думаю. Но помощь, возможно, твоя понадобится. Скорей всего, я так предполагаю, неофициально. Я сам пока не знаю с чего начать и где капать глубже. Положимся, как всегда, на интуицию, а она меня редко подводит. Там бог подскажет.
– Я тебя услышал. Поможем, только скажи. А сейчас извини. Ты с дороги, больше не буду тебя мучить расспросами. Поедим, прокатимся, я покажу тебе Грозный. Он очень изменился после последней нашей встречи. Без твоего я согласия заказал столик в небольшом уютном кафе. Приглашаю. Там никто нам общаться не помешает. Нас уже ждут. Можешь отпустить своих сопровождающих, мои люди после сами доставят тебя в гостиницу. Я об этом тоже позаботился.
– Кто бы сомневался, – еле слышно пробормотал Карпов.
– Кирилл Сергеевич. Вот список всех транспортных средств марки «Фольксфаген Транспортер» зарегистрированных на территории нашей области. Все светлого цвета. От абсолютно белого, до голубого, серого, и даже желтого. Из ответа МРЭО182 следует, что таких значится аж пятьдесят восемь штук. Что нам дальше предстоит с этим делать?
Кирилл, сжав губы, нахмурился. На такое огромное количество подлежащих проверки микроавтобусов он не рассчитывал. Немного прикинув, достал из тревожного чемоданчика, пылившегося в шкафу, карту города и области. Разложив ее по всему столу, он стал простым карандашом делать отметки в каких районах они отмечены в списке, которые по порядку диктовал ему Небесный. Разобравшись с этой задачей, почесал затылок.
– Вот, что Василий. Это не приказ, а моя личная просьба. Если ты согласен, то нам методом личного сыска необходимо проверить все эти автомобили.
Тот вытянулся по стойке «смирно».
– Без вопросов, Кирилл Сергеевич. Я готов оказать вам любую помощь, которая потребуется. А, что мы ищем?
Кирилл пожал плечами.
– Да я точно и сам не знаю, что мы ищем. Давай договоримся так. Не светясь, и не привлекая к себе внимания, просто проверяем транспорт и их владельцев. Кто пользуется, и чем он занимается в настоящее время. Находилась ли машина в последнее время на ремонте или была на ходу. Менялся ли последнее время владелец. Короче все, что нужно и не нужно. Можно втайне провести съемку на телефон, как микроавтобуса, так и кто его эксплуатирует. Начни с городских адресов, в западном направлении, а дальше по удаленности. Я же займусь их проверкой в противоположенном направлении. Только сразу предупреждаю. Без ущерба своим прямым служебным обязанностям и особенно личному времени. Понятно?
– Так точно, Кирилл Сергеевич.
– Смотри только, на рожон не лезть, в конфликты не вступать. Пришел, посмотрел, спросил и отвалил. Кстати, как вариант, представляйся как потенциальный покупатель. Мол, хочешь приобрести фургон для личного пользования. Для бизнеса, например. Недурная легенда.
– Я вас понял, Кирилл Сергеевич. Не беспокойтесь, все постараюсь сделать в лучшем виде и как можно быстрее.
– Давай. Шустри.
Небесный проворно вылетел из кабинета. Кирилл смотрел с тревогой ему вслед. В сердце, неизвестно от чего, появилась давящая боль.
Второй день Карпов сидел в кабинете, обложившись подшитыми цветными папками и серыми скоросшивателями, с присущей ему тщательностью перечитывая справки, сведения, донесения по происшествиям в воинских подразделениях, дислоцирующихся на территории Чечни и Ингушетии, разбирая и раскладывая по стопкам более или менее по значимости и содержанию. Пристальное внимание он уделял тем частям, которые курировал и регулярно посещал непосредственно Рахнович. Отдельной проверки подлежали дела, в которых он принимал участие или проводил расследование. Неуставные взаимоотношения офицерского состава, самовольное оставление части, групповые драки на этнической почве заслуживали беглого просмотра и откладывались в сторону. Отчеты по проведению спецопераций по уничтожению членов незаконных вооруженных формирований и особый интерес к фактам хищения оружия и боеприпасов с их последующей продажей или их применения …
Карпов расстегнул еще одну верхнюю пуговицу рубашки. Хоть в помещении вовсю беззвучно работал кондиционер, ему стало довольно душно. Прошелся по кабинету, разминая ноги и вращая головой, увеличивая приток крови.
«Нет, это все не то. Рахнович был довольно не глупый человек. Ох, какой не глупый. Столько лет за время службы ни разу не попасть в поле зрения «особистов»183. Это – талант. А он – хищник. Опытный и осмотрительный, прекрасно понимающий, что любой его промах приведет к его разоблачению и краху. Он не стал бы размениваться по мелочам. Ему необходим был стопроцентный результат. Его редкий уникальный шанс! Напоследок, решить все и сразу. Для него, возможно, дело всей его поганой, преступной и лживой жизни. Он не собирался возвращаться обратно и, недаром им подан рапорт об увольнении. Надо «копать» там, где любые подозрения могли обойти его стороной. Почему я пытаюсь связать его действия только с посещением воинских частей и его служебной деятельностью? Он совершенно свободно наладить отношения с кем-либо и вне службы. Ни кто бы, ни смог этому помешать, придать этому хоть какое-то значение. Привязать к какому-то совершенно не значительному происшествию или случаю. Ведь правильно? Семейными проблемами Рахнович связан не был. Тесных, дружеских отношений с сослуживцами не поддерживал. А размотать этот клубок возможно, только если начать все сначала. И уделить внимание надлежит именно незначительным происшествиям, мелким неприметным эпизодам, не бросающимся изначально в глаза».
Сместив основную массу документов на край стола, Карпов принялся к изучению ежесуточных сообщений по воинским частям, за последние два месяца, сверяя их со сводками правоохранительных органов. Вроде бы ничего особенного. Значимых инцидентов и происшествий не выявлено. И вдруг Карпов невольно напрягся. Что-то он пропустил. Где-то он уже это читал. Как заведенный, машинально стал перебирать отложенные им листы с печатными текстами. Поднес к носу зажатые в руках две страницы, бросая взгляд то на один, то на другой.
«По информации районного одела внутренних дел, утром одиннадцатого апреля сего года, в доме девять, станицы…, расположенного на улице Рабочая, обнаружен труп гражданина Шипилова Е.И., тысяча девятьсот шестьдесят первого года рождения, без признаков насильственной смерти. Проводится проверка. Ага. А вот сообщение от четырнадцатого апреля из войсковой части внутренних войск, расположенной в этом же населенном пункте, о безвременной кончине начальника склада артиллерийского вооружения, старшего прапорщика Шипилова Егора Игнатьевича».
Карпов взмыл над столом, разбрасывая руками папки сложенные на краю стола. Он выдернул из папки заключение о проверки. Вот оно!
«…в лесистой местности Грозненского района Чеченской республики, на правом берегу реки Сунжа, в ходе проведения оперативно-поисковых мероприятий обнаружен активный член банды… оказал вооруженное сопротивления… в ходе боестолкновения, уничтожен… военнослужащими внутренних войск израсходовано две тысячи четыреста семь патронов, калибра семь шестьдесят два, а также пять гранат РГД-5… произведено списание согласно раздаточно-сдаточных ведомостей… усматриваются факты нарушения порядка
