Читаем без скачивания Стихотворения - Николай Языков

ПЛОВЕЦ

"Еще разыгрывались воды"

                      Еще разыгрывались воды,                      Не подымался белый вал,                      И гром летящей непогоды                      Лишь на краю небес чуть видном рокотал;

                      А он, пловец, он был далеко                      На синеве стеклянных волн,                      И день сиял еще высоко,                      А в пристань уж вбегал его послушный чолн.

                      До разгремевшегося грома,                      До бури вод, желанный брег                      Увидел он, и вкусит дома                      Родной веселый пир и сладостный ночлег.

                      Хвала ему! Он отплыл рано:                      Когда дремали небеса,                      И в море блеск луны багряной                      Еще дрожал, — уж он готовил паруса,

                      И поднял их он, бодр и светел,                      Когда едва проснулся день,                      И в третий раз пропевший петел                      К работе приглашал заспавшуюся лень.

" Я помню: был весел и шумен мой день "

                     Я помню: был весел и шумен мой день                        С утра до зарницы другого…                     И было мне вдоволь разгульных гостей,                        Им вдоволь вина золотого.

                     Беседа была своевольна: она                        То тихим лилась разговором,                     То новую песню, сложенную мной,                        Гремела торжественным хором.

                     И песня пропета во здравье мое,                        Высоко возглас подымался,                     И хлопали пробки, и звонко и в лад                        С бокалом бокал целовался!

                     А ныне… О, где же вы, братья-друзья?                        Нам годы иные настали —                     Надолго, навечно разрознили нас                        Великие русские дали.

                     Один я, но что же? Вот книги мои,                        Вот милое небо родное —                     И смело могу в одинокий бокал                        Я пенить вино золотое.

                     Кипит и шумит и сверкает оно:                        Так молодость наша удала…                     Вот стихло, и вновь безмятежно светло                        И равно с краями бокала.

                     Да здравствует то же, чем полон я был                        В мои молодецкие лета;                     Чем ныне я счастлив и весел и горд,                        Да здравствует вольность поэта!

                     Здесь бодр и спокоен любезный мой труд,                        Его берегут и голубят:                     Мой правильный день, моя скромная ночь;                        Смиренность его они любят.

                     Здесь жизнь мне легка! И мой тихий приют                        Я доброю славой прославлю,                     И разом глотаю вино — и на стол                        Бокал опрокинутый ставлю.

УНДИНА

                    Когда невесело осенний день взойдет                    И хмурится; когда и дождик ливмя льет,                    И снег летит, как пух, и окна залепляет;                    Когда камин уже гудит и озаряет                    Янтарным пламенем смиренный твой приют,                    И у тебя тепло; а твой любимый труд, —                    От скуки и тоски заступник твой надежной,                    А тихая мечта, милее девы нежной,                    Привыкшая тебя ласкать и утешать,                    Уединения краса и благодать,                    Чуждаются тебя; бездейственно и сонно                    Идет за часом час, и ты неугомонно                    Кручинишься: тогда будь дома и один,                    Стола не уставляй богатством рейнских вин,                    И жженки из вина, из сахару да рому                    Ты не вари: с нее бывает много грому;                    И не зови твоих товарищей-друзей                    Пображничать с тобой до утренних лучей:                    Друзья, они придет и шумно запируют,                    Состукнут чаши в лад, тебя наименуют,                    И песню запоют во славу лучших лет;                    Развеселишься ты, а может быть и нет:                    Случалося, что хмель усиливал кручину!                    Их не зови; читай Жуковского "Ундину":                    Она тебя займет и освежит; ты в ней                    Отраду верную найдешь себе скорей.                    Ты будешь полон сил и тишины высокой,                    Каких не даст тебе ни твой разгул широкой,                    Ни песня юности, ни чаш заздравный звон,                    И был твой грустный день, как быстролетный сон!

ЭЛЕГИЯ

"День ненастный, темный; тучи"

                         День ненастный, темный; тучи                         Низко, низко над горой,                         Вялы, тихи и плакучи,                         Длинной тянутся грядой;                         Сад безлюден, смолкли птицы,                         Дерева дождем шумят:                         Две красавицы-девицы —                         Две певуньи, две сестрицы —                         Не пойдут сегодня в сад!

                         А вчера они, при трелях                         Соловья и при луне,                         Там летали на качелях                         Соблазнительно одне;                         И качели их качают                         Мягко, будто на руках:                         Осторожно поднимают,                         Осторожно опускают                         Быстролетный свой размах!

                         А вчера поклонник скромной                         Граций, медик молодой,                         Удовольственно и томно                         Любовался их игрой;                         И размашисто качалась,                         Как они, его мечта,                         Поднималась, опускалась:                         Ей легко передавалась                         Их летаний быстрота.

                         День ненастный, день враждебный                         Очарованным сердцам,                         И ходьбе многоцелебной,                         И лекарственным водам!                         Но зато в нем нет томленья,                         Лени, жару; он здоров                         Мне в тиши уединенья,                         Для свободы размышленья,                         Для писания стихов.

ЭЛЕГИЯ

"Толпа ли девочек крикливая, живая,"

                     Толпа ли девочек крикливая, живая,                     На фабрику сучить сигары поспешая,                     Шумит по улице; иль добрый наш сосед,                     Окончив чтение сегодняшних газет,                     Уже глядит в окно и тихо созерцает,                     Как близ него кузнец подковы подшивает                     Корове, иль ослу; иль пара дюжих пcов                     Тележку, полную капусты иль бобов,                     Тащит по мостовой, работая всей силой;                     Служанка ль, красота развившаяся мило,                     Склонилась над ведром, готова мыть крыльцо,                     А холод между тем румянит ей лицо,                     А ветреный зефир заигрывает с нею,                     Теребит с плеч платок, и раскрывает шею,                     Прельщенный пышностью живых лилей и роз;                     Повозник ли, бичом пощелкивая, воз                     Высокий, громоздкой и длинной-передлинной,                     Где несколько семей под крышкою холстинной,                     Разнобоярщина из многих стран и мест,                     Нашли себе весьма удобный переезд,                     Свой полновесный воз к гостинице подводит,                     И сам почтенный Диц встречать его выходит,                     И Золотой Сарай хлопочет и звонит;                     Иль вдруг вся улица народом закипит:                     Торжественно идет музыка боевая,                     За ней гражданский полк, воинственно ступая,                     В великолепии, в порядке строевом                     Красуется, неся ганавский огнь и гром:                     Защита вечных прав, полезное явленье;                     Торопится ль в наш дом на страстное сиденье                     Прелестница, франтя нарядом щегольским,                     И новым зонтиком, и платьем голубым,                     Та белотелая и сладостная Дора…                     Взойдет ли ясная осенняя Аврора,                     Или туманный день печален и сердит,                     И снегом и дождем в окно мое стучит —                     И что б ни делалось передо мною — муки                     Одни и те ж со мной; возьму ли книгу в руки,                     Берусь ли за перо, — всегда со мной тоска:                     Пора же мне домой… Россия далека!                     И трудно мне дышать, и сердце замирает;                     Но никогда меня тоска не угнетает                     Так сокрушительно, так грубо, как в тот час,                     Когда вечерний луч давно уже погас,                     Когда все спит, когда одни мои лишь очи                     Не спят, лишенные благословений ночи.

ЭЛЕГИЯ