Но он медленно, дразняще, обвел большим пальцем контур ее губ, чуть растягивая тонкую кожу. И, не дав договорить, не комментируя собственных поступков, просто покачал головой. Казалось, им не нужны были слова, чтобы дать ощутить другому, насколько важно и бесценно то, что теперь у них имелось.
Все в той же наполненной невысказанными словами тишине, в которой шум воды звучал подобно грохоту водопада, Клод помог ей переступить через край ванны, и сам присел на него, оказываясь позади Кристины, но так и не разорвал контакта их сплетенных рук.
— Не думаю, что позволю тебе ходить на работу… некоторое время, — «очень, очень длительное время», добавил он про себя, но не собирался озвучивать это вслух, догадываясь, что Крис слишком привыкла быть самостоятельной, чтобы легко спустить ему с рук такое ограничение своей свободы. Даже при всем том, что они оба сейчас ощущали. — Впрочем, там и некуда пока возвращаться, если честно, — быстро произнес он, едва увидев, как дернулись ее губы, чтобы возразить. — Редакция больше напоминает зону боевых действий, особенно твой кабинет.
Клод потянулся через ее голову за бутылкой шампуня, который стоял на стеклянной полочке, прикрученной к стене над ванной, и выдавил немного себе на ладонь.
— Черт, это же надо теперь как-то объяснить, — Кристина забеспокоилась, и попыталась увернуться из его рук. Но Клод только усмехнулся и намочил ее волосы, намылив на мокрые пряди свой шампунь.
Мысль, что на ней будет его запах — чертовски возбуждала… и не только парфюмов галантереи. Самого Клода. Скоро.
Да, сейчас ей был необходим отдых, но едва Кристине станет лучше…
Черт! Клод испытывал такой голод по ней, обнаженной, прижатой к его голому телу, по Кристине под собой, что было дьявольски сложно сдерживаться.
Его терзало желание наклониться и обхватить губами острый сосок, темнеющий над водой, омывающей ее тело. Втянуть в свой рот эту тугую горошину и ласкать ее языком, пока Кристина не застонет, откидывая назад голову, накрывая мокрыми волосами его бедра.
Крепко выругавшись в уме, он заставил себя отвести глаза от ее полной груди, и посмотрел на лицо.
Кристина закусила губу и смотрела на него с таким выражением, словно ждала какого-то ответа.
Клоду пришлось быстро вспоминать, что именно она только что говорила.
— Хм, нет, — он мягко массировал ее голову, наслаждаясь прикосновением волос Крис. Да и вообще, получая огромное удовольствие от того, что делал. — Я уже позаботился обо всем. Мои люди представились службой внутренних расследований, — раньше ему никогда не доводилось никому мыть голову. Кроме себя. Но Клод, уж точно, не тратил столько времени и усилий на то, чтобы вымыть свои волосы. — И заставили поверить, что произошло замыкание проводки, или нечто типа этого. Дрю позаботится о том, чтобы все выглядело весьма достоверно. И даже обеспечит следы пожара, если в этом будет потребность, — он ополоснул пену с ее головы, решив, что ей придется часто терпеть его причуды, так как теперь Клод собирался сам мыть волосы Кристины. Так часто, как ему будет этого хотеться.
— И им поверили? — казалось, что, несмотря на свои попытки проявить независимость, и Кристина наслаждается происходящим. Тем, что он сам заботился о ней. — Никому не известным людям?
Она немного недоверчиво хмыкнула.
— Мы умеем убеждать людей, детка, — ухмыльнулся Клод. Но уже через секунду нахмурился, вспомнив о том, о чем не хотелось сейчас думать. — Ведь ты сняла крест? Не позвонила мне, когда это все началось? Видишь, иногда и маги поддаются влиянию большей силы. А что уж про обычных смертных говорить, — он не заметил, как его руки сжались на ее плечах с чуть большим нажимом, чем это было необходимо.
Клод снова, как несколько часов назад, ощутил отголосок ужаса и ярости, которые бушевали у него внутри, когда он ступил в ее кабинет.
Но Кристина потерлась щекой о его ладонь, так, будто поняла, насколько ему необходима уверенность, что с ней уже все хорошо, и она здесь, цела и невредимая.
Ее губы поцеловали его пальцы. Непроизвольно, неосознанно, она пыталась унять ту ледяную тьму, которая постепенно захватывала контроль над ним, после первого шага в сторону искушения силы. И благополучие Крис было единственным, что интересовало эту стороны его натуры.
Потому, Клод был благодарен, что своей нежной лаской, чутьем силы, Кристина поняла, что именно ему необходимо, и без слов, просто прижалась к нему. Обняла так крепко, как только позволяли ее силы, встав на колени из воды.
Он уткнулся лицом в ее мокрую макушку, не обращая внимания на то, что ручейки теплой воды теперь стекают и по нему, пропитывая джинсы влагой. И просто прижал крепче, наслаждаясь осознанием того, что сомкнул на ней свои руки.
А потом, спустя несколько минут, ощутив, что Кристину все сильнее клонит в сон после всех событий и горячей ванны, потянулся за пушистым полотенцем серебристого цвета, в тон всей комнаты, которое висело на сушилке.
— Пошли, милая, уложим тебя в постель, — с нежностью, которой и сам не ждал от себя, Клод укутал Кристину в теплое полотенце, и вынул из ванной.
Он очень старался не замечать, как порозовела ее нежная кожа от горячей воды; и как соблазнительно блестят капли воды, стекая влажными дорожками от ее груди к впадинке пупка, и ниже…
Но, дьявол! От подобного зрелища было сложно отстраниться.
— Я разучусь ходить, если ты даже в спальню будешь доставлять меня таким образом, — Кристина попыталась пошутить, но ее хриплый от желания голос не оставлял сомнений, что не ему одному было сложно сдерживаться.
«Однако для начала, ей все-таки следовало восстановить силы. Главное чаще себе напоминать об этом», — подумал он.
Клод медленно, чуть лениво улыбнулся, толкая ногой дверь в комнату.
— Вот куда-куда, детка, а в спальню, ты точно будешь попадать именно таким образом, — наклонившись, он крепко поцеловал ее теплые соблазнительные губы. — А, насчет остальных мест, посмотрим.
Клод подмигнул, укладывая Крис в кровать, в которой только этом утром, они с удивлением начали понимать, что значат нечто невероятно важное друг для друга.
«Именно здесь ей самое место», — с мужским самодовольством кивнул он сам себе, и потянувшись, разминая напряженные мышцы, лег рядом, сбросив влажные джинсы на пол.
Кристина немедленно устроила мокрую голову у него на груди, и почти тут же задремала, щекоча своим дыханием его кожу.
А он еще долго лежал, не думая ни о чем, кроме странного осознания, что именно сейчас, когда его четко контролируемая жизнь превратилась в полный хаос, а внутреннюю пустоту заполнили давно потерянные чувства, Клод ощущал себя невероятно, нереально живым и счастливым. Просто от того, что она спала рядом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
