— Конечно, нет. — Она резко прервала его: — Я пойду к Джулии прямо сейчас, а ты должен найти себе другое жилье. Я скажу ее родителям, что ты переехал, так как мы вернулись. Это звучит вполне убедительно.
Джулия приняла подругу с восторгом, однако не могла скрыть печали. Генриетта почтительно поздоровалась с леди Моррис и, потягивая самбуковый напиток, рассказала ей об Испании, об особенностях испанского двора, как бы случайно упомянув, что господин Осберт покинул дом ее мужа и нашел себе новое жилье. Она притворилась, что не заметила, как внезапно побледнела Джулия и как сжались и без того узкие губы леди Моррис.
— Ну хорошо, вам есть, о чем поговорить, — сказала леди Моррис через полчаса, — а мне надо заняться делами, Я оставляю тебя, Джулия, с леди Драммонд, если она не собирается уходить.
— Вовсе нет, мадам, — сказала Генриетта с притворной скромностью. — Я очень благодарна вам за внимание ко мне. Джулия тоже невнятно поблагодарила мать, не поднимая глаз.
— Слава Богу, — сказала Генриетта, когда леди Моррис вышла из комнаты. — Тебя действительно так стерегут, что ты не можешь остаться наедине со своей подругой?
— О, это ужасно, Гэрри! Ты не знаешь, что произошло…
— Знаю, Уилл мне все рассказал, и мы придумали план.
Джулия молча выслушала Генриетту и взволнованно сказала:
— А если все откроется… Я даже не могу представить, что будет.
— А я могу. Но все-таки стоит рискнуть. Если ты примешь мою помощь, я сделаю это от всего сердца. Но если ты не в состоянии… — Она не закончила.
Какое-то время Джулия сидела бледная и задумчивая.
— Я знаю, что следует повиноваться родителям, — наконец нерешительно начала она, — но мне непонятно, почему я не имею права любить.
— Это несправедливо. Твои родители ошибаются, и в данном случае не будет греха, если ты нарушишь запрет. — Поскольку этим принципом Генриетта руководствовалась всю жизнь, слова ее прозвучали чрезвычайно убедительно.
— А как к этому отнесется сэр Дэниел? — отважилась спросить Джулия. — Что он скажет?
Генриетта заерзала на стуле.
— Думаю, лучше, если он не будет ничего знать. Это должно касаться только нас троих. Он тоже отец. Отец двух дочерей. Поэтому, мне кажется, у него будет иной взгляд на нашу затею.
— О, дорогая, — прошептала Джулия. — Я не такая храбрая, как ты. — Она немного помолчала, затем вдруг решительно произнесла: — Да, я согласна. Я сделаю это.
— Браво! Теперь нам остается только убедить твою мать отпускать тебя ко мне одну.
То ли леди Моррис почувствовала, что надо немного смягчить строгий присмотр за дочерью, то ли просто решила, что жена сэра Дэниела Драммонда подходит в подруги Джулии, но она разрешила дочери навещать Генриетту, и план начал осуществляться.
Дэниелу сначала показалось несколько странным поведение жены и Уилла, когда однажды, вернувшись днем домой, он застал их в гостиной. Сам этот факт не вызвал бы у него удивления, если бы Гэрри с пылающими щеками не отскочила от Уилла, когда муж вошел в комнату.
— О, Дэниел, как ты напугал меня, — объяснила она столь странную реакцию. — Хочешь пива или, может быть, вина? Я скажу Хильде, чтобы она принесла.
— И то, и другое стоит на буфете, — напомнил он сухо. — Добрый день, Уилл.
— Добрый день, сэр. — Уилл встал, явно чувствуя неловкость. — Я сейчас уйду.
— Не уходи, — сказал Дэниел. — Выпей со мной вина.
Уилл не мог отклонить приглашение, чтобы не показаться невежливым, и начал светскую беседу, чем крайне озадачил Дэниела. Почему, черт побери, эти двое наиболее близких ему людей ведут себя с ним, как с чужим человеком? Появление детей, вышедших из классной комнаты, внесло некоторое оживление в их натянутую беседу. Уилл и Генриетта поддержали болтовню девочек, а затем Уилл решил скромно удалиться.
— Ты пойдешь завтра на прогулку, Гэрри? — небрежно спросил он, направляясь к двери.
— Днем, — ответила она так же небрежно. — Думаю, к дамбе.
— Можно мы тоже пойдем? — пропищала Нэн.
— Мы уже давно не гуляли там, — добавила ее сестра.
— Только не завтра, — сказала Генриетта. — Если хотите, мы пойдем туда на следующий день.
— Но почему? — хором затянули девочки, не привыкшие к тому, чтобы им отказывали в прогулках.
— Потому что Генриетта говорит нет, и этого должно быть достаточно, — вмешался Дэниел, выручая жену, которая отчаянно искала убедительную причину. На самом деле она просто не хотела, чтобы дети стали свидетелями тайных встреч Уилла и Джулии, хотя их присутствие лишь подчеркнуло бы невинность этих прогулок.
— Но это глупо, — проворчала Лиззи, не подумав. — Должна быть другая причина.
— Извини, Лиззи, я что-то не понял, — сказал Дэниел. — Ты можешь повторить?
— Думаю, она не станет повторять глупости, — вмешалась Генриетта, беря ребенка за руку. — Пойдем попрощаемся с Уиллом. — Она потянула за собой недовольную Лиззи. — Нельзя говорить старшим такие дерзости.
— Но должна же быть какая-то причина? — настаивала Лиззи, зная, что с Гэрри ей нечего опасаться.
— Да, разумеется, но я не хочу объяснять ее. И ты должна это понять.
— Хорошо, — сказала Лиззи после некоторого раздумья. — Но я знаю, что и на это должна быть какая-то причина. — Решив, что не стоит сразу возвращаться в гостиную, Лиззи поднялась наверх.
Уилл с Генриеттой обменялись улыбками, выйдя на улицу.
— Она очень похожа на тебя, Гэрри.
— Знаю. К сожалению, эти особенности характера Лиззи не очень устраивают ее отца… А что касается меня, то он не замечает их.
— Так это же хорошо, — засмеялся Уилл. — Вероятно, он понимает, что перевоспитывать тебя — безнадежное дело.
— Пожалуй.
Они оба рассмеялись, и Уилл обнял ее.
— Встретимся завтра у дамбы.
— Хорошо. — Она слегка коснулась его лица. — Я очень рада снова видеть тебя счастливым, милый.
Дэниел стоял у открытой двери, наблюдая за ними, и размышлял, не ревнует ли он к этому непроизвольному проявлению любви. Они были такими молодыми и полными жизненной энергии, так доверяли друг другу, и у них было общее прошлое. Хотя, вероятно, глупо беспокоиться по этому поводу.
Генриетта обернулась и увидела стоящего в дверях Дэниела. Она подобрала юбки и, улыбаясь, побежала к нему.
— Ты вышел встретить меня? — Она встала на цыпочки и поцеловала мужа.
— Мне показалось, что ты слишком долго прощаешься с Уиллом, — ответил Дэниел, обнимая жену за плечи и наслаждаясь податливой теплотой ее тела. Когда она страстно прижалась к нему, он отбросил все сомнения как явную глупость.
— Я решила немного проводить его. Сегодня такой чудесный день. Может быть, погуляем немного?
