Он легко преодолел несколько барьеров подряд, но впереди маячил коварный ручей Вечера — глубокая водная преграда, находившаяся сразу же за крутым поворотом и потому таившая в себе особую опасность. Джеймс слегка натянул поводья, добиваясь полной власти над конем, и Лихой Рыжик прыгнул так изящно, что зрители ахнули от восторга. Когда он уже был в воздухе, лошадь, что шла впереди него, вдруг упала, и Лихой Рыжик, инстинктивно желая избежать столкновения, отпрянул в сторону. Ему повезло, а вот две другие лошади, шедшие следом, были не столь удачливы и тоже упали. Избавившись таким образом от нескольких соперников сразу, Лихой Рыжик так же играючи взял еще ряд препятствий и оказался в числе лидирующей шестерки лошадей, возглавляемой Мстителем, которая в тот момент как раз заканчивала первый круг. Когда до окончания скачек оставалось лишь несколько барьеров, Джеймс начал понемногу выводить Лихого Рыжика на первые позиции. Но тут жокей, шедший непосредственно перед ним, не справился с очередным прыжком, и его лошадь с маху налетела на барьер, частично снеся его. Удар был таким сильным, что и всадник, и конь кубарем покатились на землю. Не в силах полностью контролировать ситуацию Джеймс прошел над барьером слишком низко, и зазубренный край сломанной перекладины вспорол брюхо Лихого Рыжика. Однако отважная маленькая лошадка продолжала свой бег, несмотря на то, что из раны струей лилась кровь.
Джеймс не заметил происшествия и продолжал гнать Лихого Рыжика вперед, тем более что все больше участников выбывало из состязаний, и путь к финишу был практически свободен. Но с каждым новым преодоленным препятствием Рыжик терял все больше крови, орошая ею окрестные кусты. Эта кровь, смешиваясь с комьями грязи, летевшими из-под копыт Лихого Рыжика, попадала на всадников, шедших за ним следом. Рыжик перемахнул через последнее препятствие и быстрым аллюром понесся к финишу. И вот тут-то сказалась большая потеря крови. Уже находясь почти на финише, маленькая лошадка вдруг рухнула на дорожку.
К счастью, Джеймса тут же отбросило на траву. Мститель, шедший в непосредственной близости от Лихого Рыжика, одним прыжком перелетел через него. Остальные лошади были вынуждены или сворачивать с трассы — если успевали вовремя изменить направление бега, — или перепрыгивать через несчастного Рыжика. Пораженная происходящим, Энджелин все ждала, что лошадка вот-вот поднимется, но Лихой Рыжик лежал неподвижно.
— Жди меня здесь, Энджел, — приказал Руарк и ринулся вперед.
Но у Энджелин не было ни малейшего желания оставаться в стороне, и она вместе с группой людей вслед за Руарком и его тренером выбежала через ворота на трассу.
Джеймс с искаженным от боли лицом стоял, наклонившись над Лихим Рыжиком. Когда жокей поднял глаза на Руарка, по его лицу струились слезы.
— Я же не видел, что с ним неладно, сэр. Он ведь бежал так же ходко, как и вначале!..
— Я понимаю. Твоей вины тут нет, — ласково сказал Руарк, опускаясь на колени рядом с Лихим Рыжиком.
Санфорт дружески похлопал Руарка по плечу:
— На этот раз, старина, ваш конь бежал как черт.
Когда Энджелин подошла к месту падения Лихого Рыжика, отважный маленький жеребец все так же лежал там, в луже собственной крови и силился поднять голову, но его добрые, умные глаза уже подернулись пеленой смерти. Через минуту он был мертв.
Руарк медленно поднялся с колен, грустным взглядом встречая ветеринарную карету «скорой помощи», которая появилась на трассе, чтобы забрать коня. Энджелин, не в силах двинуться с места, молча смотрела, как из безжизненного тела лошади все струится и струится кровь. Внезапно в глазах у нее потемнело, и она без сознания упала на траву.
Очнулась Энджелин в палатке Санфорта. Заметив, что она находится в центре внимания, молодая женщина смущенно спросила:
— Что произошло?
— У тебя был обморок, Энджел, — ласково ответил Руарк. — Как ты себя чувствуешь?
— Со мной все в порядке, не беспокойся. Извини, что я доставила тебе столько хлопот.
Санфорт протянул ей стакан холодной воды:
— Выпейте-ка это, моя дорогая.
Сделав несколько глотков, Энджелин вернула стакан:
— Спасибо, но, честно говоря, я предпочла бы чай.
Санфорт, улыбнувшись, похлопал ее по руке:
— В глубине души вы, кажется, настоящая англичанка! Я тоже с удовольствием выпью с вами.
И он вышел из палатки, чтобы отдать необходимые распоряжения.
— Энджел, ты не будешь возражать, если я оставлю тебя на некоторое время? — спросил Руарк.
Они обменялись взглядами. Энджелин догадывалась, какие неприятные обязанности ожидают Руарка. В ее глазах светилось искреннее сочувствие.
— Как жаль, что так случилось, Руарк. Я понимаю, как нелегко тебе сейчас. — Она стиснула его руку и добавила: — Как бы мне хотелось хоть чем-нибудь помочь тебе!..
— Самая большая помощь — то, что ты здесь, рядом со мной, Энджел, — нежно проговорил Руарк, поднося ее руку к губам.
Позднее в тот же день грустные Энджелин и Руарк молча возвращались домой. Энджелин понимала, как он страдает. Впрочем, и она тоже не могла стереть из памяти душераздирающее зрелище — гордая маленькая лошадка рвется к финишу своей, как оказалось, последней в жизни скачки.
В эту печальную минуту ей вдруг захотелось вернуться туда, где вокруг нее были бы знакомые образы, звуки, люди, которых она любит, — в дом, который она уже считала своим — не в чопорное английское поместье Руарка, а в Сент-Луис. Тоска по дому охватила Энджелин впервые за время их путешествия.
— Бедный Джеймс! — вздохнула она. — Он выглядел совершенно убитым горем, когда мы уходили…
Руарк кивнул, соглашаясь:
— Он во всем винит себя, а ветеринар считает, что Лихой Рыжик в любом случае умер бы от потери крови, даже если бы тут же остановился и не стал продолжать скачки. Я сказал Джеймсу, что ожидаю его выступления на Гран-при в Париже.
Энджелин, шокированная этим неожиданным заявлением, уставилась на Руарка:
— Так ты хочешь продолжать?
— Ну конечно! А ты чего ожидала?
— Ну, я думала, что теперь, когда Лихого Рыжика… нет, мы вернемся в Америку.
Руарк недоверчиво посмотрел на нее:
— Как тебе только могло прийти в голову такое? Послушай, Энджел, я заядлый лошадник, это мой бизнес. Да, я очень любил Лихого Рыжика, но его гибель для меня — лишь неизбежная деловая издержка.
Пораженная, она уставилась на него, не веря своим ушам.
— Но ведь этот конь, Руарк, был не просто… выгодным помещением капитала. Лихой Рыжик был живым существом, которое мы оба любили. Мне кажется, он разделял наши чувства…
— Я согласен с тобой, Энджел. И умер он как настоящий герой. А чего еще может желать каждый из нас?
