себя. — Тот пытался его купить, чтобы подобраться к Поттеру, а заодно много чего рассказывал об их идеях, как чистокровный чистокровному. Я думала, если у него есть какие-то свои ценности, свой взгляд на мир, если он не просто фанатик без мозгов, которому лишь бы убивать… Что в нём хоть что-то человеческое проявится. Да проклятье, он уже сдох, сам уже понимал, что мёртв, а тут ему говорят, что хотя бы дочь осталась после! — она повысила тон, затем вновь продолжила шепотом: — И что я слышу? «На мне наш род пресёкся». А меня просто нет.
— Если от этого станет легче, я вот считаю, что ты очень даже есть, — Луна положила ей руку на плечо. — И не только я. Чьё мнение тебе важнее?
— Я и сама знаю, что существую. Cogito ergo sum… Нахватаешься тут с вами всякого, нет бы мне просто согласиться на Гриффиндор, — она усмехнулась, но криво, без тени веселья. — Просто, не знаю, что там с Мерфи, но ты и Гарри получили от этого камня что-то хорошее, а я тоже надеялась на что-нибудь хоть с этой стороны, но нет, ровно то же самое. Уверена, они были идеальной парой. Барти Крауч оказался ничуть не лучше Сама-знаешь-кого. Вот почему все чистокровные такие ублюдки?
— А как же твой дед? Или Галахад и его сёстры? Невилл, Офелия? Волшебники остаются людьми, как бы некоторые ни пытались с этим спорить. А люди бывают разными. Зато ты сама можешь выбрать тех из них, которые тебе больше нравятся.
— Ну, спасибо за совет.
— Девочке не повезло, — произнесла мама, успевшая подойти к ним. Сейчас она с сочувствием смотрела на Клэр. — Но ты ей ничем не поможешь. Даже самая изощрённая магия не может менять прошлое. Остаётся только учиться меньше за него цепляться.
Луна подумала, не повторить ли это вслух, но решила промолчать. Клэр пришла выговориться человеку, который выслушает и, главное, поймёт её. Советы тут скорее дань вежливости, вряд ли она на самом деле в них нуждается.
К этому времени «представление» уже практически закончилось. Оставшимся под впечатлением первокурсникам ещё раз посоветовали подумать о присоединении к клубу и отправили в замок на ужин под присмотром старших. Быстро разошлись и почти все остальные, остались только те, кто уже интересовался магией не только из любопытства или ради улучшения своих оценок. И в последнее время роль Луны в этой группе неожиданно для неё самой сильно изменилась.
— …ты выбрал неверный подход к решению задачи, Джеймс. После того, как магическое ядро сможет само поддерживать свою оболочку, его нужно не переносить в гримуар на уровне энергии, а просто сделать кусок живой ткани частью книги. А уже потом заставить их работать вместе, использовать излишки выделяемой магической энергии.
Она продемонстрировала небольшой, с полторы ладони, кусок хитина, завернутый в толстую паутину. Всё, что осталось от пойманного в лесу акромантула. Со стороны выглядит как безделушка, вроде красивой раковины на полке или оленьих рогов над камином. На деле под панцирем сохранились нервные узлы, какие-то мышцы и сосуды. Немного, но всё это продолжало жить и поддерживать себя в таком состоянии своей же магией. А создание подобной заготовки было очень, просто невероятно неприятной и грязной работой даже на фоне их уроков ЗОТИ, зельеварения и трансфигурации, где с неправильно превращенными подопытными животными порой случались самые разные происшествия. И даже с учетом этого опыта у Луны ушло три неправильные попытки и несколько часов работы, прежде чем она смогла абсолютно точно выполнить все инструкции до последней буквы. Она ничего лично не имела против гигантских пауков и куда охотней позволила бы им и дальше плести свои сети в глубине леса, но Джим всерьёз взялся за разработку собственного гримуара, а мама среди прочего изучала процесс создания магических книг и даже пару штук сделала для своей работы. Сейчас пригодилось среди прочих её знаний.
— Я приму это к сведению, — произнёс Джеймс с едва заметным недовольством. Принял из её рук заготовку и принялся изучать, сравнивая по габаритам с макетом будущей книги. Он всегда ненавидел оказываться хоть в чём-то неправым или в ситуации, когда кто-то знал больше него. Но он сам спросил совета, а значит, должен был теперь слушать и запоминать.
— Ясно, модульная конструкция: источник питания, корпус и рабочий механизм отдельно. Как у современной электроники или у артефактов с накопителями, — прокомментировала Гермиона, изучая фрагмент панциря.
— Пауков, конечно, никто не любит, но это не слишком ли, подобное даже с ними делать? — спросила Карин, разглядывая тот же кусок хитина с явной брезгливостью. — А потом брать в руки книгу, где внутрь впихнули вот такое.
— Ты, похоже, не знаешь, как и из чего делали пергамент и кожаный переплет для книг в нашей библиотеке… — заметила Аманда.
— А так же откуда берутся ингредиенты для зелий, — добавила мама, наблюдающая за их беседой со стороны, стоя под деревом. — Шкуры, когти, плавники, желчь, кровь и части тел магических существ и обычных животных, птиц и рыб. Всё это тоже кто-то добывает для аптек каждый день. Раз Мерфи не ткнул её носом в этот факт, значит, очень занят, переживая свой недостаток познаний.
— Луна, а откуда ты всё это знаешь? — вдруг спросила Габриэль, оставшаяся тут вместе с Гарри. — Я по прошлому году поняла, что тебя интересуют магические звери, но не в этом же смысле.
— Летом после экзаменов я нашла мамины записи и лабораторные журналы. Она серьёзно изучала магию, создавала новые заклинания и зелья. В общем, я прочитала очень много чего полезного и ранее неизвестного.
— Когда вернёмся домой, надо и в самом деле будет отыскать старые записи. Выкинуть их ни у кого руки бы не поднялись, так что всё должно остаться на месте. А там ведь просто гора неоконченных проектов, — маму всерьёз заинтересовала эта идея. Луна посмотрела в ту сторону, но тут её отвлёк Гарри:
— Хорошо, что у тебя что-то осталось. Что можно прочесть или хотя бы просто взять в руки. Моя мама тоже увлекалась новыми зельями, но от её дневников ничего не сохранилось в нашем доме, да и после выпуска им было толком не до таких вещей. Профессор Слагхорн показывал несколько её школьных работ и очень жалел, что она не смогла продолжить исследования.
— Да, хорошо, что хоть что-то осталось, — согласилась Луна. Она понимала, что Гарри сам передавал ей камень, а значит, знает о настоящем источнике её внезапной эрудиции. Но он вполне мог поверить, что она находила дома и мамины записи тоже.
