– Поднять чёрный флаг!
Сигнальщик бросает на меня полный страха взгляд, затем тянет фал. Громадное чёрное знамя Империи медленно ползёт вверх. Ни ветерка, и оно повисает мрачной тряпкой. Но цвет ткань не изменила, и, отвечая приказу на головном броненосце, гулко рявкает носовая башня. Тут же ей вторит кормовая, потому что корабль уже развернулся правым бортом к берегу, и спустя несколько секунд пирс вспухает огненным облаком прямого попадания. А что тут мазать? С дистанции в триста метров, да ещё из единорогов? Действие снаряда просто ужасающе. Когда пламя опадает, я вижу торчащие из воды обломки, куски непонятного происхождения, камень чуть закопчён, потому что весь кусок причала превратился в прах. По краям громадного пролома на уцелевшем настиле валяются груды тел разной степени сохранности, а спустя мгновение из-под них начинают сочиться в воду алые ручейки. Пока перезаряжаются башенные жерла, в дело вступают меньшие бортовые калибры. Прямо над головами защитников рвутся шрапнельные снаряды. Это, конечно, не сегментные с дистанционным управлением, но тоже виден смертоносный результат. Заряды лопаются, и во все стороны с визгом устремляется рой стальной крупы, прошивающей кожу доспехов легче, чем бумагу.
Я заворожённо слежу за избиением противника, не в силах оторваться от зрелища восхитительнейшей бойни, потому что ничем иным это истребление не назовёшь. Впрочем, жалости у меня к ним нет. Слишком много мне рассказали, кое-что видел собственными глазами. Ну и напоследок – на заднем плане пиратов я вижу колья с насаженными на них людьми, корчащимися в агонии. Это рабы…
Первый плашкоут с визгом вылетает на берег, разогнанный гребцами. Вёсла летят на песок, падает аппарель, и по ней с рёвом, держа ружья с примкнутыми штыками наперевес, выбегают солдаты. Навстречу откуда-то вываливается отряд пиратов с мечами и копьями, мои бойцы замирают будто вкопанные, и тут же со стволов срывается пламя выстрелов. Тяжёлые пули прошивают доспехи, разносят на куски черепа, рвут металл кольчуг и доспехов. Пока враги пытаются прийти в себя после ошеломления грохота пальбы, воины уже сблизились и начинают работать штыками. Не знаю, что Атти намудрил с металлом, но гранёные острия пронзают любую защиту, из металла, кожи, стёганого хлопка, словно паутину. Мгновение, и пираты истреблены до последнего. Наша очередь. Баржа врезается в остатки пирса, проламывая остатки свай, падает мостик, и меня ненавязчиво отталкивают назад. Кто-то из бойцов извиняется:
– Приказ, сьере барон. Не обессудьте.
И вся толпа пробегает мимо меня с воплем:
– Во славу Империи! За императора!
Бешеная стрельба, скатывают пушки, гулко бухают башенные орудия «Фиори», перенёсшего огонь на городские строения. Остальные корабли подтягиваются ближе к берегу и начинают сносить стену. А это что?! Корма одного из «малышей» окутывается пламенем, и огненная стрела взмывает в небеса. Полоса пламени прочерчивает бескрайнюю голубизну неба и вонзается куда-то в глубину города. Адской силы взрыв заставляет землю под моими ногами вздрогнуть. Спустя несколько секунд доносится тяжкое эхо взрыва. Мать богов! Что за… Шуточки Яяри! Не иначе! Ну я с тобой, рыжая, поговорю, когда вернусь!
Между тем солдаты, не теряя ни секунды, рвутся вперёд. Основная часть обороняющихся уничтожена на берегу, и из пыли и дыма, которые окутали город, время от времени появляются фигурки раненых солдат, ковыляющих к баржам, где ждут медикусы. Естественно, лекари не только тут, но и в строю. Так что когда наспех забинтованные воины приближаются, к ним бросаются свободные от боя бойцы резерва. Непорядок, но помочь своим – дело святое! Пока медики занимаются ранеными, до меня добираются гонцы. Выслушиваю их доклады – сложностей нет. Отряды уверенно продвигаются к центру, где находится Совет капитанов. Точнее, его здание. Большая круглая башня местной администрации. Я ожидаю там наибольшее сопротивление, потому что есть легенда: когда она будет разрушена, вольница морей умрёт. И я намерен превратить сказку в быль…
– Эй, кто там есть из сигнальщиков? Пусть запросят на «малышах» – ещё ракеты имеются в запасе?
Молодой мальчишка вспрыгивает на бочку, начинает махать флажками. В борту «Неустрашимого», это один из трёх малых броненосцев, открывается дверца, оттуда выскакивает человек и передаёт. Мой человек переводит:
– Имеем в наличии десять штук.
– Пусть везут на берег. Я отправлю за ними один плашкоут. Надо башню Советов капитанов стереть с лица земли.
Сигнальщик машет. Спустя минуту утирает пот со лба и докладывает:
– Готово, сьере барон. Ждут.
Отдаю соответствующее распоряжение и вновь выслушиваю очередной доклад гонца: захвачен городской арсенал, к сожалению, пустой; отбили продовольственные склады, их пытались сжечь, но не успели. Огромные запасы: тонны муки, зерна, масла, вяленой и солёной рыбы. Всё пойдёт в дело. Население Фиори голодает, а до урожая надо дожить…
Внезапно до моих ушей доносится страшный рёв, в котором нет ничего человеческого, скорее крик раненого зверя. Не могу понять, что это такое? Неужели нечто невиданное? Некое чудовище? Всё проясняется спустя минуту, когда передо мной появляется очередной раненый. Он замирает, услышав вопль, и на его лице появляется странная улыбка, боли и радости одновременно:
– Рабов освободили, сьере барон.
Боги! Помоги тем, до кого они доберутся… Вынимаю из сумки флягу, усаживаюсь на подвернувшийся кстати обломок сваи и делаю большой глоток. Теперь остаётся только ждать. От меня больше ничего не зависит. Ан нет – вру. Причаливает баржа, и с неё вытаскивают длинные цилиндры ракет. Подзываю к себе одного из сержантов:
– Бери свой взвод и тащи их к башне Совета капитанов. Есть кто, умеющий обращаться с этими игрушками?
Один из флотских молодцевато отдаёт честь:
– Старший артиллерист Рохо Вард, ваша милость.
– Действуй.
Спустя час до меня доносится мощнейший взрыв, в небо взметается столб огня, дыма и пламени. Всё… И верно. Теперь мне докладывают, что сопротивление прекратилось. Зато начинается другое. Я слышал, нечто подобное произошло в старину, во время одной из древних войн, когда жители, не желая попасть под оккупацию, совершили массовое самоубийство. Все. Дети, женщины, старики… Так и здесь. Мужчины убивают свои семьи, потом кончают с собой. Пленных практически нет. И к утру от пиратской столицы остаётся дымящееся кладбище. Немногих уцелевших сгоняют на берег, где крепко связывают и усаживают на песок. Женщины, дети. Ни мужчин, ни подростков. Те дрались до конца либо умерли от собственной руки. Самый старший из мальчишек на вид лет трёх. Может, младше. Но и он смотрит на меня с ненавистью. А уж какая злоба пылает в глазах женщин, я лучше промолчу. Впрочем, ничего хорошего их не ждёт. Детей заберут в военные интернаты – технология воспитания верных воинов отработана у Атти давным-давно. А женщин сошлют на каторгу… Будь проклята эта война!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
