Джон кивнул Джозефу, чтобы он присоединился к остальным, а сам остался и прислушался к разговорам у костра.
– И куда мы теперь отправимся? – спросил Джозеф, обращаясь ко всем и ни к кому в частности. – Джонни прав. Мы не совершили и половины того, что Черный Бен и его банда. Но можем и за это получить по заслугам, несмотря на королевское прощение. Шериф Оксфордшира не защитит нас, если не платить ему.
Доктор Уиндем сел поближе к Кейт.
– Как плохо, что мы воюем с голландцами, а то могли бы там осесть.
– А я ненавижу французов с их жеманством, – заявил юный Френсис.
– Во Франции и Испании квакеров приговаривают к смерти, – тихо произнесла Кейт.
– Но не в колониях, – возразила Анна.
– Да, – с печалью в голосе произнесла Кейт, – но в Бостонской колонии их вешают.
– А в Виргинии нет, – выразила надежду Анна, глядя, как от костра взлетают искры и исчезают в черноте ночи над их головами.
Кейт посмотрела на нее:
– Я ничего не знаю о Виргинии.
– Расскажи нам, Анна, – попросила Бет.
– Это чудесное место, мне сам король говорил, – согласилась Анна. – У меня есть дарственная на земли в Виргинии, подписанная королем. Мы все будем там в безопасности и сможем начать новую жизнь.
– Мне не нужна ни новая страна, ни новая жизнь, – сказал Джозеф, глядя на Бет. Девушка кивнула в знак согласия.
– Мой дом в Уиттлвудском лесу, здесь я и останусь, чтобы восстановить то, что разрушил Бен.
– Весьма сожалею, Анна, – сказал доктор, обнимая Кейт за плечи, – но я человек науки. В Англии грядут большие и удивительные успехи в моей области, и я хочу быть к ним причастен. А кем я буду в дикой стране? – Он понизил голос до шепота. – Смогу ли найти покупателей своей чудодейственной мази среди дикарей?
Анна не почувствовала, как из шатра вышел и приблизился Джон и теперь стоял у нее за спиной. Когда она его увидела, что-то в его лице вызвало у нее тревогу, и сердце ее болезненно сжалось.
– Джон, не рассказать ли им о наших планах?
Вместо ответа он молча повернулся и исчез в темноте леса.
Глава 23
Мы любим, но не можем мечтать
Анна знала, куда пошел Джон, и последовала за ним по тропинке, которая вела к лесному пруду, где они провели накануне восхитительную ночь. Ночь любви. Так же ярко светила луна.
Джон не повернул головы, чтобы приветствовать ее. Анна заметила, что каждый мускул на его спине напряжен.
Анна села рядом с ним.
– Джонни, скажи, чем я тебя прогневала? – спросила она, боясь услышать ответ.
Время от времени Джон бросал взгляд на бумаги, лежавшие перед ним в папоротниках, и, когда заговорил, Анна не узнала его голос.
– Я люблю тебя, Анна, но мы не можем пожениться.
– Почему? – шутливым тоном спросила Анна. – Возможно, ты не лучший из мужей, но мне вполне подходишь.
– Уэверби жив.
– Что это за шутки, Джонни? Эдвард пошел ко дну вместе со своим кораблем. Сам король подтвердил, что я вдова.
– Король ошибся.
– Мне до этого нет дела. Я люблю тебя.
Увидев выражение отчаяния на лице Джона, Анна бросилась к нему.
– Конечно, я пришла к тебе без приданого, потому что отец выплатил его Эдварду. Похоже, по нашим законам английские вдовы не должны процветать. Мой дядя епископ объяснил мне это, пока я лежала в постели во дворце. Согласно заключенному брачному договору, я могу получать деньги только на булавки, а также право питаться за столом Эдварда и пользоваться его кровом, но все владения моего отца, все его земли отходят к Эдварду, а все его владения вне Лондона остаются при нем. Я могу обратиться в суд Чансери и потребовать чтобы мне отдали Уэверби-Хаус в Лондоне, но его младший брат возбудит против меня дело, и на решение этого вопроса уйдут годы, а стряпчим придется выплатить целое состояние. Все, что у меня осталось в этом мире, это земли в Виргинии, отписанные на мое имя, но они принадлежат и тебе, если ты захочешь туда отправиться и вступить во владение ими, Джон. Она взяла его за руку, и тотчас же их пальцы переплелись, как и прежде.
– Анна! – Никогда еще Джон не произносил ее имя с такой нежностью. – Меня смущает не твое вдовье приданое. Выслушай меня! Уэверби жив! Ты не вдова.
– Не верю!
– Бен, прежде чем умереть, глумился надо мной и сообщил мне эту новость, а его человек Мэтью, которого он ранил, повторил это, и письма, обнаруженные на теле Бена, подтверждают то же самое. Уэверби был взят в плен и согласился на предательство. Он сотрудничает с голландцем адмиралом де Рейтером и сумеет проникнуть ко двору, чтобы и там шпионить в пользу врага. Коварные голландцы купили его и обеспечили его лояльность тем, что дали ему корабль и право заниматься работорговлей в Гвинее, чтобы он мог поправить свои дела.
Анну передернуло.
– Какой негодяй!
– Анна, король потребует твоего возвращения ко двору, как только появится Уэверби.
– Но ты можешь показать королю письма, найденные у Черного Бена.
– Уэверби с легкостью опровергнет обвинения, скажет, что это подлог. Лорду поверят скорее, чем разбойнику.
Губы его растянулись в улыбке, больше похожей на гримасу.
– Я должен хорошенько подумать, что предпринять.
– Тем более нам надо отправиться в Виргинию.
– На земле нет места, где мы могли бы укрыться от ненависти Уэверби. Он будет охотиться за нами, потому что не допустит, чтобы я взял над ним верх и чтобы ты была счастлива.
В голосе его зазвучала горечь.
– Я должен найти способ одолеть этого мерзавца и предателя. И раз уж я бастард, единственное, что я могу сделать, это убить его или же погибнуть сам. Ради своей чести.
Сердце Анны болезненно сжалось.
– Джонни, ты не слушаешь меня. Эдвард не имеет значения, как и обстоятельства твоего рождения, как и твоя честь.
Джона душил гнев, но он прижал палец к ее губам.
– Твоя безопасность очень важна для меня. Я поклялся защитить тебя даже ценой собственной жизни.
– Я не требовала от тебя такой клятвы.
– Я дал ее твоему отцу в ту первую ночь в гостинице. Моя клятва не умерла вместе с ним. Она умрет только со мной.
– И что ты собираешься предпринять?
Он взял два письма, на которых были сломаны восковые печати. Анна заметила на них оттиск кольца Эдварда с печаткой.
– Бену были даны инструкции отправиться в Беруэлл-Холл и доставить их мажордому Уэверби.
Сначала голос Джона звучал бесстрастно, но по мере того, как он говорил, речь его становилась все громче, а слова весомее.
– В письме к мажордому лорд Уэверби дает ему инструкции снарядить пятерых из слуг и отправить в Саутгемптон, чтобы они сели на корабль, направляющийся в порт Гавр в устье Сены. Уэверби будет в гавани на голландской галере под названием «Эре» и притворится пленником. Я отправлюсь туда.
