Актеры впервые в жизни перестали хныкать. Они нарядились в свои лучшие пиратские костюмы, с головы до ног расшитые золотом, нацепили серьги, кортики, сапоги, в которые можно было глядеться, как в зеркало. Артия надела коричневый шелковый камзол с перламутровыми пуговицами, расчесала каштановые волосы с рыжей прядью.
«Ангелия знает: каждый из вас…»
Позади них виднелись очертания острова Трей-Фалько с древнеромейской крепостью. Сейчас ее скрывали клубы дыма. Там проходил самый край поля битвы. Впереди было гораздо страшнее. Пороховой дым повис над морем, будто стена тумана.
Здесь-то и надлежало стоять «Лилии» — согласно полученному приказу. Вместе с ней патрулировали «Страшила» и «Фуксия». Ростра «Фуксии» изображала молодую девушку в белом платье с венком из цветков фуксии. Некоторые мужчины находили ее прехорошенькой. В этой группе были и другие корабли. И каперы, и небольшие военные бриги, наподобие «Вот это пчелка!», футах в ста пятидесяти разрезал волны громадный линкор «НЕБЕПС» (полное название — «Не надо было есть последнюю сосиску»). Этот корабль, герой шутливых баек, оказавшийся настоящей грозой морей, на всех парусах шел к месту назначения, туда, где кипело сражение; он входил в атакующую колонну Гамлета Элленсана. Позади нее покачивался на волнах трехпалубник «Будь ты проклят». «Пегас» и «Непобедимый» уже вовсю вели бой.
Вдруг дымную пелену разорвала яркая багровая вспышка.
Уолтер сдавленно вскрикнул.
Артия скомандовала:
— Мистер Вускери, пушки к бою!
Ибо на них надвигался корабль, невидимый за стеной тумана. Они успели различить только мелькнувший в дыму бом-брамсель да языки пламени, вырвавшиеся из пушек. Франкоспанец покинул строй и, подбитый и преследуемый, направлялся в сторону Середиземноморья. «НЕБЕПС» и «Будь ты проклят» тоже исчезли в дыму, будто исполинские призраки.
Через мгновение франкоспанский корабль появился. Он был сильно потрепан. У него оставалась единственная надежда на спасение — поскорее покинуть поле боя. Две из трех мачт рухнули и тащились сзади по морю, их крепко удерживали рваные снасти и паруса, но на реях всё еще развевались красные флаги. Борта почернели от дыма, верхняя палуба казалась пустой. Подойдя ближе, корабль дал последний залп. Ядра пролетели прямо перед носом «Лилии» и со всего размаху ударили стоявшего в отдалении «Страшилу».
«Страшила» ответил залпом на залп. Но франкоспанец оказался крепким. На нем еще сохранилось тридцать с лишним пушек, и капитан, видимо, решил: если уж им суждено спасаться бегством, так нужно по дороге нанести неприятелю как можно больше вреда.
На борту виднелось название: «Адьос»[11].
Артия взревела во всё горло. Вускери тоже.
— Огонь!
«Лилия» привычно вздрогнула. Грохнули пять бортовых пушек.
Сквозь туман Артия разглядела, что «Страшила» получил пробоину. В чрево корабля хлынула вода. Он стал медленно заваливаться набок.
Лишенный мачт «Адьос» неуклюже развернулся и рявкнул пятнадцатью пушками.
— Переложите руль, мистер Плинк.
«Лилия» развернулась. Но в ее поручни и фальшборты впились три черных ядра, окутанных белым паром. На палубу посыпался жгучий дождь из щепок и обломков металла.
Завертелся на месте и упал Дирк; Питер, не веря своим глазам, смотрел, как по его рубашке расползается красное пятно. Вкусный Джек перегнулся через планшир и выстрелил из кремневого ружья в сторону вражеской палубы.
В ответ донеслись крики.
Вкусный повернулся и серьезно посмотрел на Артию.
— Простите, миссис капитан. Нарушил ваш закон.
Артия ничего не сказала. Только кивнула, и всё.
А мгновение спустя «Адьос» пальнул снова. «Лилия» пошатнулась.
— Сплошной огонь! — рявкнула Артия.
И пушечная команда принялась давать один бортовой залп за другим. Тазбо и сам чуть не загорелся — с такой быстротой он носился от бочонков к пушкам, зажав в руке фитильный пальник.
«Страшила» тонул. Людей с него выловила из воды команда «Фуксии». До чего же неуместна здесь, среди боя, девушка с цветами у них на носу!..
Тут из дыма, будто по волшебству, вырвался ангелийский фрегат «Вперед», а перед ним катились голоса его пушек.
Третья мачта на «Адьос» разлетелась в пыль. Два пушечных порта оплавились…
К небесам вознесся громкий стон. Кто это кричал — сам корабль или моряки? Нос внезапно опустился в воду, и борт раскрылся белоснежным цветком — это взорвалась одна из его собственных пушек.
Люди на палубе «Лилии» пустились в пляс, их лица горели свирепой радостью. Ликовал даже Питер в окровавленной рубашке. Их было не узнать.
— Они тонут!
— Скатертью дорога!
— Провалитесь в брюхо к дьяволу!
Артия увидела, что Вускери покинул пушку «Лилии» и склонился над Дирком. Тот еле слышно проговорил:
— Ничего, дорогой. Ничего страшного. Просто ногу немножко сломал.
Артия обернулась к Честному Лжецу.
— Вы ни разу не выстрелили?
— Простите, капитан.
— Слава богу, мистер Честный.
* * *
Мистер Витти, помощник парусного мастера, стоял на корме «Победоносного» под бизань-мачтой и осматривал нижний парус. Он был порван, но не слишком сильно. Заодно Витти держал наготове пистолет. Тот уже нагрелся от частого употребления.
«Победоносный» прорвался сквозь строй лягушатников и взял в плен несколько кораблей, но флагман «Шевалье» всё еще прятался в дыму. Поймав свежий ветер с северо-запада, они на хорошей скорости шли к югу. В этот момент «Победоносный» оказался в самой гуще сражения, однако это продлится всего лишь несколько минут.
Витти успел заметить у левого борта «Титан» — тот что есть силы колошматил франкоспанский «Гар! Се муа»[12]. Оба корабля тонули в серовато-желтом мареве. Потрепанный франкоспанский «Пардоне ма форс» лежал мачтами вниз, завалившись на правый борт. Он уже сдался и спустил флаги, несмотря на гордое имя — «Простите мою силу». К этому времени, насколько позволял видеть дым, уже пять франкоспанских кораблей спустили флаги и сдались в плен. Остальные, сильно поврежденные, уходили в Аталантику, потому что не могли больше сражаться. За ними гнался осиный рой: «О Эдгар, это ты? Ах!», «Уфф, простите» и «На кого смотришь?». Судя по доносящимся с запада раскатам, они напоследок задавали лягушатникам жару.
А на севере тем временем мистер Витти заметил «Тьфу ты черт».
Стройный, хоть и не самый большой парусник храбро напал на франкоспанский линейный корабль «Вус ан ба»[13]. Но ко дну прямым ходом шел как раз «Мы вас потопим».
Осмотрев бизань-парус, мистер Витти и еще десять человек развернулись и пошли в бой на нескольких храбрецов, попытавшихся с ножами в руках взобраться к ним на борт. Через минуту те разжали руки и посыпались в воду.
