о жизненном выборе. Я не должна была так оставлять Кая — особенно учитывая, что у него, вероятно, был посттравматический синдром после прошлого раза, когда я исчезла посреди ночи. Но ему не следовало опять браться за бутылку.
К слову о травмах… Я тяжело восстанавливалась после прошлого раза, когда он едва прикоснулся к своей зависимости.
"Но он же не притронулся к тому напитку", — напомнило мне моё сердце.
"И, тем не менее, он играл с огнём", — огрызнулась я в ответ.
Бреннан отправил мне множество сообщений, уверив меня, что Кай был всё ещё трезв. Он был даже готов согласиться на ежедневный тест на наркотики, чтобы убедить меня снова поработать над песней.
Я уверила его, что Кай сам сможет со всем справиться, но, по-видимому, Кай не согласился на это.
Именно поэтому мой телефон беспрестанно звонил, изводя меня, а мои эмоции, разум и логика завязались в неузнаваемые узлы.
Рассматривая Адама на другом конце столика, я искренне пыталась почувствовать хотя бы подобие того, что я чувствовала к Каю. Мне не обязательно была нужна настоящая любовь, но хотя бы искра. Надежда на неё.
И всё же… ничего.
Я ничего к нему не чувствовала. Поэтому я сидела и отчаянно пыталась вставить детали одной головоломки в другую, к которой они не принадлежали.
Адам был удивительно внимательным, искренним и замечательным парнем. Он заслуживал того, чтобы влюбиться в женщину, которая любила бы в нём все эти качества. А не в сломанную девушку, которая не видела дальше своего носа и не могла понять, каким чудесным он был.
— Не хочешь посмотреть на новый рынок с фермерскими продуктами в выходные? — спросил он, ни о чём не подозревая. — Парень с работы рассказал мне, что у них продают чудесный соус "Сальса", нам надо попробовать…
— Думаю, мы должны расстаться.
Кусочек ролла "Калифорния" выскочил из его палочек и приземлился в соевый соус и васаби, расплескав их.
— Что?
— Нам надо расстаться, — прошептала я, слёзы тут же подступили к моим глазам. — Прости.
Он нахмурился.
— Я не понимаю. Ты шутишь?
Я покачала головой, слёзы потекли ещё быстрее. Боже, я была идиоткой. Я как всегда без причины всё усложнила.
— Нет. Я не шучу.
Его лицо стало мрачнее тучи.
— Это из-за Кая? Ты мне изменила?
— Что? Нет! — мои щёки покраснели, когда я услышала его обвинение. — Это не так. Я клянусь. Я ни разу даже не разговаривала с Каем, после того как вернулась из Канады.
— Правда? Тогда что произошло в Канаде? — его верхняя губа завернулась внутрь от омерзения, словно он уже решил, что я была ему неверна.
Может, так и было. Но не совсем в том смысле. По крайней мере, не считая тот поцелуй, который я прервала.
И который я всё ещё ощущала всем своим нутром.
В этом-то и была проблема. Я не могла так думать о Малачи. Чувствовать его горячие и жадные губы на моих губах, и верить в будущее с Адамом. Я больше не могла так с собой поступать. И я не могла так поступать с ним.
Это убивало меня. Разрывало на части.
Я боялась отвечать на текстовые сообщения, потому что не доверяла себе и тому, что я могла сказать.
Ну, хорошо, быть может, наше расставание имело некоторое отношение к Каю. Но это было не то, о чём он подумал.
— Я не та, — мои слова прозвучали как бессмысленный шёпот.
— Что это значит?
Мое горло заболело от попыток не разрыдаться.
— Я хочу сказать, что я не та девушка, с кем ты должен оказаться в итоге вместе. Я не для тебя.
Он поднял руку вверх.
— Избавь меня от этого лицемерного дерьма. У нас всё было в порядке, пока твой знаменитый бывший парень не прикатил в город.
В этом-то и было дело. У нас всё было в порядке, потому что я забыла, какого это было с Каем. У нас с Адамом всё получалось, потому что я бросилась с головой в эту жизнь, которую я должна была хотеть, и которой я должна была жить. И Адам легко помещался внутри этой маленькой коробки.
По сути, она к нему прилагалась.
Кай же был больше, чем обычный человек. У него были эти гигантские, нескончаемые проблемы и ещё огромный список причин, из-за которых мне надо было сбежать. Но увидев его, я словно впервые увидела мир в цвете. Он был подобен первому глотку свежего воздуха, сродни первой весенней траве и надежде.
— Это никак не связано с Каем, — искренне сказала я.
Так оно и было. Тот факт, что я видела разницу между двумя этими мужчинами, не означал, что я собиралась выкинуть всё то, над чем так усердно работала, чтобы снова обжечься о Малачи. Но видя, какими разными были эти отношения, я не могла оставаться с Адамом. Он заслуживал того, что у меня было с Каем, но только с кем-то другим, с кем-то, кто мог подарить ему это в ответ. Более того, у него теперь появился шанс избежать ошибок, которые совершили мы с Малачи, и найти большую и вечную любовь.
— Всё дело только во мне. И если Кай и имеет к этому отношение, то только потому, что когда он вернулся в мою жизнь, он напомнил мне о том, какой сломленной я была. Ты заслуживаешь кого-то, кто будет сильно тебя любить, Адам. Кого-то, кого не сломало его прошлое, и кто сможет увидеть, какой ты хороший.
Он отвернулся от меня. Его тело тряслось от разочарования, а челюсть была сжата от злости.
— Ты просто особо не стараешься.
— Ты хочешь, чтобы я ещё больше старалась полюбить тебя? По-твоему, это так работает? Мне просто надо продолжать стараться? Ты замечательный мужчина, Адам. Ты должен быть с кем-то, кто влюбится в тебя. С кем-то, кто не сможет этому противостоять.
Я сделала глубокий вдох в надежде, что мой совет дойдёт до него. Всё же я не была экспертом в любовных делах.
Отодвинувшись от стола, он встал раньше, чем я успела продолжить.
— Спасибо, но мне не нужны советы, как строить отношения. То, что у тебя было с Каем, было искусственным, Кловер. Это просто чёртова популярность. Не могу поверить, что ты готова отказаться от всей своей жизни ради неудачного пиар трюка.
— Я не отказываюсь от своей жизни или чего бы то ни было. Мы с Каем не вместе. И не планировали быть вместе. Я просто… просто пытаюсь во всём этом разобраться.
