Дрожь прошла по ее позвоночнику, и горло сжалось от внезапной догадки.
— Это ведь не сон, верно? — хриплым, севшим голосом пробормотала она. — Я в самом деле здесь… Но как? — Крис тряхнула головой, не веря, что подобное колдовство возможно.
Однако она так явно ощущала надвигающуюся непогоду, так остро чувствовала присутствие Клода, что сомнения отпадали сами собой.
Магистр чуть нахмурился, словно бы не был доволен ее прозорливостью, но проигнорировал вопрос.
— Что с твоими руками? — голос Клода утратил легкость и стал более напряженным. С чего бы? Кристиана не думала, что ее боль — его забота. Или это ее догадка раздосадовала мужчину?
— Ничего особенного, милорд, работа всегда оставляет следы, а мне отдыхать некогда, — Кристина не признавалась себе, что получает искреннее удовольствие от того, что ощущала его силу, тепло, а ее голову кружил запах его кожи, чуть солоноватый, острый. Мужской. Такой же опасный и острый, как предгрозовой аромат, разливающийся в воздухе. — Как ты смог добиться этого? — попыталась она вернуть себе здравомыслие, но он только усмехнулся.
— Зачем тебе работать? — вопросом на вопрос ответил Клод и посмотрел ей прямо в глаза, мягко, едва ощутимо проводя подушечками пальцев по царапинкам. Кристиана почувствовала, как по коже разлилось легкое тепло и покалывание.
У нее во рту пересохло, словно от жажды, а дыхание стало затрудненным. И вместо того, чтобы возмутиться подобным вопросом, сказать, что лучше сама будет делать всю работу по хозяйству, нежели примет одно из предложений, подобных утреннему оскорблению булочника — она замерла, не в силах высвободиться, не имея возможности отвести взгляд от его янтарно-серебряных глаз.
Где-то далеко прокатились отголоски грома.
Однако это не разорвало нити, будто связавшей их взгляды.
Лицо Клода стало напряженным, но его пальцы так же аккуратно скользили по ее коже, и Кристиана с удивлением поняла, что легкая боль, которая до этого неявно, но неотступно мучила ладони, начала уходить. Он исцелял ее.
— Не надо, — Крис снова попыталась высвободиться.
— Почему ты сама не заживила их, маленькая ведьма? — Клод смотрел на нее с легким недоумением. — Я же чувствую в тебе силу, ты имеешь дар к целительству.
— На мои вопросы не отвечаете, милорд, а сами требуете ответов? — ехидно заметила она, вскинув бровь. — Мне нужна сила для другого, — отведя глаза, все же ответила Крис, с чувством вины вспоминая об отце, — а работу за меня выполнять некому.
Он наклонил голову, испытывающее глядя на нее, и его глаза странно заблестели в холодных отблесках колдовского огня, танцующего на ладони.
— Тогда позволь мне позаботиться о тебе, милая, — он улыбнулся.
Крис моргнула, с недоверием глядя на этого мужчину, который имел славу одного из самых опасных колдунов их времени.
Ей не следует испытывать такое тепло внутри от этой заботы. Он просто пытался задурить ей голову и добиться своего. И не было сомнений, что стоит Клоду получить желаемое — он станет иным. Безразличным, вероятнее всего.
— И какова же будет цена этой заботы? — колючим голосом уточнила она, стараясь отстраниться от желания еще плотнее прижаться к большому мужскому телу, которое казалось таким надежным, внушающим безоговорочное доверие.
— Цена? Никакой платы, — он усмехнулся и, поднеся ладошку Кристианы к губам, поцеловал длинную ссадину, которая на глазах затягивалась новой кожей. — Я сделаю это потому, что хочу унять твою боль.
От этих слов по телу Крис пробежали маленькие грозовые разряды, подобные вспышкам молний, вспыхивающих над ее головой.
Она не нашлась с ответом, и молча, продолжила принимать его заботу, слушая, как все ближе подходит гроза, и все яростней шумят ветви старых деревьев. Но здесь, в объятиях Клода, ей было по странному спокойно.
Внезапно ее голову посетила пугающая мысль, заставившая кожу покрыться «мурашками».
Этот мужчина был подобен урагану.
Таким же опасным и настолько же неминуемым. Он ворвался в ее жизнь, сметя прочь здравый смысл и преграды, которыми Кристиана пыталась защититься. И с каждой минутой, с каждым новым поступком, с каждым словом, сказанным им, Кристиана понимала, что воронка этой бури затягивает ее все глубже.
Но как она сможет противиться ему? Своей неразумной тяге к Клоду?
Тогда, на площади, он показался ей просто нагловатым рыцарем, жаждущим ухлестнуть за любой, мало-мальски привлекательной юбкой. Такому не сложно было сопротивляться. Но и в тот момент ее тело откликнулось на его прикосновение.
Ночью же, у костра, увидев, как он наблюдает за ней, Кристине показалось, что между ними что-то протянулось.
И у реки… вчера…
На щеках Крис появился румянец. В этот момент она была рада, что набежавшие тучи погрузили опушку в сумрак.
Утро, когда Клод поставил Стивена на место, и вот эта его неожиданная, непредвиденная забота — окончательно сбили ее с толку. Сейчас, Кристиана не знала, как ей вернуться на исходные позиции своей неприступности? Как выкинуть этого мужчину за пределы своих укреплений, которые он обходил с пугающей легкостью.
— Для чего ты бережешь свои силы, милая? Что беспокоит тебя больше собственного здоровья? — Его голос был тихим. Бархатным.
Погасив свет, в котором уже отпала надобность, и опустив руку, Клод крепко сжал их переплетенные ладони, наполняя ее ощущением тепла и легкости. В то же время, притягивая ее еще ближе, укрывая собой от резких порывов налетевшего прохладного ветра.
— Я могу помочь тебе с теми заботами. — обхватив ее лицо пальцами, Клод приподнял подбородок Крис, стал всматриваться в глаза, которые она старалась от него спрятать.
— Спасибо, но я и сама справлюсь, — крепко сжала зубы Крис, краем сознания отмечая, что говорит неправду, ей не удалось решить эту проблему самой. Но теперь ее отцу помогут…
— Ты обманываешь меня, — Клод изогнул губы в усмешке и погладил ее щеку горячей рукой. — Я чувствую ложь. Ты не в состоянии справиться с тем, что тебя угнетает.
— Это не ваша забота, милорд, — она испугалась его проницательности или же способности чувствовать ложь. Что, если он ощутит и все остальное? Узнает о ее задании?
Кристиана резко дернулась. Настолько внезапно, что Клод не смог удержать, выпустил ее из своих рук. Воспользовавшись нежданной свободой, она отступила на три шага, не видя, что перепутала направление и спиной стала углубляться в лес. — Ни я, ни мои проблемы — вас не касаются. Найдите себе другой удовольствие. Более доступное и простое, а меня — оставьте в покое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
