Надо поскорее выйти на воздух, подальше от этого мерзкого запаха, решила Энджелин и поспешила к основной трассе, намереваясь дождаться там Руарка. К тому времени как он возвратился, приступ дурноты уже прошел. Бросив внимательный взгляд на съежившуюся от холода Энджелин, Руарк заметил небрежным тоном, в котором, однако, угадывалось беспокойство:
— Держу пари, что ты сейчас не отказалась бы от чашки горячего чая.
— Ну что ж, не буду отрицать, он был бы весьма кстати, — в тон ему ответила Энджелин, улыбаясь.
Он любовно прижал ее к себе:
— Ты хороший парень, Энджел.
Энджелин вдыхала его тепло и думала о том, что в его объятиях забывает обо всех своих горестях. Вот и сейчас, как только Руарк обнял ее, ей сразу стало теплее.
— Граф Санфортский приглашает нас на завтрак. Ты как, согласна, Энджел?
Она лукаво взглянула на него, очаровательно надув губки:
— Если там удастся выпить горячего чаю, мистер Стюарт, то, разумеется, согласна!
— Ну, я уверен, что там и помимо чая будет много всего. Насколько я знаю Челси, с его размахом можно запросто принимать саму королеву Викторию!
Вскоре Энджелин убедилась, что слова Руарка не были преувеличением. Не считаясь с расходами, граф превратил ярко-желтую палатку, развернутую рядом со зданием клуба, в роскошный обеденный зал. По всему периметру этого импровизированного зала для удобства гостей были расставлены диваны, стулья и столы. Повара трудились на кухне с самого утра, готовя бесчисленное множество самых изысканных блюд, от экзотических блинчиков в сладком винном соусе, которые полагалось подавать к столу, предварительно облив коньяком и поднеся к ним спичку, так что они вспыхивали огнем, до старого доброго, знаменитого в Англии йоркширского пудинга. Войдя в палатку, Энджелин увидела, что несколько вышколенных официантов, держа в руках серебряные подносы, неслышно снуют между гостями, предлагая им шампанское.
Руарк тут же усадил ее за стол и, когда она отказалась от завтрака, заказал ей чай и свежие лепешки. Сам он выбрал яичницу с толстыми ломтями ветчины.
К полудню палатка наполнилась оживленной толпой гостей, предвкушавших начало скачек. Утомленная Энджелин предпочла тихо посидеть в уголочке, в то время как Руарк беспрестанно вступал в беседу то с одним, то с другим своим знакомым. Увидев, что гостья скучает в одиночестве, к ней поспешил хозяин. Шестидесятилетний седьмой граф Санфортский, несмотря на свой возраст, был высоким, стройным мужчиной с проницательными глазами и роскошными усами. Человек, чрезвычайно приятный в общении, Санфорт умел прекрасно держать себя в обществе и обладал изяществом и самоуверенностью, которые свойственны обычно семействам, на протяжении многих поколений живущим в роскоши.
— Мы утомили вас, моя дорогая? — участливо осведомился он, пододвигая стул и садясь рядом с гостьей.
— Совсем нет, лорд Санфорт. Все происходящее здесь кажется мне восхитительным… и странным. Трудно поверить, что и года не прошло с того времени, когда я думала лишь об одном — как бы выжить.
Заметив его недоуменный взгляд, она поспешила пояснить:
— Я имею в виду Гражданскую войну, милорд. Я родом с Юга.
Санфорт слегка качнул своей седой головой:
— Понимаю.
Он наклонился к Энджелин, словно собираясь сообщить ей какую-то тайну:
— Между нами говоря, моя дорогая, мы, англичане, симпатизировали конфедератам. Что до меня, то я искренне восхищался подвигами вашего генерала Стюарта. Этот бесшабашный юнец напомнил мне дни моей молодости, когда я командовал полком легкой кавалерии в Индии!..
— Рада, что вам повезло больше, чем ему, милорд. Гибель генерала Стюарта была большой потерей для южан.
— И почему бы вам не оставить бедного генерала в покое? Пусть себе почиет с миром! — послышался голос Руарка.
Энджелин с удивлением подняла голову — она и не заметила, как он подошел.
— Скачки вот-вот начнутся, дорогая. Не хочешь пойти со мной и посмотреть, как седлают коней?
— Ну конечно, — с энтузиазмом отозвалась Энджелин. — Не могу же я пропустить такое зрелище! Он протянул ей руку, и она тут же вскочила с места.
— Я, пожалуй, тоже пойду. Счастливо, Стюарт! — сказал Санфорт, пожимая Руарку руку.
Затем, подняв бокал шампанского, он провозгласил:
— Прошу внимания, друзья.
Разговоры мгновенно смолкли — каждому хотелось послушать, что скажет граф.
— Я предлагаю тост за участников этих скачек и за их доблестных коней!
— Ура! Ура! — хором отозвались все присутствующие.
Гости — участники скачек направились к конюшням, остальные члены веселой группы, держа в руках бокалы с шампанским, тоже вышли из палатки и расположились на стульях, специально поставленных перед входом.
Пока Руарк вел Энджелин сквозь толпу, она не уставала удивляться тем переменам, которые произошли на поле скачек за столь короткое время. Тысячи людей заполнили основную трассу, то и дело слышались голоса букмекеров, выкрикивавших размеры ставок, а также пронзительные вопли разносчиков, предлагавших самый разный товар — от шоколада до карандашей.
Лошади и жокеи, дрожа от нетерпения перед грандиозной скачкой, ожидали ее начала на старте. Лихой Рыжик гордо тряс гнедой головой и уже выглядел настоящим победителем. Грива его была аккуратно расчесана, а грудь вычищена так, что даже блестела на солнце. Появился Джеймс, одетый в цвета Стюарта — красный и черный. Он выглядел уверенным в себе и спокойным. Пока Руарк давал последние наставления жокею и тренеру, Энджелин пожелала удачи Лихому Рыжику.
— Желаю успеха, мой дорогой, — прошептала она, любовно потрепав коня по шее. — Смотри, беги хорошенько!
— Жокеи на старт! — послышался возглас распорядителя.
Кивнув напоследок Руарку, Джеймс взмахнул кнутом и пустил Лихого Рыжика вскачь. Вскоре конь присоединился к остальным участникам скачек, выстроившимся в ряд на старте. Возглавлял эту кавалькаду принадлежавший Санфорту конь по кличке Мститель, признанный фаворит состязаний. Лихой Рыжик горделиво красовался перед публикой, вскидывая голову и нетерпеливо перебирая ногами. Слышалось поскрипывание и позвякивание сбруи.
Но вот, наконец, лошадей удалось выстроить в довольно ровный ряд. Распорядитель состязаний взмахнул стартовым флажком, и скачки начались. Лихой Рыжик тут же рванулся вперед и вскоре оказался в середине группы из пятнадцати участников. Джеймс целиком доверился коню, и к первому препятствию они подошли со скоростью, выбранной самим Рыжиком. Конь легко перемахнул через первый барьер и продолжал бежать, постепенно перемещаясь от середины к началу группы.
