был в итоге сожжен дотла огнеметными танками 141‐го батальона Королевского бронетанкового корпуса. Сражение за Сен-Манвьё-Норре продолжалось до конца дня, и британцы были неприятно поражены крайне малым количеством захваченных пленных. Лейтенант Вукомб, батальон которого был отправлен в Сен-Манвьё-Норре в помощь фузилерам, поразился количеством мертвых тел на улицах деревни: «Они лежали повсюду – фузилеры в своих гимнастерках цвета хаки и гренадеры дивизии «Гитлерюгенд» в камуфлированных куртках; мы были потрясены, что эти фанатики оказались совсем еще мальчишками». Фузилерский батальон в течение этого дня потерял 21 человека убитыми, 113 ранеными и 9 пропавшими без вести. 141‐й танковый батальон лишился трех огнеметных «Черчиллей». Точные немецкие потери традиционно неизвестны. Вечером британским войскам пришлось отразить несколько контратак танков 21‐й тд и пехоты 25‐го панцергренадерского полка СС, решающую роль в этом сыграла огневая поддержка 181‐го полевого артполка. Хотя к ночи бои в Сен-Манвьё-Норре стихли, деревня оставалась опасно открытой для удара со стороны сил противника, окопавшихся в деревне Карпике.
Западнее 8‐й батальон Королевского шотландского полка и эскадрон «А» 9‐го тб наступали к деревне Ля Гол. В такой же степени дезориентированные и обескураженные туманом, вражеским артобстрелом и действием «снайперов», солдаты батальона пытались сделать все возможное, чтобы не отстать от огневого вала, и благодаря этому несколько опорных пунктов они захватили прежде, чем немецкие солдаты успели организовать сопротивление. Но постепенно темп продвижения стал замедляться, потери росли, а дистанция между шотландцами и огневым валом все увеличивалась. В этот момент крайне важной оказалась поддержка нескольких огнеметных «Крокодилов», которые позволяли довольно быстро подавлять врага. К тому времени, когда 8‐й батальон пересек дорогу Кан – Фонтене-ле-Пенель, примерно в 1 км севернее деревни, было уже 09:30. Через полчаса шотландцы вышли к окраине Ля Гол. Деревня лежала на границе секторов ответственности 1‐го батальона 26‐го панцергренадерского полка СС и 12‐го саперного батальона СС, и этот фактор способствовал достаточно быстрому захвату Ля Гол. Шотландцы спешно окопались в деревне, но вскоре выяснилось, что в нескольких домах еще остались немецкие солдаты. ЖБД 8‐го корпуса описал ситуацию в Ля Гол так: «Казалось, деревня уже полностью в наших руках, но множество изолированных групп противника все еще продолжали сопротивляться, и каждую необходимо было подавлять силой. Этот факт, как и ряд немецких контратак, делали реальную ситуацию в Ля Гол не такой обнадеживающей, как могло показаться по первоначальным рапортам». Помимо контратак деревня в течение всего дня находилась под сильным обстрелом, что серьезно замедляло окончательную ее зачистку. Потери шотландского батальона в течение фазы «Подагра» составили 110 человек.
На фронте 46‐й бригады целевые деревни располагались гораздо дальше от стартовой линии. Слева 2‐й батальон горцев Глазго при поддержке эскадрона «В» 7‐го тб двигался в направлении Шё. Справа 9‐й Камеронский батальон при поддержке эскадрона «С» 7‐го тб наступал к Ле От дю Боск. Помимо тумана и артобстрела серьезной преградой для передовых элементов бригады стало обширное минное поле, умело поставленное саперами 12‐й тд СС южнее Ле-Мениль-Патри, в 1 км от стартовой линии британских войск. 7‐й тб потерял на минах 9 машин и вынужден был остановиться, чтобы вызвать танки-тральщики. Пехота, стараясь поспеть за огневым валом, пошла вперед без поддержки бронетехники. Но вал двигался слишком быстро для тех сложных условий, в которых оказались неопытные британские солдаты, и вскоре их продвижение практически полностью остановилось. Все больше и больше уцелевших при артналете немецких солдат появлялось в пространстве между ушедшей вперед пехотой и отставшей бронетехникой. Горцы несли потери, а батальон постепенно терял целостность.
Солдаты 12‐го взвода роты «В» 6‐го шотландского фузилерского батальона ожидают сигнал к атаке утром 26 июня 1944 года.
Когда танки, наконец, догнали пехоту, наступление возобновилось. Оборону на этом участке занимал 12‐й саперный батальон СС, штаб которого располагался на небольшой высоте сразу южнее дороги из Кана в Фонтене-ле-Пенель, всего в километре западнее Ля Гол. Последнее сообщение в штаб дивизии, отправленное командиром батальона в 09:00 по телефону, резко оборвалось: «Вражеская артиллерия разрушила всю нашу противотанковую оборону. На позициях батальона британские танки. Отдельные позиции вокруг Шё все еще держат оборону. Вражеские танки пытаются сокрушить мой блиндаж. Где наши танки? Мне нужна контратака со стороны Ро…». Немецкие саперы успели подготовить на своих позициях обширную сеть траншей, укрытий и огневых точек и сражались даже с большим упорством, чем панцергренадеры, что раз и навсегда развеяло иллюзии британских аналитиков по поводу боевых качестве вспомогательных войск в подразделениях СС. Соответствующая запись появилась в ЖБД 8‐го корпуса: «Противник позволил нашим передовым элементам продвинуться вперед. Немецкие солдаты проявляли себя лишь в том случае, когда их обнаруживали, или когда они получали возможность атаковать нас с тыла в удобных для себя обстоятельствах. Многочисленные очаги сопротивления оставались в нашем тылу, и их приходилось ликвидировать с привлечением значительных сил уже после того, как цели наступления были достигнуты и защищены. Следует отметить, что и в случае сопротивления передовым частям и при боях в нашем тылу враг прекращал сопротивление лишь тогда, когда все его солдаты уничтожались, а позиция была полностью сокрушена». Следующей ночью некоторые из окруженных групп саперов попытались пробиться к немецким линиям и многим это удалось. Прорвался и небольшой штабной отряд во главе с командиром 12‐го саперного батальона СС штурмбаннфюрером Мюллером. Курт Мейер упомянул об этом в своих мемуарах: «Зигфрид Мюллер с оружием в руках защищал свой КП. Англичане направили в бункер парламентера – захваченного в плен сапера. Они предлагали сдаться и прекратить бессмысленное сопротивление. Мюллер ответил отказом. Парламентер предпочел остаться со своими братьями и биться до конца. Британцы сделали несколько попыток взорвать бункер, и вскоре он стал похож на саркофаг, набитый мертвыми телами. Но Мюллеру и нескольким бойцам удалось выжить. Контуженные, они сумели выбраться из‐под обломков и с наступлением темноты направились на юг. Совершенно вымотанные, они вышли к нашим линиям».
«Черчилль» 9‐го батальона Королевского танкового полка в сопровождении пехоты 6‐го шотландского фузилерского батальона наступает в утренней дымке к целям фазы 1 операции «Эпсом».
Цель 2‐го батальона горцев Глазго – деревня Шё – была превращена немцами в большой опорный пункт. Оборону здесь держали батарея 12‐го артполка СС и взвод снабжения 12‐го саперного батальона СС. Шё являлась критически важной целью, поскольку здесь сходились несколько дорог, ведущих с севера на юг. Быстрый захват деревни должен был способствовать сохранению наступательного момента всей операции, но немцы сделали все возможное, чтобы задержать британцев. Обороной командовали два офицера вспомогательных служб – унтерштурмфюреры Бруно Асмус и Карл Лоренц. Хотя оба выполняли при штабе административные функции, им удалось должным образом сплотить силы защитников деревни, и
