— Как это понимать, Альбус?
— Не волнуйся, Северус, похоже, мы нашли решение. Вернее, Гарри нашёл, — улыбнулся директор.
Снейп нахмурился и только сейчас заметил Гарри, лежащего на соседней кровати. Выражение его лица в тот момент было просто не передать: ужас, смешанный с изумлением.
— Поттер?! Какого чёрта…
Снейп не договорил, потому что в этот момент его руку опять пронзила острая боль, и он застонал и схватился за предплечье.
— Профессор, — торопливо начал Гарри, — пожалуйста, выпейте это зелье. Нет времени объяснять, но, возможно, моя кровь вам поможет.
Помфри налила немного зелья в стакан и протянула Снейпу. Тот тяжело вздохнул и принял у неё стакан непослушными пальцами.
— Зелье совместимости? — хрипло спросил он, принюхавшись.
— Да, — ответила колдомедик. — У вас с Поттером несовместимые группы крови, так что придётся действовать так.
— Кто варил его? — недоверчиво спросил Снейп.
— Сначала лучше выпейте, а потом скажу, — улыбнулся Гарри.
— Только не это, — прошептал зельевар, скривившись, однако зелье выпил и снова откинулся на подушки.
Он и не подумал сопротивляться, когда Помфри закатывала его левый рукав, обнажая уродливую татуировку. Только приподнял голову и спросил:
— Может, всё-таки правую?
— Так должно подействовать быстрее, — отозвался Дамблдор.
— Куда можно колоть? — нерешительно спросила Помфри, разглядывая Метку.
— Куда хочешь. Это всего лишь татуировка, — устало ответил Снейп.
Пока Помфри возилась с иглой, Гарри не мог заставить себя отвести взгляд от Метки. Раньше он видел её вблизи только один раз, да и то мельком. Но сейчас ему удалось хорошенько рассмотреть и огромный череп, и змею, которая выползала из его рта. Сейчас Метка набухла и почернела, и выглядело это довольно жутко. Однако, одновременно с этим, зрелище было почему-то завораживающим. Гарри не мог понять, почему тогда, после Турнира Трёх Волшебников, Метка показалась ему страшной. В конце концов, это действительно была всего лишь татуировка. И в ней почему-то было больше притягательного, чем отталкивающего. Гарри несколько раз ловил на себе недовольные взгляды профессора, но смог оторваться от созерцания Метки, только когда Помфри закончила возиться с рукой Снейпа и объявила, что всё готово.
Гарри видел, как кровь медленно ползёт по трубочке от его руки к руке Снейпа. И в этот момент ему стало жутко. Гарри испугался, что как только его кровь попадёт в вену профессора, тому тут же станет хуже. Но этого не произошло. В течение первой минуты Снейпа продолжало трясти, его правая рука судорожно комкала простынь — по-видимому, опять начался приступ. Гарри беспокойно вглядывался в его лицо, стараясь прочитать на нём хоть какие-то признаки облегчения. Но тянулись долгие секунды, а ничего не происходило. Снейп прикрыл глаза, и Гарри запаниковал.
— Профессор Дамблдор, — тихо позвал он. — Не помогает…
— Подожди ещё немного, Гарри, — отозвался директор.
— Но…
— Смотри!
Гарри с огромным трудом приподнялся на подушках и проследил за рукой Дамблдора, которая указывала на Метку. Постепенно из чёрной она становилась бледно-серой, набухлость пропала. Метка всё больше и больше начинала походить на обыкновенную татуировку.
— Получается, Гарри! — радостно объявил директор. — Твоя кровь действует.
Несмотря на то, что голова кружилась очень сильно и Гарри чувствовал себя ослабшим, он облегчённо откинулся на подушки и рассмеялся. Смех, разумеется, получился нервным, но напряжение последних часов отступило так же резко, как и нахлынуло в лаборатории. У него всё получилось. Ему удалось. Эта мысль была последней, прежде чем Гарри потерял сознание.
Глава 29. Красота кипящего котла
Когда Гарри пришёл в себя, в окна уже светило солнце. Где-то совсем рядом раздавались приглушённые голоса. Дамблдора он узнал сразу, а вот обладателя второго голоса никак не мог опознать. Тогда Гарри приоткрыл глаза и увидел Ремуса Люпина, который о чём-то тихо переговаривался с директором, стоя возле окна. Гарри повернул голову вправо, но кровать рядом с ним была отгорожена ширмой. Он тяжело вздохнул. Видимо, профессор всё ещё не оправился.
— Он очнулся! — радостно, но тихо воскликнул Люпин и, быстро приблизившись к кровати, присел на край. — Как ты?
— Нормально, — ответил Гарри, усаживаясь повыше. — Что случилось? Я, кажется, отключился.
— Да, твоей крови понадобилось больше, чем рассчитывала Помфри. Но это всё нестрашно. Держи, скушай.
Гарри улыбнулся и взял у Люпина протянутую шоколадку. Видимо, Ремус считал, что шоколадом можно вылечить любые болезни, будь то нападение дементора или кровопотеря. Однако тут же Гарри вспомнил, что Снейп тоже кормил его шоколадом после драки с Роном.
— Как профессор Снейп? — спросил Гарри, запихивая в рот последний кусок.
— С ним всё в порядке, — улыбнулся Дамблдор, тоже подходя к кровати Гарри. — Через несколько минут после того, как ты потерял сознание, боль прекратилась. Метка снова стала серой. Волдеморт оставил Северуса на этот раз.
При последних словах Гарри стало не по себе.
— Значит, это может случиться снова? — нахмурившись, спросил он.
— Вряд ли. Волдеморт слишком умён, чтобы повторять свои ошибки дважды. Теперь он знает, что у нас есть средство, которое может помочь. Так что в следующий раз он придумает что-нибудь другое.
— О, боже… — простонал Гарри, откидываясь на подушки. — Значит, Снейп будет мучаться, пока я не уничтожу Волдеморта.
— Гарри, мальчик мой, не думай сейчас об этом. Тебе нужно как можно быстрее поправиться. Поппи оставила тебе восстанавливающее зелье. Выпей сейчас.
Дамблдор кивнул на тумбочку возле кровати, где стояли несколько пузырьков с синим зельем. Гарри выпил два из них.
— Сколько ещё моя кровь будет действовать? — спросил он, вытирая рот рукавом.
— Кровь полностью обновится через две недели, — ответил директор. — Так что четырнадцать дней Северусу ничто не будет угрожать. Однако нужно будет подумать над его защитой, — последнюю фразу Дамблдор пробормотал себе под нос, но Гарри и Ремус его услышали.
— Когда он очнётся? — спросил Гарри.
— Точно не могу сказать. Эта борьба сильно его измотала, ему нужен покой. Думаю, к вечеру он проснётся.
— Хорошо, тогда я зайду позже.
Голова больше не кружилась, и хоть Гарри и чувствовал слабость, оставаться в лазарете ему не хотелось. Он медленно сел и спустил ноги с кровати. Потом запихнул в карман оставшиеся пузырьки с зельем и поднялся не без помощи Люпина.
