сознался Чубатый под дулом пистолета. – На умёт набрёл случайно, вот и прижился.
– Место хорошее для таких, как ты, – одобрил Нага. – И мыслил ты правильно! Но если ты мне не поможешь, я тебя убью!
– А ежели подсоблю? – поинтересовался Чубатый.
– Отвалю тебе столько денег, что на всю жизнь хватит!
– Неужели их эдак много?
– Даже больше, чем ты думаешь!
Чубатый задумался. Охваченный алчностью, он даже позабыл, что всё ещё находится на волосок от смерти.
– Согласен я, – сказал он наконец. – Но только вот ещё…
– Чего тебе ещё? – спросил Нага, отводя от его груди пистолет.
– Ты подсобишь мне убраться зараз отсюда подальше, чтоб сызнова не загреметь на каторгу?
– Если будешь мне предан и послушен, то помогу, – пообещал Нага. – Уйдём вместе, во Францию. Ты бывал когда-нибудь во Франции, Чубатый?
– Н-нет, – выдохнул взволнованно тот. – А где она?
– Во Франции, – кисло улыбнулся Нага. – Далеко отсюда. Нас там никто искать не будет! – Он посмотрел на Чубатого. – Ну что, теперь о деле?
– Говори, я слухаю, – кивнул тот.
– Как я слышал из твоего разговора с Архипом, Амина ему доверяет?
– Да.
– Они полюбовники?
– Нет! Но… Всё зараз могёт быть!
