– Местным это не понравится, – но по лицу кибернетеса было видно, что его это только позабавит.
– Это наши союзники, – прореус тоже усмехнулся, – они обязаны снабжать наши суда.
– Но им это не понравится.
Пока они обменивались одними и теми же фразами, Виал вооружился и спрыгнул в воду. Как флотскому навклеру ему полагалась броня и оружие из арсенала. Кожаный нагрудник с металлической пластиной, шлем с плюмажем и большой щит. Экипировка уступала броне пехотинцев. От навклера не требуется участвовать в рукопашной, главное, чтобы выжил.
Спрыгнуть вниз, на неизвестное дно, да в броне и при оружии – не каждый на это решится. Зато матросы и офицеры отметят, что руководитель не только болтать умеет.
Виал приземлился на ноги, чуть пошатнулся на скользкой гальке, но смог найти равновесие. Опыт не растерял. Броня не столько сковывала, сколько сжимала в надежных объятиях. А уж что говорить про щит и меч? Вес рукояти щита приятно давил на пальцы, пока Виал не перекинул его за спину.
С флагмана раздались крики одобрения.
Хороший знак, когда навклер не оступается, оказавшись на чужой территории.
Нащечники шлема мешали обзору, так что Виал поднял их и подвязал за выступ наверху.
– Так-то лучше, – проговорил он.
Знакомый воздух Аретии; тяжелые волны били под колени, пока человек не вышел на берег. Вода замочила нижний край туники и птериги, что не беспокоило навклера – высохнет.
Раздав указания, он дождался высадки пехотинцев, потом направился наверх в селение. Поселок располагался на возвышенности, подниматься пришлось по крутому склону. Молодые пехотинцы легко обогнали навклера и заняли позицию на площадке. Нападения они не ожидали, ведь данаям нечего противопоставить настоящим воинам.
Подоспел Китор, с которым был один из его телохранителей. Только чтобы указать на его статус. Ладен тоже облачился в броню и был при оружии.
– Взять решил поселок? – Китор усмехнулся.
Обращался к навклеру он на языке данаев, чтобы не тревожить спутников. Виал за эти дни прощупал команду. Язык данаев был знаком где-то трети экипажа на флагмане, словарный запас не превышал десятка фраз. Это ведь не торговцы, а военные моряки.
– Демонстрация сил и расчет на гордость данаев, – объяснил Виал.
– Да, я понимаю, что произойдет в дальнейшем.
Следом поднялся центурион Капис, тоже при полном параде. Его броня была облегченной версией той, что носили легионные офицеры, зато превосходила ту, в которой облачился навклер. Молодой для своей должности, как показалось Виалу.
– Навклер, прикажете найти местных? – спросил офицер.
Формально он сейчас руководил бойцами. Виал оценил его хитрость. Пусть уж навклер отвечает за последствия. Молод, а не глуп.
– Боюсь, это только напугает наших союзников. Оставим их, пусть воины расположатся на постой.
– Припасы?
– Все, что потребуется. Я оставлю данаям письмо, они смогут обратиться к магистрату, чтобы им оплатили все расходы… ну, и так далее. Если они не вернутся, конечно.
Центурион скрыл улыбку, подумал, что эту табличку бросят в костер, боясь проклятия. К тому же ближайший гирцийский магистрат находится в Тритогении. Туда поселенцы точно не поедут.
Но какая разница?
Внизу гребцы разбивали лагерь. Натягивали тент, чтобы соорудить укрытие от ветра. Понятно, что всем не расположиться в домах. Прореус распределял вахты, а кибернетесы совместно с навпегосом осматривали днище каждого судна.
Все работало само, словно руководитель и не требовался. Этой легкости добивались каждодневными тренировками. Людей приучали проявлять инициативу, в рамках их обязанностей. Нельзя в критической ситуации ждать команды, если можешь сам исправить повреждение. Да и офицеров могут убить.
От пиратов, если это не ладены, такого не добиться.
Команда Китора располагалась чуть в стороне от гирцийцев. Работали они так же слажено, как и команда Виала.
– Навклер, займете строение?
Вопрос Каписа вырвал Виала из задумчивости.
– Мы можем расположиться вместе, тесновато, но…
– Я внизу останусь, не привык далеко отходить от кораблей.
– Как угодно, тогда со мной могут устроиться ваши офицеры, если пожелают.
Тон центуриона изменился. Воины всегда уважают руководителей, готовых разделять с ними труды. А если офицер еще дает возможность пограбить – так он вообще отец родной.
Виал усмехнулся, поглядывая на пехотинцев, что дербанили имущество данаев. Вот уже пяток козочек зарубили и складывали костер, чтобы зажарить. Кур хватали, тащили к судам. Пригодится в пути.
Восковую табличку с описанием реквизиций Виал оставил в доме, где по его мнению жил староста. В письме все было замечательно – навклер не оправдывался за необходимость пополнить припасы, напомнил союзникам об обязанностях, поставил красивую печать в размягченном воске.
Эта печать была его собственной. Виал решил не менять ее на флотскую.
– Даю три дня отдыха! – расщедрился Виал.
И три дня на грабеж, мысленно добавил он.
Воины и гребцы поняли намек, подтвердив это громким криком.
Пусть развлекаются.
А три дня отдыха не только помогут им восстановить силы, подготовить к переходу на север в залив. Эти три дня нужны, чтобы поселенцы добежали до ближайшего полиса и пожаловались на грабителей.
Переговорив с Китором, Виал узнал, что крупных поселений поблизости нет. Только храм Энносигея на севере. Поплакавшись у алтаря своего бога, данаи призовут страшные кары на головы чужакам: пять или шесть кораблей, что патрулируют залив. Вряд ли больше, Виорент не пожелает выставлять другие суда.
Сухопутных армий опасаться не стоит. Полисы, расположенные в глубине полуострова не станут поднимать ополчение ради пиратов. Пусть с этим разбирается Виорент, ведь именно туда уходят подати со всей Аретии. Именно Виорент обязался защищать берега от пиратов.
– Вот и поглядим, как они смогут защититься, – усмехнулся Виал.
– Не страшишься гнева данаев? – Китор прищурился.
– Врага мы не знаем, можем только предположить. Полагаю, нас не станут дожидаться на входе в залив.
Китор кивнул. Патруль поспешит разобраться с пиратами. Суда данаев выпорхнут из ворот в залив, где и попадутся в лапы гирцийцам. Навязать бой на своих условиях не составит труда. А это залог победы.
Обсудив тактику, Виал ушел к своим. Ладены разбрелись
