— Не нужно быть рефрамантом, чтобы уметь соображать, Гирем. Ты считаешь, что эта жидкость приманивает жертв? — в выражении лица девушки, на котором причудливо лежали тени и свет, действительно проступило нечто, что сделало её похожей на рассерженную лису. Гирем подавил желание рассмеяться — смех здесь был не к месту.
«Хотя, почему бы и нет?»
Он рассмеялся, и ему показалось, что эти руины стали немного гостеприимнее.
— Верно.
Лисица посмотрела на него, задрав бровь.
— И что мы будем делать? Сядем рядом и будем ждать, пока сюда не прибежит подопытная крыса?
— Почему бы и нет? Немного передохнём и поговорим. Ты ведь сама сказала, что молчать здесь неуютно. Заодно сменишь мне повязку, а то эта совсем ослабла.
— Я тебе в прислугу не нанималась.
— А разве ты не хочешь казаться обычной простушкой из второсортной таверны? Изволь продолжать играть свою роль.
— Не понимаю, о чём ты говоришь.
— Ну конечно. Последний идиот поверит в то, что кто-то отправит штурмовать Барьер служанку из таверны. Не говоря уже о том, что…
— Тише, — девушка неожиданно ударила его локтём в живот.
— Что? — недовольно откликнулся Гирем и осёкся. Ему показалось, что он что-то услышал. Они затаили дыхание и разом вздрогнули, услышав рядом с собой шорох.
— Здесь кто-то есть, — пробормотал Гирем на ухо спутнице.
— Ага — местные жители стучат костями, — та опустила его руку, сжимавшую факел, вниз, высветив пол.
В тени одной из ванночек бегала крыса. Она двигалась рывками, то и дело замирая на месте, потряхивая усами и таращась на пришельцев чёрными бусинками глаз. Гирем красноречиво посмотрел на девушку.
— Погадаешь мне потом на ладони?
— Заткнись. Если сюда пробралась крыса, значит, где-то есть выход на поверхность.
— Тогда нам ничего не остаётся, кроме как проследить за ней, — Гирем медленно сел на песчаный пол, прислонившись к торчавшей деревянной балке. Помедлив, Лисица села рядом и принялась менять почти истлевший моток ткани.
— На сколько факелов хватит одежды?
— Факелов на пятнадцать. Правда потом нам придётся идти глядя в противоположные стороны. Следи за крысой, Гирем.
— Хорошо.
Юноша с облегчением расслабил больную ногу, и сфокусировал взгляд на грызуне. Веки пульсировали, голова всё ещё отдавалась тупой болью, а по ноге начала сочиться желчь. Вдобавок к этому ужасно хотелось есть. Про несчастный кусок хлеба, съеденный «на завтрак», желудок уже забыл. Но Гирем упрямо не хотел жаловаться и намекать на добавку, частично из-за нежелания выглядеть слабее спутницы, а частично из-за остатков благоразумия, говорившего, что им, возможно, придётся провести в проклятой пещере ещё немало часов, а то и дней, и потому еду нужно беречь.
Он прикрыл глаза и позволил дрёме сковать измученный разум.
4
Лисица с силой наматывала очередной кусок ткани на полуистлевшие останки предыдущего лоскута, представляя на месте кристалла-фокусатора шею Гирема. Потом посмотрела на спутника. Он… спал! Девушка испуганно зашарила взглядом по остаткам древнего помещения и испытала облегчение, увидев, что крыса всё ещё была здесь. Более того, она взобралась на край ванночки и коснулась носом оранжевой поверхности. Девушка невольно облизнула сухие губы.
«Может, ничего страшного не произойдёт?»
Лисица перевела взгляд на парня. Его нога, покрытая чёрной коркой запёкшейся крови, казалась жутким обгорелым куском мяса в оранжевом свете факела. Повязка действительно спала, почти развязавшись. Наверное, она бы уже наложила новую, если бы не тон, которым Гирем приказал ей это сделать.
«Надеюсь, когда мы отсюда выберемся, я тебя больше никогда не увижу».
Девушка снова посмотрела на ванночку с сочной оранжевой субстанцией. Гирем сказал, что запах напомнил ему о лимонных пирожках. У неё он пробудил воспоминания об апельсиновом джеме, который иногда привозил с юга отец. Подумав об отце, он почувствовала, как внутри снова скапливается острая горечь, и постаралась скорее перевести мысли в другое русло. Тихо повернувшись и встав на колени, она вонзила жезл в песок, зафиксировав его в вертикальном положении. Затем, оторвав от своей новенькой, только вчера подаренной Сутраком туники лоскут ткани, начала заново перевязывать ногу юноши. Она не хотела остаться в одиночестве.
Прошло некоторое время, прежде чем Лисица закончила работу. Утерев со лба липкий пот, девушка привалилась к прохладной стене, после чего, поддавшись неожиданному приступу вредности, протянула руку в направлении головы спавшего юноши и щёлкнула его по уху. Тот дёрнул щекой, но не проснулся. Тогда она ткнула пальцем в его нос. Лицо Гирема свело в гримасе боли. Открыв глаза, он оторвался спиной от полуистлевшей балки и вцепился взглядом в ванночку, на которой спокойно сидел грызун.
— Крыса.
Выдохнув, он вытер лицо.
— Прости.
«Ну надо же, ему стыдно», — усмехнулась Лисица, наблюдая за движениями юноши.
— Ничего, ты ненадолго заснул.
Гирем осмотрел себя, потом увидел новую повязку на ноге. На этот раз вместо отчаянной борьбы на лице юноши появилось выражение какой-то спокойной обречённости. Он нехотя посмотрел в глаза девушке.
— Если я увижу, что тебе нужна помощь, то я помогу.
Лисица медленно кивнула, ощущая, что напряжение, царившее между ними с момента совместного заключения под землёй, немного спало. Словно они оба пробили щель в призме предубеждения. Крохотную, но достаточную для того, чтобы не перегрызть друг другу глотки здесь и сейчас.
— Как тебя угораздило попасть в эту компашку? — расслабленно спросил Гирем. — Твои товарищи звучали как головорезы, а ты не очень похожа на самоубийцу.
Она фыркнула.
— В самом деле?
Юноша почесал щёку.
— Ладно, ты похожа на самоубийцу. И всё же?
— Ну, на самом деле мне было наплевать на сциллитумную рощу. Если бы нам удалось — а нам наверняка удалось — провести эту операцию, то я бы узнала для себя кое-что важное.
— Можно ли в принципе ограбить место, охраняемое Теургом и сотнями отборных солдат?
— Не этот тип важного. Тебе не понять.
Гирем хмыкнул.
— Всё, что я понимаю, так это то, что ты безумная девчонка.
— Я сама порой удивляюсь, на что способна, — певуче произнесла Лисица и нахмурившись, добавила. — Кстати, хватит называть меня девчонкой. Может, я даже старше тебя.
— Ты глупая, вот я так тебя и называю.
— А ты у нас светоч интеллекта. Забыл, как недавно хотел слизать со стола пиво? Да и врать у тебя как следует не получается.
Юноша порозовел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
