Гаспар, прошлые ошибки, королевские интриги — все это отступило, растворилось в сиянии камня. Осталась только она. Елена. Ее серые глаза, в которых растаял лед. Ее редкая, ослепительная улыбка. Ее рука в его руке. Ее «да». Ничто иное не имело значения. Абсолютно. Он клялся себе, клялся этой синевой сапфира: он посвятит всю свою жизнь, каждое дыхание, каждую мысль тому, чтобы оправдать ее доверие. Чтобы ее глаза всегда светились счастьем. Чтобы она была не просто счастлива — самой счастливой женщиной на этой и всех возможных планетах. Он сможет. Он должен.
«Это… совершенство, Моро, — прошептал Лео, голос его дрожал. — Благодарю вас. Вы — гений.»
Он почти не слышал заверений ювелира в его чести и восхищении графиней. Лео осторожно, как святыню, вынул кольцо из футляра. Оно было холодным и невероятно тяжелым в его ладони — тяжелым невесомым счастьем. Затем он достал из внутреннего кармана камзола шкатулку Анри. Нажал на скрытую пружинку. Крышка открылась беззвучно, и внутри загорелся мягкий, теплый свет. Лео бережно опустил кольцо на бархатное ложе. Сапфир и бриллианты вспыхнули под искусственным светом с ослепительной силой, превращая шкатулку в крошечную сокровищницу. Он захлопнул крышку. Теперь его будущее было надежно спрятано у него в руке.
«Матиас! — крикнул он своему кучеру, врываясь обратно в кабриолетку. — К тетушке! Быстрее ветра!»
Кабриолетка помчалась по ночным улицам Парижа. Лео сидел, крепко сжимая шкатулку. Он не замечал ни домов, ни прохожих. Он видел только Елену. Слышал ее смех в карете. Чувствовал тепло ее руки. Предвкушение предстоящего вечера заставляло сердце бешено колотиться.
Маркиза д’Эгриньи, успевшая переодеться в домашнее и углубиться в вечернюю корреспонденцию за чашкой шоколада, чуть не поперхнулась, когда Лео ворвался в ее будуар без доклада, запыхавшийся, с горящими глазами.
«Леонард! Боже мой! — воскликнула она, вскакивая. — Что случилось? Пожар? Вторжение? Ты выглядишь так, будто за тобой гонится вся гвардия короля!»
«Тетушка! — Лео схватил ее за руки, чуть не опрокинув столик с шоколадом. — Никакого пожара! Случилось счастье! И мне срочно нужна глава семьи! Вы! Сейчас! Мы едем к Елене на ужин! Я делаю предложение! Официально! Как подобает!»
Маркиза уставилась на него, ее обычно непроницаемое лицо выражало полнейшее недоумение.
«Сейчас? Леонард, милый, посмотри на часы! Посмотри на меня! Я в домашнем! Волосы… Я не готова! Мы не можем явиться как бродячие комедианты! Нужны переговоры, подготовка, подарок для хозяйки дома, наконец! Ты с ума сошел?!»
«Подарок уже там! — торжествующе заявил Лео. — Половина моих оранжерей и все кондитерские запасы Шато Виллар уже осыпают ее дом! А этот… — он показал шкатулку Анри, — это главное! Тетушка, вы должны! Я не могу без вас! Вы — моя скала! Мой якорь! Мой дипломатический щит! Она ждет! Я не могу ждать! Прошу вас!»
Он смотрел на нее с такой мольбой, с таким обнаженным, мальчишеским отчаянием и надеждой, что даже железная маркиза не устояла. Она вздохнула, громко и театрально, закатив глаза к потолку.
«Дети! Господи, дай мне силы… — пробормотала она. Но в ее глазах уже мелькнула знакомая искорка азарта. Она хлопнула в ладоши. — Мари! Мою темно-бордовую тафту! И жемчужное колье! Быстро! Леонард, дай мне пятнадцать минут! И не кажись мне на глаза, пока я не позову! Ты своим видом нервы треплешь!»
Ровно через четырнадцать с половиной минут маркиза Элиза д’Эгриньи вышла к ожидавшему в холле Лео. Она была безупречна. Бордовое платье строгого, но богатого покроя подчеркивало ее осанку, жемчужное колье и серьги говорили о достатке и вкусе, а прическа была уложена с царственной простотой. На ее лице — привычная маска светской неприступности, но в уголках губ таилась едва уловимая улыбка. Она была готова. Глава рода. Защитница. Посол. Она взяла поданную горничной накидку и трость с золотым набалдашником.
«Ну что, безумный племянник? — спросила она, окидывая Лео оценивающим взглядом. Он стоял, сжимая шкатулку, готовый ринуться в бой за свое счастье. — Готова. Поехали творить историю. И да поможет нам Бог, если ты еще что-то забыл.»
Лео сиял. Он подал ей руку, почти выволок на крыльцо и усадил в кабриолетку с почестями, достойными королевы. Сам вскочил рядом с кучером Арно.
«Вперед! К графине де Вальтер!» — скомандовал он, и кабриолетка рванула в ночь, увозя неудержимого жениха, его бесценное кольцо в светящейся шкатулке и его грозную, но сдавшуюся под натиском любви тетушку — навстречу самому важному ужину в их жизни. Ветер трепал волосы Лео, а в груди ликовало одно-единственное слово: Елена.
Глава 62. Откровение под Светом Луны и Глубина Искупления
Карета с героями вечера подкатила к поместью Елены. Дом был преображен: арки из роз, гирлянды цветов, тонкий аромат, корзины сладостей — сказочный порог в новую жизнь. Лео вышел первым, помог выйти тетушке и Арману. Его лицо было бледным, пальцы нервно сжимались. Он поправил несуществующий галстук — рефлекс из прошлой жизни.
«Дыши, кузен, — тихо сказал Арман, похлопав его по плечу, его глаза светились теплом. — Она уже сказала «да». Сегодня — красивая формальность.»
«Формальность? — маркиза д’Эгриньи фыркнула, поправляя жемчужное колье. Она сияла спокойной уверенностью. — Формальность, которая заставит тебя стоять на коленях? Я бы назвала это капитуляцией твоего холостяцкого эго. Готовься платить выкуп. — Ее глаза блеснули весело, снимая напряжение.»
Лео кивнул, пытаясь улыбнуться. Сердце колотилось. Дверь открыл Жорж. Елена ждала их в гостиной, сияя тихой радостью.
Ужин прошел легко. Елена сияла, ее серые глаза постоянно находили Лео. Тетушка Элиза вела беседу с изяществом, рассказывая забавные истории о юности Лео, заставляя Армана смеяться, а Лео — краснеть. Арман был сдержанно счастлив, поддерживал разговор, его мысли явно были о своей скорой свадьбе. Еда и вино были превосходны, но Лео почти не чувствовал вкуса. Его мысли были заняты шкатулкой и моментом после кофе.
Когда последние чашки убрали, в гостиной воцарилась теплая тишина. Лео почувствовал взгляды. Тетушка кивнула. Арман подал ободряющий знак. Елена смотрела с мягким ожиданием.
Лео встал. Колени слегка дрожали. Он подошел к Елене, которая тоже встала. В комнате слышалось тиканье часов и его сердцебиение. Он опустился на одно колено, взял ее руку. Его пальцы были холодными.
«Елена… — голос дрогнул. Он достал шкатулку Анри. Нажал. Крышка открылась, мягкий свет озарил ее лицо и сияющее кольцо. В ее глазах отразились синие искры сапфира. — Елена де Вальтер, — начал он тверже, глядя в ее глаза. — Ты — чудо, перевернувшее мою жизнь. Мой свет, мое счастье. Я любил тебя
