Ни фига! Для жителей Земли настоящей катастрофой стал бы взрыв сверхновой, скажем, в радиусе даже ста световых лет. Порожденные взрывом, космические лучи смели бы весь озоновый слой и позволили ультрафиолету сжечь жизнь на Земле, включая и вездесущих тараканов, ставших благодаря малограмотным журналистам еще одной легендой земной цивилизации.
Так что немало звезд могут уничтожить жизнь на Земле. Страшно подумать, до чего же это хрупкая вещь — жизнь. И надо расселяться по космосу как можно быстрее, быстрее, быстрее…
Мрак подошел и встал рядом. Плечом к плечу всматривались в звездную жуть. Оба чувствовали себя на берегу огромного океана. Не злого, не враждебного, а просто равнодушного.
— А как дальше? — спросил Мрак.
— Не знаю, — ответил Олег честно.
— Это ничего, — утешил Мрак.
— Главное — ввязаться в драку. А там посмотрим. Авось не только выживем, но и врагу своротим рыло.
— Да нет врага, — ответил Олег тоскливо.
— Был бы… все проще! А так теперь нам надо все эти расстояния, что одолели, считать прогулкой по асфальтовому пятачку перед, подъездом. А дорога вот только теперь… только здесь!
— Бр-р-р-р! — сказал Мрак.
— Мне кажется, это на самом деле… что вот там дальше вроде бы и холоднее и как-то более пусто?… Это у меня глюки, ведь здесь такая же пустота…
Олег посмотрел на него, в пространство, снова на Мрака.
— Знаешь, а ты все-таки чувствительнее меня… если вообще возможно ощутить такое. Понимаешь, Земля окружена атмосферой, хотя о ней долго не подозревали, так же точно и Солнечная система, хоть ее атмосфера и не совсем в привычном нам смысле. Ну, я имею в виду, что здесь намного больше космической пыли, газа и всяческого мусора, что в межзвездном пространстве совсем редкость… Так что ты можешь в самом деле чуять разницу… Ну, такой у тебя чуткий нос на всякую дрянь. С другой стороны, эта гадость, что здорово мешает летать, может послужить топливом… Вся галактика тоже имеет атмосферу, что нас и выручит!… Между звездами хоть и мало пыли и газа, но при наших скоростях насшибаем достаточно, чтобы покрыться ранами. Но если ты будешь лететь с раскрытой пастью, то нахватаешь достаточно, чтобы тут же залечивать язвы.
Мрак сказал хмуро:
— Ага, ты будешь лететь и… абсорбировать, а я — с раскрытой пастью? Как шагающий экскаватор?
— Мрак…
— У тебя — раны, а у меня — язвы? Олег сказал совсем виновато:
— Мрак, ну что ты такой чувствительный к словам. Ты на суть смотри. Разве я предложил бы тебе питаться дрянью? — — Там, можно сказать, космические цветы… прямо в пространстве!…
— Ага, а я космическая корова.
— Ладно, там яблоки и персики. Мы можем даже наткнуться на астероиды и кометы. Это почти мясо. Ты ведь…
Мрак пробурчал:
— Да-да! По крайней мере, уже перевариваю. Но вот только наткнуться… да еще на скорости…
— Вероятность очень мала, — сказал Олег торопливо.
— Примерно на десять в минус…
— Не надо, — оборвал Мрак твердо.
— Скажи просто, что не столкнемся. Ты ладно, тебе можно, не жалко, а вот мне как-то не желается. Я вообще-то не понял, ты меня в чем-то убеждаешь?
Олег помялся, сказал тихо:
— Скорее, себя. Знаешь, Мрак, я тоже лучше всего знаю, к примеру, обряд жертвоприношения лягушки у гиксосов. Можно сказать, я самый великий знаток! Лучший специалист в мире по жертвоприношениям лягушек. Все-таки пару сот лет там правил, все тонкости — раз плюнуть, даже сам кое-какие ритуалы добавил… Но теперь на бегу приходится запоминать другое, совсем другое. Даже мерить расстояние не конными переходами, не стрельбой из лука, не броском копья, а непонятными и неизвестными совсем недавно величинами. К примеру, парсек — это двести шесть тысяч с небольшим астрономических единиц… Что такое парсек, запомнить надо обязательно — это минимальная единица, которой меряют в космосе. Есть еще килопарсеки, мегапарсеки…
Мрак смотрел, набычившись.
— Ну и чо? — спросил он с подозрением.
— Ты это к чему?
— Да так, — ответил Олег.
— Ну да! Ты ничо не скажешь так, обязательно какая-то гадость под салфеткой.
— Ну, какая это гадость? Просто напоминание, ты же наверняка знаешь, что астрономическая единица — это расстояние Земли от Солнца. Всего-то сто пятьдесят миллионов километров.
Мрак ощутил, что у него перехватило дыхание.
— Э-э… гм, — промямлил он, — ну, конечно же, знаю! Кто ж этой ерунды не знает?
— Ну вот и хорошо, — сказал Олег кротко.
— Так что, понимаешь, кто этого не знает, тому нечего и соваться в настоящий космос… Ведь то, где мы ползали внутри Солнечной системы, это песочница, детская площадка! Я имею в виду, нечего соваться на четвереньках.
Мрак нахмурился.
— Нет, — сказал он упорно, — ты мне ответь на пальцах. Ты все-таки к чему?
— Космос не пуст, — сказал Олег.
— Не пуст! Не пуст, как считали. И нет вакуума, как считали…
— Как это нет? — удивился Мрак.
— Ну, нет в том смысле, — сказал Олег, — как это понимают. Мол, пустота. Ничего подобного! Вакуум, может быть, даже плотнее в каком-то смысле, чем нейтронные звезды. Просто мы видим пустоту, как… ну, скажем, существо с рентгеновским зрением видело бы вместо нас только наши скелеты. И считало бы, что мы с тобой — скелеты. А существо, у которого нейтринное зрение, вообще не замечало бы не только нас, но даже нашу Землю… Как ты знаешь, нейтрино свободно пронизывает нашу планету насквозь, даже не замечая препятствия.
— Ага, — сказал Мрак, — ну да, конечно… Планету — свободно, а вот тебя тоже?
— Нет, — признался Олег.
— Все-таки самое плотное, что мы могли вообразить, это сдвинутые нейтроны. Не в том смысле сдвинутые, как ты сразу подумал, а сдвинутые с космических расстояний! Приближенные опять же один к другому настолько, что между ними не протиснется ни одна частица.
Мрак сказал нетерпеливо:
— Повторяешься, Олег. Это я уже знаю.
— А я повторил, — ответил Олег невозмутимо, — чтобы ты понял разницу между такими нейтронами и нуклонами.
Мрак посмотрел по сторонам, снова в звездное небо, наконец сказал в благородном нетерпении:
— Ну и чо?
— А то, волчара, — сказал Олег, он начал терять терпение.
— Ближайшая к Земле звезда Проксима Центавра, которая нам и на фиг не нужна…
— Почему?
— Она светит в двенадцать тысяч раз слабее Солнца, — ответил Олег и добавил почти злорадно:
— Чтобы ее достичь, свету требуется четыре с четвертью года. Свету, понял? А мы, как ни рвали жилы, пока что скорости света не достигли… Но хотя я привык к неторопливым решениям, обдуманным действиям и вообще в запасе у нас еще есть некоторые годы и столетия… то вроде бы потратить пять-семь лет на такое путешествие не так уж и много… Помню, в Египет ехали восемь лет…
