— Что-то случилось? — спросил он, усаживаясь в соседнее кресло.
— Ничего такого, о чём тебе стоило бы знать или о чём бы ты уже не знал, — с лёгким раздражением ответил Альдан и поспешил сменить тему. — А у тебя что стряслось, отчего ты носишься по замку, словно потерял что-то?
Эгрант не стал настаивать, так как знал, что Альдан не любит говорить ни о прошлом, ни о своих проблемах. А здесь в любом случае либо одно, либо другое. Решив, что когда будет готов, он сам всё расскажет, Эгрант вернулся к своей проблеме.
— Я ищу Аккеса.
— О... Он всё ещё прячется? — Поднеся кубок ко рту, Альдан медленно отпил. — Наверно, зализывает раны. Ты же видел этот порез? Говорю тебе, шрам точно останется. Вот он и психует.
— Мне необходимо с ним поговорить, и как можно скорее. Пока не стало поздно.
— Ты про жрицу. — Наконец, в глазах Альдана появился интерес, который так же быстро угас. — Ты думаешь, есть способ это остановить?
— Я должен попытаться.
— Не легче ли его запереть — и дело с концом? Я знаю, убивать ты его не хочешь, но не думаю, что то, во что он превратился, лучше.
Он опять отпил из кубка и зло уставился в сторону. Эгрант повернул к нему голову и ещё раз внимательно на него посмотрел. У Альдана явно что-то случилось, что выбило его из равновесия, и, если подумать, не сложно догадаться, что именно, учитывая, что сейчас ранняя весна. Но плохое настроение имело свойство проходить, а вот принятые впопыхах решения порой отменить очень сложно.
— Ты же знаешь, что это не вариант.
— Ты сам на него посмотри. — Альдан запрокинул голову и уставился в потолок. — Когда ты уже смиришься с тем, что он больше не маленький улыбающийся мальчишка? Мне вообще не верится, что он когда-то таким вообще был. По крайней мере, с тех пор, как я к вам попал, я с трудом припоминаю те моменты, когда он вообще улыбался. А теперь ещё хуже. Я и лица-то его почти не вижу.
— У него свои проблемы, как у каждого из нас.
— Только вот последствия его проблем хуже всех. Не проще ли...
— Не проще! — перебил его Эгрант и пристально посмотрел ему в лицо. — Он спас мне жизнь, Альдан. И твою, кстати, тоже, или ты забыл?
Альдан замолчал, нахмурив брови, но продолжал упрямо смотреть в потолок.
— Как я могу это забыть? — наконец, выдохнул он и, опустив голову, сгорбился в кресле, уперев взгляд в кубок, который крутил в руках. — Иногда бывают моменты, когда я жалею, что он тогда наткнулся на меня...
— Не стоит. Ничто не происходит случайно, — сказал Эгрант, вставая, и похлопал друга по плечу. — Я пойду, мне всё же надо найти его.
Развернувшись, он пошёл к выходу, обречённо осознавая, что ему придётся опять обойти весь замок, заглядывая в каждую щель.
— Сходи в зимний сад, — послышался из-за спины голос. — Ты же знаешь, что когда ему плохо, он всегда сбегает в лес. А сейчас только там есть зелень.
— Я был там уже несколько раз.
Альдан усмехнулся.
— А ты внимательней посмотри, он же вырос в лесах и как никто другой умеет прятаться.
Эгрант благодарно кивнул и вышел, а Альдан, тяжело вздохнув, опять запрокинул голову, уперев усталый взгляд в потолок. Мысли опять унесли его далеко в прошлое, туда, где он ещё не повстречал чумазого юношу, спасшего его жизнь, туда, где ещё была его семья и близкие, которые его любили и которых любил он. Неосознанно он опять поднял правую руку и посмотрел на тыльную сторону ладони.
Но потом его красивое лицо исказилось маской гнева, а руки сжались так сильно, что деформировался серебрёный кубок, который он до сих пор держал. В конце концов, он вскочил и швырнул испорченную чашу в стену, после чего глубоко вздохнул и опять упал в кресло.
— Ничего. Настанет мой день.
Зимний сад был далеко не редкостью в Равнинных Королевствах. Другое дело, что это было дорогое удовольствие и позволить себе деревья, покрытые зеленью, и даже просто цветы могли только состоятельные люди. И, конечно же, король Анторий, чтобы в очередной раз доказать, что Сэнкина — самое красивое из королевств, разбил у себя во дворце прекрасный сад. На это ушло много средств и сил, один купол из стекла стоил целое состояние. Не говоря уже о трёх каминах, которые топились всю зиму, чтобы растения не замёрзли, и дюжине садовников, которые тщательно следили за всем, что там росло.
Но, безусловно, была и польза от всего этого. Красивый букет цветов посреди зимы как нельзя лучше располагал к себе прекрасную даму. Кого удивишь цветами летом? Но вот в зимнюю стужу даже простая маргаритка вызывала неподдельный трепет.
Но с недавнего времени садовники побаивались лишний раз соваться в сад и во многом именно из-за того, что его облюбовал один из генералов Дракона, причём тот, что самый страшный из них.
Аккес никому ничего не говорил и никого не выгонял, он просто заходил внутрь и устраивался возле какого-нибудь дерева, а если слугам хочется тут же найти себе другое занятие, то это только их дело. Ему они не мешали.
Вот кто ему мешал, так это Эгрант, который разыскивал его уже второй день. Он и в сады заглядывал несколько раз, да вот только уходил с пустыми руками, так как Аккес вовсе не желал с ним говорить и в очередной раз выслушивать нотации. Однако тот не собирался сдаваться и приходил вновь и вновь.
И вот опять.
— Аккес! — раздался настойчивый голос.
Скривившись, Аккес повернулся на другой бок, углубляясь в тень так, чтобы его не было видно.
— Ты же знаешь, я так и буду приходить, пока не поговорю с тобой. Я не шучу.
Похоже, выбора действительно не было и придётся вытерпеть нотацию. Может, потом его оставят в покое, хотя бы какое-то время.
Поднявшись и отряхнув землю с одежды, Аккес вышел на свет.
Эгрант, который уже опять успел подумать, что он тут один, удивлённо посмотрел на своего друга. Мрачный, хмурый, и, что самое удивительное, без маски. Точнее, она была у него в руках, а не на лице, словно он не боялся, что его кто-то может увидеть, хотя Эгрант сильно сомневался, что кто-либо рискнёт сюда зайти, пока он внутри.
— Ты всё это время был тут? Атиша волновалась.
— Ты и у неё успел побывать, — глухо сказал Аккес, усаживаясь на одну из скамеек. Развалившись, он запрокинул руку на спинку и положил правую ступню на левое колено.
— Конечно. Она тоже посоветовала поискать тебя здесь...
— Чего ты хотел? — перебил его Аккес.
Эгрант подошёл к нему ближе и присел рядом.
— Ты сам знаешь. Я пришёл поговорить о Риане.
Аккес скривился, а потом, недовольно что-то промычав, облизнул лопнувшую губу. Лёгкая царапина на ноздре была почти не видна, а вот губам и подбородку досталось больше всего. Эгрант подозревал что Аккес выбрал уединение не только из-за злости от проигрыша, но и чтобы поменьше говорить с людьми и дать губам нормально зажить. Хотя он и так не отличался разговорчивостью.
