расписании употребления пищи! Завтрак! Обед! Для ребёнка и женщин — полдник! И ужин!
— Так это, всё ж готово, — вскочила женщина и убежала на склад, откуда почти сразу же вернулась с исписанными ручкой листами в руках. — Вот, мы уже часть ревизии произвели и на неделю даже расписание составили, как вы и сказали: завтрак, обед и ужин. Вот.
— Отлично! — смягчился якобы разгневанный я, играя то в злого, то в доброго «полицейского». — Добавьте, как я и сказал, ещё полдник для женщин и детей, — и, видя, что она начала крутить головой в поисках карандаша или пишущей ручки, добавил: — Но не сейчас, а после приёма пищи.
Глянул на листы, что передала мне женщина, и, отметив недостаточно разборчивый почерк, уточнил:
— Анна говорила, что вы учительницей в школе работали?
— Да — по русскому языку и литературе.
— Понятно, — кивнул я, отмечая, что у учителей и медработников почерк сравним с шифровкой, которую может понять только человек из их сферы.
«Нужно будет её на компьютере научить печатать, а тут чёрт ногу сломит, пока расшифруешь, что написано, не один месяц пройдёт», — вздохнул я, но говорить вслух об этом не стал, а, пробежав те строчки, что сумел прочитать, кивнул:
— Спасибо! Хорошая работа, но расписание приёма пищи и меню на каждый день лучше писать на отдельном листе и вывешивать, скажем, — я огляделся и добавил, — например, на дверь. — После чего улыбнулся. — Тогда все будут знать, что их ждёт вкусненького, и уж точно не пропустят время принятия пищи.
Отдавая столь, казалось бы, странный и не совсем необходимый приказ, я преследовал две цели: хотел, чтобы все жители нашего убежища считали себя деталями одного слаженного механизма, и очень хотел, чтобы всё и все были подчинены дисциплине. В нашей ситуации не должно быть расхлябанности. Каждому из нас должна была быть твёрдая опора — незыблемый ориентир. Если бы наша база находилась на поверхности, то этим ориентиром служили бы: смена дня и ночи, восход и закат солнца, в конце концов — ветер, дождь и звёздное небо над головой. Мы же всего этого фактически были лишены. Тут, в полутьме, которая была связана с экономией электричества, у нас не было точки той самой необходимой опоры. И поэтому опорой этой должно было стать чёткое расписание. Все и каждый должны были чётко знать и быть уверены, что в восемь утра у нас завтрак. Что в двенадцать дня будет обед. А в семь вечера обязательно настанет время ужина.
Ещё раз поблагодарил женщин за работу и за вкусный ужин, после чего поинтересовался:
— Так кто чем сейчас собирается заниматься?
Все переглянулись и уставились на меня.
— Кажется, у тебя есть предложение? — спросила Аня.
— Есть, — кивнул я и спросил: — Если есть желание, можно опять организовать просмотр фильма.
— Отличная идея!
— Ура, мультфильмы! — обрадовался мальчишка, оторвавшись от игры.
— А может быть, всё же фильм? — негромко произнёс Сергей, а потом, покосившись на мальчика, добавил: — Только такой, чтобы и парню понравился.
— У тебя такой в библиотеке есть? — спросила Аня.
— Найдём, — пообещал я, прикидывая в уме, что именно лучше всего будет показать.
Старинный фильм-сказка 1956 года «Илья Муромец» всем очень понравился. Он был не только хорошо снят, в нём не только было много красивых песен, но и был в нём актуальный для этих времён смысл. Что в фильме, что в реальности враги нападали на Русь. И неважно, как государство в какие времена называлось, будь то Русь, Московское царство, Российская империя, Союз Советских Социалистических Республик или Российская Федерация — для врагов это всегда была Россия, и они ненавидели и ненавидят нашу прекрасную родину всегда. Что тут, что там, нам всем была приготовлена одна участь — рабство и уничтожение.
И этот тайный смысл картины уловили все, даже маленький Ванечка, который, радуясь, что наши победили неприятеля, посмотрев на нас с Сергеем, весело произнёс:
— А партизаны тоже как богатыри, потому что вы сильные!
Мы все засмеялись, а Сергей поправил мальчика:
— Не «вы», а «мы». Ведь ты тоже партизан, а значит, тоже богатырь!
— Только я ещё маленький, — кивнул тот.
— Ну так это не беда — вырастешь, — сказал я и обратился ко всем: — Ну что, дорогие мои, на этом предлагаю сеанс закончить и разойтись для отдыха.
— Дядь Коль, а завтра кино будет? — спросил мальчуган.
— Обязательно. Это у нас теперь традиция, — пообещал я и, выключив в целях экономии монитор, кивнул Сергею. — Ну а мы пошли работать.
— Куда? — не поняла Анна, подойдя ближе.
— Э-э, да поработать ещё немного нужно. А вы спать ложитесь.
— Как поработать? Сейчас? — подошла к нам Галина Ивановна. — Так ночь же уже скоро. В лесу же темно.
— Так нам и надо, чтобы темно было, — улыбнулся я.
А Сергей, ехидно ощерившись, добавил:
— Сейчас мы гитлеровцам своё кино покажем. Да такое, что бошки их поганые, как у того Змея Горыныча, враз отлетят!
Продолжение завтра
От автора: Уважаемые читатели! Разрешите поздравить вас с наступающим Новым Годом!
Глава 5
А почему бы и нет?
Идея того, что беспокоящие бомбардировки, пусть и небольшие, нужно проводить ежедневно, возникла сама собой. На данном этапе для нас был важен даже не сам факт, что мы можем или не можем наносить серьёзный урон противнику, а совсем другое. Пока достаточно было самого осознания, что мы не находимся вне войны, играя в затворников, прячущихся от дневного света и боящихся выйти лишний раз наружу. Каждый житель объекта должен был знать, что мы не просто выживаем, а ежедневно сражаемся, несмотря ни на что. И данное знание в нашей ситуации было архиполезно, ибо оно без сомнения должно было поднять боевой дух членов отряда на высокий уровень!
А потому сейчас мыслями я был уже на предстоящей операции.
Анна удивлённо посмотрела на нас и, увидев, что мы не шутим, негромко переспросила:
— Вы, что, и вправду собираетесь опять на них напасть? Сейчас?
Я решил, что ничего секретного в том, что скажу, нет, ведь она, в том числе, тоже являлась членом отряда, и кивнул.
— Ну да.
— Всё равно — не понимаю. Уже ночное время суток и ходить по лесу опасно! Тут же болото рядом!
— Так мы не из чащи атаковать будем, а фактически от выхода из бункера.
— Оттуда? — она удивлённо показала рукой в направлении коридора.
— Ну да, — вновь подтвердил я и, чтобы предупредить возможные вопросы, пояснил: — У меня видеокамеры с датчиками стоят вокруг всей территории.
