– И никаких проблем? Пираты спокойно смотрят на то, что у них под самым носом военная база?!
– А что им ещё остаётся, Макс? Основной флот сгорел возле Ниро. А что не сгорело, то пошло на дрова. Их лоханки нам не нужны, некуда их использовать.
Подавшийся было вперёд император снова принимает прежнюю позу, а я продолжаю:
– Под ловлю рыбы они не идут – слишком узкие и валкие. Да и трюмы маленькие. Под груз – я уже объяснил. А воевать на них – прости, у нас паровые суда имеются. Где мне столько гребцов найти?
Подумав, Атти соглашается.
– И всё-таки я не пойму – почему пираты не пытаются вас выжить?
Улыбаюсь:
– А как? Первым делом мы уничтожили всё, что могло держаться на плаву во всех бухтах их острова. Всего-то две гавани. По нам пытались стрелять… – Я махнул рукой. – Три миллиметра закалённой стали. Шестьдесят сантиметров деревянной подложки из тиса и дуба.
– Слушай, у тебя какие-то монстры получились! Льян мне писала, но она ничего не смыслит в кораблях. Сам знаешь, в Рёко морей нет…
Киваю и заканчиваю разговор:
– Короче, ни одна живая душа с этих самых Пиратских островов не может без моего разрешения и нос высунуть в море. А ты говоришь – спокойно сидят! Они, может, и рады бы нас в порошок стереть, только не на чем. Плоты течение разобьёт. Да и далековато мы от них. В общем, блокаду держим прочно. Там не голодают. Есть поля, скотина. Умудряются ловить рыбу с берега. Немного, но всё же. Но выйти в море… – Скрещиваю перед собой руки. – Только вот солдат у меня мало. Начну высадку – задавят массой. Почему и прошу воинов дополнительно.
Хлоп! – Макс от души хлопает ладонью по столешнице и гулко бухает своим басом:
– Дам! Ради такого случая – не один полк! Можешь три брать! – Тут же хитро прищуривается. – Если прокормишь.
Вот жук! Надо соглашаться, а то он мне всю армию на постой отправит! Мгновенно прикидываю свои возможности.
– Пять.
– Что – пять?
– Пять полков. Двенадцать тысяч воинов с пушками и средствами усиления. Тогда на следующий год мы зачистим побережье Шемахи подчистую. Ну и Альтеро прихватим.
Атти прищуривается, затем его лицо становится грустным. Тяжёлый вздох вырывается из его груди.
– Ключевое слово – на следующий год. Дожить бы до него…
Вот же… Забылся я…
– Совсем плохо?
Он глухо роняет:
– Крестьяне режут лошадей. Есть совсем нечего. Хлеба – только на посев. Спасаемся мясом и твоей рыбой. Чем пахать – не знаю. И конечно, южный проход. Осталось немного. Но вот дальше – кто знает, чем оно закончится?
Я откидываюсь на спинку кресла.
– Трактор нужен? Промышленный. На крюке – шесть тонн.
– Шесть?! А двигатель?!
– Паровой. Правда, сочленённый. Но поворотливый. В горные дороги впишется.
– Где?!
Прикидываю скорость транспортировки:
– Через две недели доберётся до Саля. Своим ходом. Железной дороги-то у нас нет. А разберёмся с пиратами – запущу сельскохозяйственные тракторы. Только вот крестьянам он вряд ли по карману будет…
– Ерунда! Я тут твой личный автобус осмотрел, уж прости за бесцеремонность. Ты знаешь, мне понравилось! Ооли тоже в восторге. Так что делаем тебе первый заказ. Но после того, как ты поставишь нам десять тракторов. Восемь сельскохозяйственных и два промышленных.
Внутри начинают петь птички. Один из промышленников уже скоро будет на месте. Второй почти собран. Я с самого начала собирался отдать их на «стройку века», как я называю про себя прокладку прохода на юге. Ну а сельскохозяйственные уже в работе. Заложил я их двадцать штук сразу. Поскольку рассчитывал на свои угодья. Лендлордовские. Хотя у меня голода нет. Спасает рыбка. И лошадей мои сервы на мясо не пускают. Достаточно и зерна, и муки, и скотины. Ещё кормим солдат гарнизона и кучу беженцев из центральных областей. Их у меня почти две тысячи…
– Мне нужен металл. Спецификация готова. Ну и кое-какие заготовки.
– Дож сделает. Обещаю. Через два месяца получишь всё заказанное. Но солдат – сразу!
Крепкое рукопожатие скрепляет договорённость. Атти называет цену, которая меня полностью устраивает. А поскольку он предложил – чего ради отказываться?
Император звонит в колокольчик, и нам приносят свежий кофе. Я с жадностью пью. Соскучился неимоверно. Так что выпрашиваю пару жестянок домой. Мы выходим из кабинета. Слуги сгибаются в поклоне, но внезапно Макс хмурит брови:
– Где императрица?
Один из слуг вскидывает голову:
– Ваше императорское величество, ваша венценосная супруга…
– Короче! – рявкает Атти.
– Она с баронессой дель Стел. Сразу же, как только господин барон к вам пришёл…
Мы оба переглядываемся, потом бледнеем и срываемся с места, моля про себя всех богов: только бы обошлось!
Вышколенные слуги распахнули двери наших с Яяри покоев, и первое, что мы услышали с императором, – смех. Заливистый, добрый и даже искренний. Застыв, торопливо осмотрели комнату. Потом смех прервался, и мы услышали, как задыхающийся голос Ооли произнёс:
– Ой, слушай, давай больше не будем? А то у меня уже живот разболелся!
Ей ответила моя жена:
– А ещё случай был…
– Нет, не надо! Хватит! А то я лопну от смеха!
– Девочки, что у вас происходит? – Атти не выдержал и шагнул вперёд, пытаясь найти наших женщин.
Из-за кровати показались две растрёпанных головы, взглянули на двери и вдруг раскатились смехом.
– А что смешного-то? – не понял я.
Яяри вскочила и захлопала в ладоши:
– Я же говорила! Ооли, ты мне проспорила банку кофе! Они примчались сюда в поисках трупов и никак не ожидали того, что увидели! Я выиграла!
Императрица тоже поднялась из-за широкого, массивного ложа, украшенного резьбой, и уныло ответила:
– Вот говорили мне умные старшие, что спорить с асийчи себе дороже… – Вздохнула, а потом согнулась пополам, схватив себя за живот обеими руками, и рухнула на покрывало, заболтала ногами в воздухе, словно маленькая девочка: – Яяри, всё! Честно, я больше не могу!
– Да что здесь происходит?! И где дети?
– Спят, – последовал совершенно синхронный ответ наших жён. Потом последовало уточнение: – Поели и спят. В соседней комнате.
Моя аури бесшумно скользнула по толстому ковру с ворсом до середины щиколотки, распахнула другие двери. Сидевшая у колыбели нянька-кормилица при виде нас вскочила, склонилась в поклоне. Мы с Атти бесшумно приблизились, заглянули внутрь и расплылись в улыбках: в одной колыбели спали все трое – наши с Яяри близняшки и принцесса. Причём все трое дружно сопели во все дырочки, и, как мы сразу поняли, им всем было хорошо. Осторожно вышли обратно, прикрыли за собой двери, облегчённо вздохнули – хвала богам, кажется, все нашли общий язык.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
