Рейчел медленно, с опаской оглянулась. Там, у самой стены, стоял человек, которого можно было бы принять за опоздавшего гостя, – высокий, с выгоревшими на солнце волосами и невыразимо красивым лицом, которое сразу же бросалось в глаза.
Он стоял, облокотившись о мраморную купель. На нем была черная футболка, испачканные грязью джинсы и тяжелые ботинки. Его глаза с золотыми крапинками испустили молнию, которая пронзила Рейчел. Это был Бо.
«Но это не может быть он», – поняла Рейчел, пытаясь унять охватившую ее дрожь. Это уже случалось с ней прежде, в доме Батлеров, когда ей снилось, что она танцует в его объятиях в каком-то нереальном месте и нереальном времени. И во сне он сказал ей, что не может ее любить. Теперь он выглядел точно так же, как тогда во сне, и она поняла, что он нереален: даже Бо Тилсон не появился бы на свадьбе Дарси в таком виде, словно его вытащили из болота. «Долго он еще будет преследовать меня?» – всхлипнув, подумала она.
Казалось, его глаза наблюдали за ней, когда она прижималась щекой к мягким кудряшкам спящей на ее руках малышки. Этот взгляд нельзя было спутать ни с каким другим – он жег ее, как золотое пламя, охватывая руки, лицо, все тело. Бо все еще хотел ее, призывал в своем одиночестве. То же могучее желание было написано на его лице. Но он не любил ее. Эта часть сна оказалась правдой.
Рейчел с трудом перевела взгляд на жениха и невесту. Джим Клакстон поднимал белоснежные облака фаты с лица Дарси, наклоняясь, чтобы ее поцеловать. Она обняла его за шею и поцеловала с такой страстью, что по рядам собравшихся пронесся вздох, сменившийся радостным возбуждением. Когда она отпустила Джима, тот выглядел потрясенным и счастливым.
Когда раздались громкие звуки органа, малышка на руках у Рейчел проснулась и громко заплакала. Рейчел принялась ее укачивать, бросив последний мимолетный взгляд назад. Привидение Бо Тилсона исчезло.
Гости, жившие не в Чарлстоне, покинули изысканный свадебный прием в доме Батлеров довольно рано, стремясь благополучно добраться до дома в такую непогоду. Немногие успели вовремя вылететь в Сан-Франциско, Атланту и Новый Орлеан. А те, кто остался – друзья и родственники, жившие на Айл-оф-Палмс, Хантинг-Айленд, Фрипп-Айленд и даже в Хилтон-Хид, – собрались у телевизора в кабинете и библиотеке, слушая прогноз погоды и рекомендации воздержаться от посещения низинных прибрежных районов. Ближе к вечеру были перекрыты мосты на прибрежные острова.
«Некоторым из гостей придется провести здесь ночь», – решила Дини Батлер, обозревая нижние комнаты дома, где все еще оставалось много народу. Изысканный буфет пополнялся бесконечное количество раз, теперь же уставшие поставщики продуктов разошлись по домам. «В такую погоду все мотели в Чарлстоне наверняка забиты – интересно, сколько раскладушек мы сможем поставить после того, как заполним все спальни?»
– Можно уложить всех на полу, – предложила радостно оживленная Дарси.
Невеста все еще была в подвенечном платье, в одной руке она бережно держала край своей воздушной юбки, в другой – бокал шампанского. Хорошенькое личико Дарси раскраснелось, она выглядела бесконечно счастливой.
– Дорогая, – раздался озабоченный голос ее мужа, – все Клакстоны баптисты-трезвенники, нужно куда-нибудь унести большую чашу чарлстонского артиллерийского пунша, который приготовил твой дядя. Мои родственники думают, что пьют фруктовый сок.
– Бог мой, – хихикнула Дарси, – у меня уже возникли проблемы с родственниками! – и залилась серебристым смехом.
– Это не смешно, Дарси, – сказал Джим мрачно. – Отец уже лежит на диване в кабинете, но я беспокоюсь о матери. Она никогда себе не простит, если узнает, что была навеселе.
Рейчел помогала ухаживать за гостями, пыталась вовлечь в общую беседу молчаливых родственников Джима. Обессилев, она решила передохнуть в библиотеке. Вскоре следом за ней туда вошла Дарси.
Она плюхнулась в кресло и вытянула ноги.
– Ох, Рейчел, свадьба удалась, как ты думаешь? Черт бы побрал эту непогоду! Знаешь, где мы с Джимом проведем нашу первую брачную ночь? Наверху, в моей комнате, среди школьных фотографий и старых кукол. А гости будут спать по всему дому на раскладушках. – Дарси вздохнула. – Так нескладно начался наш медовый месяц. Рейс в Новый Орлеан отменили из-за плохой погоды. Отец сказал, что губернатор намерен до наступления темноты созвать Национальную гвардию из-за угрозы наводнения.
Рейчел взяла со стола несколько тарелок, оставленных гостями.
– Все пришли, кроме Тернеров, – возбужденно говорила Дарси. – По-моему, они слишком старые, им тяжело добираться из Колумбии в такую погоду. А этот мой сумасшедший кузен… наверное, ты думала, что Бо тоже придет?
Рейчел перестала собирать посуду, но не осмелилась поднять глаза на Дарси.
– Кажется, я видела его в церкви, – осторожно заметила она.
– Кого? Бо? Нет, его не было. – Голос Дарси звучал уверенно. – Мама или отец обязательно заметили бы его – у мамы ястребиный взгляд. Кроме того, даже Бо Тилсон не смог бы проделать весь путь из Дрейтонвилла в такую погоду, а затем повернуться и уйти, не сказав никому ни слова. Он знает мамин нрав, она убила бы его за это.
Рейчел закрыла глаза. Значит, его там не было. Ее глаза, ее нервы сыграли с ней злую шутку. Но у нее в ушах еще звучал настойчивый зов: «Рейчел».
Дарси оперлась локтями о колени и, уткнув подбородок в ладони, глядела на телевизионный экран, где показывали карту Южной Каролины, на которой красными линиями были обозначены пострадавшие от стихии районы.
– Надо же, чтобы этот ураган случился как раз на мою свадьбу. Наверное, мама уже позаботилась о подвалах. В последний раз у нас залило отопительную систему, потому что волны захлестнули набережную. Смотри! – воскликнула она, указывая пальцем на экран. – Вот устье Ашипу и залив Святой Елены. Именно здесь метеорологи и делают свои замеры.
По спине Рейчел пробежал холодок. «Вполне возможно, – убеждала она себя, – что Бо преодолел весь путь из Дрейтонвилла, чтобы посмотреть на свадьбу Джима и Дарси, а затем повернулся и уехал, не сказав никому ни слова. Особенно если он видел ее в церкви с дочуркой Джима на руках». Но откуда к ней пришло совершенно необъяснимое послание: что он хочет видеть ее, нуждается в ней? Сейчас, именно сейчас.
– Прости, – перебила Рейчел. – Что, ты сказала, случится, если река в Дрейтонвилле выйдет из берегов?
– Сейчас время весенних приливов и штормовой ветер дует с моря, – объяснила Дарси, хмурясь. – Ох, Рейчел, я выпила слишком много шампанского и плохо соображаю, но, кажется, дела совсем плохи. Вода никогда не поднимается вверх по реке дальше Хейзел-Гарденс, но Дрейтонвилл обычно заливает.
