по берегу, ушли в холмы охотиться. Им долгое время не позволяли здесь хозяйничать. Ни бить дичь, чтобы прокормиться, ни собирать фрукты и маслины, чтобы пополнить припасы. Тем более, не позволяли вредить поселенцам.
Пусть развлекаются. Это только на руку Виалу. Слух о пиратской армаде дойдет до Виорента. Те не успеют сообразить, что большая часть судов принадлежит гирцийцам. Не смогут обвинить их в нападении. Сами начнут войну.
Виорент ответит за свою спесивость и презрение к иноземцам.
Более четырех сотен людей быстро выели все вокруг. Виал разрешил подчиненным бросать в костер не только дрова, что с таким трудом заготавливали данаи на зиму, но и заборы, кадушки, даже двери.
За три дня окружающие холмы облысели на добрые две сотни футов. Фуражиры хорошо постарались, набив трюмы припасами. Вырубили и некоторые маслинные деревья – самое дорогое, чем обладали поселенцы.
– Словно саранча прошлась, – засмеялся кибернетес Телез, оглядываясь на берег.
Судно шло тяжелее, зато уверенней резало волну. Пару дней и команда облегчит трюмы, вновь вернется легкость. Виал приказал усилить паек, нечего экономить продукты. Аретия и данаи прокормят их.
Офицеры не возражали против этой практики. Раз они оказались здесь, так имели право пополнять припасы у союзников. Пусть офицеры ворчали, когда Виал приказал идти на восток, сейчас они полностью были на его стороне.
Закон давал им такое право. И это был не только закон силы.
Тяжелый бросок на север, как и предполагалось, быстро подточил припасы в трюме. Суда пошли легче, зато люди не утратили сил.
– Вскоре нам придется вновь испытать гостеприимство данаев, – сказал прореус Минелен.
– Пока не придем в залив, неоткуда пополнить припасы.
– А там полно деревенек.
– Вот точно. Если море нам не подкинет добычи.
– А такое предвидится? – по его лицу заметно, что он не сомневается. – Ладно, прикажу усилить караулы.
– Вечером начнем отработку маневра проплыва.
– Будет исполнено!
Возможность размяться порадовала офицера. Виал улыбнулся, подумав, что такой энтузиазм редко ожидаешь увидеть у воина. Те, кто знакомы с боем, не стремятся к нему.
Сблизившись с ладенами, Виал предупредил их, что они задержатся в море для тренировки.
– Тогда мы займем место там, – крикнул Китор в ответ и указал на берег.
Гавань, сжатая мысами с двух сторон. Отличная стоянка, Виал согласился переночевать там.
Маневры они отрабатывали до захода. Это было сделано с умыслом, чтобы команда высаживалась на берег и вытягивала суда под покровом ночи – тоже тренировка. И позволит сохранить в тайне место высадки.
Все-таки четыре судна приметней, чем юркий ладенский кораблик.
Команда каждого судна прекрасно знала свое дело, все же никто не считал излишним эту тренировку. Два судна выходили на сближение с воображаемым противником под углом, а два следовали за ними чуть сместившись в сторону. Передние резко поворачивали, словно намеривались зайти в борт противнику. Враг должен был решить – либо встречать суда из первой линии, либо ждать удара второй линии.
Маневр был простым, но надежным. Разве что требовалась слаженность действий всех судов. Виал снова и снова повторял маневр, убеждаясь, что его команды исполняются четко. С заходом он передавал сигналы с помощью свистка. И в таких условиях подчиненные не подвели его.
– Не пора ли отдохнуть, навклер? – спросил кибернетес после десятого захода.
– Да, нам еще час высаживаться.
– Тоже решили проверить ребят?
– Как же без этого.
– Ночные вылазки всегда успешны.
Он понимал, что в дальнейшем у них будет возможность пограбить данаев. Так что до возвращения в Веры, команда успеет набить карманы серебришком данаев.
Лучшего способа привязать к себе людей, не придумаешь.
Высадка в темноте сложное предприятие.
Справились. Хотя и не так быстро, как рассчитывал Виал. Пришедшие раньше ладены могли бы разжечь костры, но это выдало бы место стоянки, и тренировка утратит смысл.
Утром, оценив и устранив повреждения на кораблях, отряд вышел в море. Ладены, взяв на себя функцию разведки, держались у горизонта. Виал потерял их из виду, полностью полагался на зоркость впередсмотрящего.
По курсу разглядели мыс, обозначающий вход в залив. На нем возвышался храм Энносигея, подавляющий своей массивностью. Тяжеловесный фронтон смотрел в море, выглядел хмурым и недовольным. Будто это Энносигей лично явился наказать иноземцев.
Команда притихла, когда судно оказалось рядом с мысом. Страх перед данайским богом передался судну. Виал почувствовал, как тяжелее пошел его корабль. Следом за ним с ритма начали сбиваться три других судна.
– Принеси-ка мне курочку, – обратился Виал к прореусу.
Жертвоприношение успокоило команду. Хотя кровь курицы предназначалась не Энносигею, но откуда морякам знать, у кого просил поддержки руководитель.
Данаи полностью оправдали ожидания Виала. Патруль даже не стал ждать следующего дня, чтобы преимущество было на их стороне.
О появлении противника предупредили ладены, быстро вернувшиеся под защиту четырех гирцийских судов.
– Как идут? – крикнул Виал.
– Боевое построение в линию, – отозвался Китор.
– Замечательно. Оставайся за нами!
Китор возразил, что не упустит возможности сразиться. Виал отмахнулся. Сейчас не до воинской гордости. Все необходимо представить так, словно данаи первыми начали бой.
Суда вышли из залива на поиски пиратов, а встретят гирцийцев. Вексилумы на кораблях ясно читаемы. Только на них не обратят внимания, ведь данаи первым заметили ладенское судно. И весь отряд сочтут враждебным.
Офицеры понимали, что все это было подстроено навклером. Да какая разница?
– Нам на восход становиться? – спросил кибернетес.
На корму уже поднимались пехотинцы, держащие в руках большие щиты.
– Да, – ответил Виал.
Остальные корабли повторили маневр, выстроились в линию, таранами на восток. Из-за горизонта появились большие суда данаев. Палуба выше, чем у гирцийцев. Это должно уберечь суда от абордажа, но Виал и не собирался сразу начинать рукопашную.
– Центурион Капис! Сначала стрелы, потом лестницы по моей команде! – крикнул Виал.
Уходить без добычи навклер не намерен. Ослабив противника, он все же бросит пехоту на палубу.
– Бить по команде или сразу?
– Команда.
