Возможно, данаи решат сначала переговорить.
Враждебные суда быстро приближались, идя на запад. Остановились слишком близко к вражеским кораблям из-за того, что не могли рассмотреть их в лучах заходящего солнца.
– Пять, достаточная сила.
– Полагаешь, отступить, Телез?
– Скорости нам хватит, это точно. Но почему мы должны убегать, словно псы? Мы воспользовались правом постоя. Только!
Виал улыбнулся. Похоже, офицер поверил в сочиненную легенду. Не потому что она такая хорошая. Он это сделал, чтобы успокоить совесть.
Данаи оставались на месте, удерживая суда ударами весел. В отличие от гирцийских кораблей эти имели три яруса. Суда были не только выше, но и длиннее. Большая масса – преимущество для таранного боя.
– Точно бросятся, – фыркнул кибернетес. – Мы им кажемся легкой добычей.
– Прореус, протрубите что-нибудь наше. Укажем свое происхождение.
– Да им плевать. Они союзников не прочь пограбить.
– Я знаю.
– А! Понял, навклер.
Прореус сбежал вниз, достал корну и протрубил гирцийские сигналы. Это был знак готовности.
Звук рога пронесся по волнам, с чужих кораблей его наверняка слышали. Виал так различал за плеском волн игру флейты данайского карабитеса. Слух отсеивал привычные шумы, рождаемые морем и судами.
Мгновение суда замерли в ожидании. Полмили моря, покрытого складками волн, разделяли отряды. Высокий гребень то скрывал врагов друг от друга, то поднимал их выше в небо.
Виал приказал перестраивать еще до того, как увидел, что враги двинулись на них. Песнь флейты изменилась, стала стремительной, словно полет хищной птицы. Все-таки навклер данаев был опытным, решил воспользоваться прикрытием волн. Его маневр был бы успешным, останься гирцийцы на месте и не будь их суда так быстры.
Ритм гребцов на гирцийских кораблях не изменился. Их суда неспешно перестраивались, готовясь совершить маневр. Сместились вбок, под углом к оси вражеских судов, словно подставляли борта под таранный удар.
Сизый гребень волны опал, открывая чужие корабли. На мгновение у Виала перехватило дыхание. Он боялся, что его маневр разгадан, данаи окажутся не сбоку, а прямо перед ним.
– Похоже, они так себе знакомы с нашей тактикой, – откровенно забавляясь, отметил Телез.
– Полсотни лет прошло, успели отвыкнуть.
– Напомнить придется мальчикам.
Пять больших судов данаев были точно там, где предполагал Виал. Останься Виал на месте, до чужих судов было бы два, три корпуса. Недостаточно для маневра. Бронзовые тараны врагов пенили воду, намереваясь пронзить хрупкие скорлупки чужаков. Не всех, а только половины кораблей. Остальные лучше взять как трофеи.
Потому данаи вытянулись по диагонали свой фронт.
– Вот и отлично. Стрелы! Ход!
Лучники начали обстреливать вражеские суда. Пока стрелы отправлялись в сокровищницу Мефона. Редкая змея жалила палубу корабля. Данаи не остались в долгу и начали ответный обстрел. Пользуясь преимуществом своих высоких кораблей, они били лучше.
Рядом с кибернетесем и навклером падали стрелы одна за другой. Щитам пехотинцев досталось по паре подарочков. Эти стрелы не пробили щиты, но оставили на них заметные царапины – вот вам намек на судьбу.
Гребцы не пострадают, их защищает палуба. А вот ладены понесли бы потери. Отчасти и по этой причине Виал приказал им оставаться в резерве. Десяток пехотинцев защищал лучников, пока те опустошали туеса со снарядами.
Виал одобрительно покачал головой, отметив мастерство лучников. Они били по вражеским кораблям, когда волна поднимала судно выше, что увеличивало дальнобойность. О точности можно не мечтать. Даже пешему лучнику сложно попасть по движущейся цели.
Корабль Виала вырвался вперед, за ним следов второй. Махнув флажком, кибернетес соседнего судна подтвердил готовность. Они как раз вышли в борт ближайшему данаю.
По команде два судна прыгнули к подставившему борт противнику. Данаи не успели развернуться. Их судно обладала огромной инерцией, но уступало в маневренности.
Раздался треск, после которого гребцы подняли весла. Таран еще не добрался до вражеского борта, штевень атакующего судна снес лес весел своей жертвы. Через мгновение, корабль клыком пробурил в брюхе жертвы дыру.
Мгновения до удара хватило, чтобы пехотинцы схватились за фальшборт.
Виала бросило вперед, он чуть не упал, но его удержал кибернетес.
– Ох, подзабыл как оно! – крикнул Виал и засмеялся.
Радость боя опьяняла. Это не похоже на кровавое безумие, что охватывает в рукопашной. Битва на судах похожа на игру с фишками. Азарт переполняет, ликуешь от побед, а угроза жизни мелькает где-то на стороне.
Насадив на свой клык, судно приподняло тяжелый корабль даная. Этой пробоины не хватило бы, чтобы утопить его. Потому рядом был товарищ, чьи зубы вонзились в добычу на два удара сердца позже.
Вдоль борта даная пошла огромная трещина, вся обшивка по правому борту была смята. Второй удар пришелся чуть ниже, в месте, где пространство между внутренней и внешней обшивкой меньше.
Слабые гирцийские корабли не могли разнести толстые борта триер. Потому они стремились нанести как можно больше повреждений, пользуясь маневренностью.
Не дожидаясь команды, гребцы в едином ритме ударили веслами. Вспенив воду, суда отошли назад, ломая держащие их весла данаев. Кормой вперед суда Гирции двигались с той же скоростью. Отчасти повторяя конструкцию ладенских судов, гирцийские превосходили тяжелых врагов.
Только в руках умелого навклера да при такой команде эти суда раскрывали весь потенциал.
– Один готов! – крикнул кибернетес.
Теперь он не выглядел пожилым, ему вернулась молодость. Может, потому его офицеры не бежали от боя. Их ведь не бросали в рукопашную.
С раненного судна их осыпали стрелами, но взятый на таран корабль выбил из лучников дух. Они били не глядя, лишь бы отогнать жалящих мух.
Оставшиеся позади два судна вышли вперед, обходя данаев с тыла. Вторую жертву они взяли для себя. Перестроение в бою позволяло беречь силы гребцов, рассеивало внимание врага.
Первое взятое на таран судно еще двигалось вперед. После того, как оно развернулось, уходя под прикрытие товарищей, вот тогда оно начало крениться на правый борт.
Второй данай был взят на таран. Суда, зашедшие к нему с кормы, нанесли тяжелые повреждения. Почти сразу атакованный пошел ко дну. Данаи прыгали в воду, сдирая с себя одежду и
