— На четыре, пять?
— Ты только вслух это при ней не скажи…
Интерлюдия "Однажды я уйду"
— «Воплощение» является одним из самых сложных разделов данной дисциплины, уступая лишь трансфигурации человека, — вступление к лекции профессор МакГонагалл произносила очень строгим тоном. В такие моменты никто и не подумал бы возражать, даже заяви она вдруг, что дважды два равняется пяти, а Альбус Дамблдор на самом деле король Англии. — Все вы уже сдали СОВ, все вы осознанно выбрали мой предмет для двух последних курсов, а потому никакой лени или безответственности я не потерплю. Вы уже не первогодки и должны отвечать за свои поступки и свои решения…
Луна изо всех сил старалась поддерживать сосредоточенный вид и демонстрировать своё полнейшее внимание к уроку. Правда, при этом немало внимания занимал рисунок перепончатого жабробрюха, который она почти не глядя выводила пером на пергаменте. Во всяком случае Луна была почти уверена, что эта зверушка, обитающая в её личном океане, должна называться именно так. Да и никто другой всё равно не даст этому созданию подходящее имя, пока она не научится каким-то образом приглашать их во внешний мир. Джим говорил, что подобное должно быть возможно, хоть он и сам точно не знает, как именно это делать.
А ещё это он настоял на том, что Луна обязательно должна постараться и сдать на пятом курсе экзамены по трансфигурации с высокими баллами, а потом выбрать этот предмет на шестом и седьмом. Именно потому что там начинают изучать Воплощение. Он говорил, что нужно изучить и традиционный подход волшебников к этому разделу магии, а не опираться только на его знания, хотя и обширные в самых разных областях, но не бесконечные. Тогда Луна не смогла отказать, но теперь ей приходится умирать от скуки и слушать много хотя и понятных, но совершенно неинтересных слов. А ведь это только третий урок в этом семестре.
— Минерва даже на младших курсах не слишком усердствует в том, чтобы увлечь детей своей наукой. А с теми, кто сам выбрал предмет после СОВ, и вовсе себя не утруждает. Как она мне один раз сказала: «вы пришли сюда сами, а если не хотите слушать, то дверь всегда открыта».
Когда Луна снова подняла взгляд от пергамента, мама стояла в паре шагов от профессора и рассматривала продолжающую вещать МакГонагалл словно особенно причудливую рыбу в аквариуме. Само собой, ни декан Гриффиндора, ни остальные ученики, этого не видели. Обернувшись, она кивнула на доску и добавила:
— Обрати внимание, Луна, она уже расписала весь план уроков на семестр, но сейчас всё равно будет перечислять сложности и опасности каждого этапа отдельно. Как будто каждый раз она надеется, что кто-нибудь решит передумать в последний момент и сбежать, — затем подошла ближе к доске и указала на одну из строк. — Лучше бы профессор седьмым или восьмым занятием добавила здесь лекцию с объяснением того, почему наколдованные предметы не могут долго существовать в нашем мире, а не ещё одно занятие на закрепление навыков. Одним больше или меньше, какая разница, если понимания не будет?
Луна с большим трудом заставила себя ровно сидеть на месте, никак не показывая своих эмоций и не слишком явно рассматривать «пустое» для всех остальных место в классе. Прошла уже неделя, как она получила браслет с камнем, пора привыкнуть. В том числе и к тому, как буднично и естественно это каждый раз происходило. Не было никакого потустороннего свечения, холода, даже звука как при аппарации. Нет, всё случалось так же, как она много раз видела во сне, так же, как она часто мечтала в детстве. Однажды мама просто входит в дверь, садится рядом или издалека зовёт её по имени, как делала всегда, словно ничего и не случилось. Словно сейчас всё опять как раньше.
Она даже выглядела в точности так, как Луна и запомнила. На вид Пандоре Лавгуд можно дать лет двадцать восемь, хотя сейчас был бы уже сорок один год, а… в тот день ей пару месяцев как исполнилось тридцать четыре. А ещё не было ни крови, ни ран, небрежно распахнутая светло-серая мантия, магглам напомнившая бы лабораторный халат, оставалась целой, а не обгоревшей и в пятнах от зелий и реактивов… Луна каждый раз заставляла себя не думать дальше на данную тему. Как бы на самом деле ни работал этот камень и его магия, за эту часть она была очень благодарна.
— Самой непредсказуемой частью формул Воплощения является…
— О, наконец-то она перешла к сути. Но это всё равно бесполезно сейчас, пока не началась практика…
Луна задумчиво коснулась рукава мантии, скрывающего браслет, полученный от Гарри первого сентября. Сначала отнятый у Пожирателей камень чуть ли не полгода изучал со всех сторон Мерфи, правда, никто так и не узнал, воспользовался ли он им сам и смог ли поговорить с тем, с кем хотел. Затем Дар Смерти получила Клэр, но той понадобился всего день и один разговор, а после камень достался Гарри. Неделю назад во время беседы наедине она узнала, как именно тот воспользовался этой возможностью.
Оказывается, он решил провести летние каникулы перед своим последним курсом вместе с родителями. Да, он много раз видел их колдографии. Слышал рассказы профессора Блэка, Слагхорна и других людей, но всё это не то же самое, что общаться с ними лично, задавать любые вопросы, видеть их рядом, слушать их истории и рассказывать свои. Луна могла его понять: у неё было хотя бы несколько лет, чтобы запомнить маму, а Гарри не досталось и этого, до одиннадцати он даже их фото никогда не видел. Не сказать, что всё у него прошло гладко, он сказал, что Джеймс и особенно Лили были в ужасе от того, через что он прошел и что ему всё ещё угрожает Тот-кого-нельзя-называть, но они постарались как могли поддержать сына и помочь. А когда лето закончилось, Гарри решил, что пора двигаться дальше, теперь, когда родители перестали быть для него почти посторонними людьми на старых снимках и в чужих рассказах. И он отдал камень ей…
— …мисс Лавгуд?
— …Луна, тебе лучше ей ответить.
Мамин голос совсем рядом заставил её резко повернуть голову. Только после этого дошел смысл сказанных слов, и Луна повернулась, отыскивая взглядом недовольно выглядящую МакГонагалл. Судя по выражению её лица и взгляду, дозваться ученицу она пыталась уже не в первый раз.
— Что ж, вы всё ещё с нами. Понимаю, что любая ведьма
