— И как, верны?
— Более-менее. Я доказал, что Джанан не такой уж всесильный и недостоин поклонения, как продолжали утверждать Мойрик и его дружки. — Он посмотрел на меня. — Разве ты не ненавидишь их? Я терпеть не мог слушать их споры о том, что мы здесь по каким-то причинам. Теперь, хоть я и доказал существование Джанана, я также доказал, что кем бы он ни был, его можно остановить.
Я не хотела думать о Мойрике. Мой живот скрутило от воспоминаний о ноже в его глазу.
— Так вот над чем ты работал последние восемнадцать лет? Над прекращением перерождения?
Менехем кивнул.
— Я думала, дело было в сильфах. И управлении ними.
— Нет. Ну, да, началось все с этого. Но я так и не нашел способ управлять сильфами.
Что означало, что Ли не могла украсть его исследования и использовать их, чтобы послать за мной сильфид. Менехем не сможет сказать, почему за короткое время на меня напали два раза, когда я оставила коттедж Пурпурной Розы.
— Я думал, ты хотела найти Сэма. — Он вновь помахал в сторону проспекта. — Я видел его недавно, он направлялся к северной стене.
Конечно, он знал, как выглядит Сэм, раз следил за мной. Я вздрогнула.
Самонаводящийся свет прочерчивал воздух, лазер пронзал плоть драконов.
Мы постоянно вляпывались в какие-то химикаты — вероятно, варево Менехема — предназначенные для нейтрализации драконьей кислоты, и обходили мертвых чудовищ, валяющихся на земле. Эти твари давали укрытие людям и сильфам, хоть последние, похоже, больше сосредоточились на поиске выхода из города. Они кидались к стене, перепрыгивали через нее, и убегали, стоило лишь увидеть Менехема.
Я схватила ближайшего незнакомца.
— Ты видел Сэма? — он покачал головой и начал вырываться, но я не отпускала. — Не умирай сегодня. Ты не переродишься. Расскажи остальным.
Глаза незнакомца сузились, но он кивнул.
— Удачи в поисках Сэма.
Я выкрикивала его имя так громко, как только могла, но мои клики были бесполезны в таком шуме. Когда я спрашивала о нем попутчиков, все указывали в разные направления. Тем не менее, я всем рассказала о плане Менехема, указывая на потемневший храм в качестве доказательства, и проталкивалась с ними через толпу. Пятеро сказали, что видели его в северо-западном квартале.
Моя обувь хлюпала по грязи. Урожаи были разрушены кислотой и нейтрализующими химикатами. По крайней мере, по земле было неопасно ходить.
— Сэм! — мое горло болело от холода и криков. Я спряталась под мертвым драконом и выстрелила в другого, планирующего на ближайшую часть стены. После второго выстрела, чудовище закричало. Я побежала за лестницей. Может, кто-то на стене видел Сэма.
Я потеряла Менехема. Не имеет значения. Я найду его, если он выживет. Если нет... Он не моя забота. Я взобралась по лестнице, не обращая внимания на пронизывающую до костей боль, и остановилась лишь чтобы выстрелить в громадное крыло приземлившегося на стену дракона. Она затряслась, как и моя лестница, и я перенесла весь свой вес вперед, благодаря чему смогла проделать весь оставшийся путь вверх.
Стена была достаточно толстой, чтобы на ней выстроились десять человек. И все же, слишком маленькая для дракона, но этот продолжал пытаться приземлится на нее. Он вцепился передними лапами к стене и завис над согнувшейся фигурой. Вспыхнул свет, я сощурилась, прицелилась и выстрелила.
Удачный выстрел; прямое попадание в глаз. С оглушительным ревом, дракон плюнул в меня кислотой, но смертельный приговор был уже написан в его глазах. Дракон упал назад, царапая лицо об мою шипящую лестницу. Он крутился, а его крылья черпали воздух с такой силой, что я не могла дышать.
Не думаю, что он нападет снова, по крайней мере, не в следующие пару минут.
Я побежала к мужчине, которого чуть не зажарил дракон. Он не двигался.
— Ана?
Стэф была как раз за мужчиной, к которому я склонилась. Кровь оставила полоски на ее лице и спутала волосы. Она с трудом встала на ноги.
— Что ты здесь делаешь? Он в порядке? — она покачнулась и упала на колени с другой стороны от...
Сэма. Он лежал на животе и был одет в куртку, которую я не узнала, но вспышки света освещали его профиль. Я коснулась его горла, желая найти пульс. Кожа Сэма была холодной, и с мгновение я думала, что он мертв, но затем я обнаружила биение крови через артерии. Сэм закашлялся и попытался согнуть свои локти, чтобы подняться.
— Еще живой?
Я подавила всхлип.
— Живой.
Он быстро привстал, сел на колени и уставился на меня широкими, неверующими глазами.
— Ана.
Больше всего мне хотелось его обнять. Но я не стала.
— Нет времени для «я скучал». — Я встала на ноги и схватила оружие. — Менехем сделал что-то с Джананом. Никто из умерших сегодня не переродится. Мы должны где-то спрятаться, пока умирать вновь не станет безопасно.
Стэф выглядела слегка не в себе.
— Что?
— У стены нет сердцебиения. — Нахмурился Сэм. — Стой, Менехем?
У обоих явно было сотрясение мозга. Тем не менее, я ткнула пальцем на освещаемый прожекторами храм. Его облепили три дракона, пока остальные наматывали вокруг большие круги, плюясь на людей на рынке.
— И он не светится. Пошли, вы, оба. Оррин где-то здесь? Вит, Сарит?
Сэм покачал головой.
— Они где-то в другом месте.
Не знаю, стоит ли мне обрадоваться или испугаться. Я помогла Сэму и Стэф подняться на ноги. Они были выше меня, потому от меня было мало помощи в удерживании их в прямом положении, когда мы чуть не упали у мусорного бака, но я старалась.
На пути к северному охранному пункту, где нам окажут медицинскую помощь, мы говорили всем, кто слушал, что они исчезнуть навсегда, если умрут сегодня.
Некоторые пошли с нами, но многие не поверили и продолжили борьбу. Те, кто еще не был ранен, решили пойти, чтобы распространить информацию.
В кармане куртки у Сэма были яйца для сильфид. Когда те подбирались слишком близко, я ловила их, но большинство теней просто искали выход.
Наконец, мы добрались до охранного пункта, где люди выкрикивали приказы, а остальные повиновались. Я отвела Сэма и остальных в медпункт, находящийся по левую сторону; кроватки на колесах, с приставленными аппаратами, освещались со всех сторон. Я помогала всем забраться на постель, в то время как медики и менее травмированные пациенты кинулись оказывать первую помощь.
— Что с ними случилось? — спросила девочка. Она выглядела лет на девять, и, при других обстоятельствах, я бы рассмеялась с ее попыток придать себе внушительный вид, с таким-то писклявым голоском.
