огромном мире, и Рейвен должен был найти его. Предупредить о грядущей опасности. О том, что сектой Ацтлан движет нечто гораздо более зловещее, чем простая жажда власти.
Но это всё потом. А сейчас — еда, отдых и первая за множество лет ночь под крышей, не являющейся потолком темницы.
Глава 8
Под сводами тронного зала Цитадели Ацтлан повисла тяжёлая тишина. Воздух, насыщенный демонической Ци, казался вязким, словно кровь. Владыка Кетцаль, восседавший на троне из черепов и золота, медленно постукивал длинными когтистыми пальцами по подлокотнику. Его глаза, подобные расплавленному золоту, пристально смотрели на склонившегося перед ним командира отряда Теней.
— Повтори, — произнёс Владыка, и от его голоса мурашки пробежали по спине даже у видавшего виды командира.
— Великий Владыка, — начал тот, стараясь не выдать дрожи в голосе, — мы не смогли подавить мятеж малыми силами. Северный и Западный регионы объединились против нас. Все секты действуют сообща, поддерживая друг друга. Небольшого отряда демонических практиков недостаточно для подавления такого… масштабного сопротивления.
Кетцаль замер, прекратив постукивать когтями. Чёрные волосы, заплетённые в сотни косичек с костяными амулетами, слегка шевельнулись, словно живые змеи, ощутившие угрозу.
— И что ты предлагаешь? — тихо спросил Владыка, и эта тихость была страшнее любого крика.
Командир Теней сглотнул, но сохранил самообладание.
— Необходима полномасштабная кампания, Владыка. Следует мобилизовать основные силы секты, возможно, даже привлечь резервы из Южного региона…
— Плевать, — внезапно оборвал его Кетцаль, поднимаясь с трона. Его фигура в чёрных одеждах, расшитых золотыми нитями, внезапно показалась ещё выше и внушительнее. — Пусть провинции бунтуют. Сейчас важнее найти пленника и его сына.
Он сделал несколько шагов к стоящим перед ним подчинённым, демоническая Ци клубилась вокруг его тела, разъедая мраморные плиты, по которым он ступал.
— Что с поисками Рейвена и его отпрыска? — потребовал Владыка, и от нетерпения в его голосе задрожали стены тронного зала.
Второй докладчик, худощавый практик с бледным лицом, покрытым шрамами, склонился ещё ниже.
— Никаких следов, Владыка. Словно они растворились в воздухе. Мы направили поисковые отряды по всем главным дорогам и поселениям, но пока безрезультатно.
Кетцаль зарычал, и от его рыка стёкла в высоких окнах задребезжали, грозя разлететься на осколки.
— Они не могли исчезнуть! Рейвен ослаблен после стольких лет в темнице, а его сын должен где-то оставлять следы. — Он повернулся к командиру Теней. — Напоминаю: Джин Ри нужен мне живым. Живым и неповреждённым, ты понял?
— Да, Великий Владыка, — склонил голову командир.
— А теперь вон! — прорычал Кетцаль, взмахнув рукой. — Все вон отсюда!
Демонические практики поспешно покинули тронный зал, стараясь не показывать страха в спешке. Тяжёлые двери захлопнулись за последним из них, и Владыка остался один.
Он медленно вернулся к своему трону, но не сел, а остановился перед ним, глядя на искусную резьбу, украшавшую подлокотники — сцены поглощения душ, вырезанные с болезненной точностью. Каждая фигурка была портретом реального противника, которого он поверг и чью силу присвоил, став еще сильнее.
Кетцаль провёл когтем по одной из фигурок, изображавшей практика средних лет с гордо поднятой головой.
— Я достиг всего лишь силой, — прошептал он, словно обращаясь к резному изображению. — Поглощал поверженных врагов. Их Ци. Их родословные. Их сущность.
Это была правда. Кетцаль не родился с выдающимся талантом или благородной кровью. Он был никем — сыном бродячего торговца, которого не приняли ни в одну престижную секту. Но он нашёл свой путь — тёмный, кровавый, устланный телами тех, кто считал себя выше него.
Он поднялся до Божественной Сферы, достигнув высот, о которых большинство практиков могли лишь мечтать. Но теперь застрял — девятая звезда Божественной Сферы стала для него непреодолимым барьером. А ведь он чувствовал, что за ней есть ещё что-то. Сфера, о которой не писали в древних трактатах. Сфера, о которой не рассказывали легенды. Он ощущал её присутствие, словно дальний горный пик, скрытый облаками.
Столько лет… Столько жертв и попыток, но он не мог прорваться. Каждый раз, когда казалось, что прорыв близок, что-то шло не так. Словно отсутствовал ключевой элемент, некий катализатор, способный преобразовать его энергию в нечто большее.
Воспоминания унесли его на десятилетия назад, к событию, которое, возможно, стало его величайшей ошибкой.
Залитая кровью поляна. Горящие здания клановой усадьбы. Тела защитников, разбросанные, словно сломанные куклы. И он, стоящий над последним выжившим — древним старейшиной клана Ри, чьё тело было изрезано множеством ран, но глаза всё ещё смотрели с вызовом и были полны непокорности судьбе.
— Ты проиграл, старик, — сказал тогда Кетцаль, наслаждаясь моментом триумфа. — Твой клан уничтожен. Ты последний.
Но вместо страха или мольбы о пощаде, старейшина… рассмеялся. Слабый, прерывистый смех, от которого на его губах выступала кровавая пена, но в нём не было ни капли страха. Только насмешка и сожаление.
— Ты думаешь, что победил? — прошептал старейшина. — Глупец. Ты сам уничтожил свой путь к истинной силе.
— О чём ты говоришь, старик? — прорычал тогда Кетцаль, схватив умирающего за горло.
— Клан Ри… единственный, кто мог усмирять в себе разные силы, — с трудом проговорил старейшина. — Наша родословная не просто даёт могущество… она создаёт гармонию. Ты поглощаешь силы других, но они конфликтуют внутри тебя… и этот конфликт… не даст тебе подняться выше, — старик закашлялся, но продолжил с мрачным удовлетворением: — Ты сам уничтожил свой путь к силе, Кетцаль. Ты вырезал единственный клан, способный научить тебя… нужной гармонии.
Последние слова старейшина произнёс с последним выдохом, его глаза остекленели, но на губах застыла улыбка победителя.
Кетцаль вернулся из воспоминаний к реальности тронного зала. Его пальцы с такой силой сжали подлокотник трона, что драгоценный металл смялся, как бумага.
Старик оказался прав. Годы экспериментов и исследований показали, что поглощённые им силы действительно конфликтовали внутри, мешая достичь следующего уровня. Он пытал Рейвена, годами, пытаясь выведать секрет родословной. Но тот оказался на удивление стойким — либо, действительно, не знал тайны, ведь был не из клана Ри, а лишь женился на девушке из него.
И когда надежда почти угасла, судьба преподнесла неожиданный подарок — сын Рейвена. Молодой практик, силу которого мужчина успешно скрыл, каким-то образом сделав его простым смертным. Но видимо со временем Ци восстановилась и вернула ядро.
— На этот раз всё будет иначе, — прошептал Кетцаль, возвращаясь на трон. — Этот Джин Ри
