— Он прекрасный человек, леди!
— Я знаю. Пожалуйста, отправьте мое письмо поскорее.
Нильс задумчиво посмотрел на пергамент, свернутый в трубку, и отправился искать лорда Ренальда. Он нашел его в саду. Ренальд сидел на скамье, обхватив голову руками.
Нильс осторожно кашлянул. Ренальд поднялся и, тяжело вздохнув, спросил:
— Что там еще?
— Леди Клэр попросила меня отправить письмо. К епископу, — набравшись смелости, вымолвил монах.
— Понятно.
— Отправить его, милорд? — спросил Нильс, не дождавшись распоряжений хозяина на этот счет.
— Да, конечно.
Нильс не понимал, почему Ренальд вдруг перестал бороться за Клэр. Почему не пустит в ход все свое обаяние и не завоюет ее сердце окончательно? Монах давно наблюдал за ними и видел, как они слоняются по Саммербурну, неприкаянные, словно осенние листья, сорванные ветром с дерева. Они почти сталкиваются, но никогда не прикасаются друг к другу.
— Хотите, я прочту вам письмо, милорд?
— Нет! — твердо произнес Ренальд. — Отправь письмо, Нильс, а потом найди записи в хозяйственной книге о шерстяной фабрике в Дорчестере. Сдается мне, она может давать более солидную прибыль.
Нильс сокрушенно покачал головой и отправился выполнять распоряжения.
Глава 18
Отправив письмо епископу, Клэр поняла, что теперь необходимо позаботиться о безопасности своей семьи. Она спокойно отправилась в Сент-Фрайдсвайд — Ренальд уже перестал следить за ее перемещениями.
Иногда в минуты слабости ей хотелось, чтобы Ренальд проявлял к ней больше интереса. Лежа по ночам без сна в своей постели, она мечтала, чтобы он соблазнил ее. Как бы ей хотелось оказаться прикованной к нему против своей воли!
Стараясь не думать о своем последнем визите в монастырь, Клэр постучала в двери и попросила о встрече с матерью Уинифред. Ее проводили к ней в кабинет.
— Преподобная мать, — начала Клэр, присаживаясь. — Я хотела бы знать, сможете ли вы приютить у себя моих мать, бабушку и теток.
— Христианское милосердие велит нам предоставлять убежище каждому, кто в нем нуждается, леди Клэр, — ответила та.
— А что, если они придут с пустыми руками?
— Ну, это создает определенные трудности. Наши средства ограниченны, а нужды бедняков огромны. Мы не в состоянии прокормить много бездельников.
— Я уверена, что они могли бы работать, если вы найдете им занятие, достойное благородных дам.
— Такой работы у нас практически нет.
— Единственное, что они могут с собой привезти, — это золотой кубок, осыпанный драгоценными камнями. Он очень дорогой, — предвидя такой ответ настоятельницы, предложила Клэр.
— Вот как? А он принадлежит им? Если вы просите приюта для своей семьи, значит, намерены расторгнуть брак, леди Клэр? В таком случае, насколько я понимаю, ни у вас, ни у ваших родственников гроша ломаного не будет за душой.
— Лорд Ренальд подарил мне этот кубок. Без всяких условий. Он мой. Если нужно, лорд подтвердит это.
— Он благородный и щедрый человек, — заметила монахиня, скрестив руки. — Почему же вы не хотите сохранить этот брак?
— Вы же сами называли его убийцей, — растерялась Клэр.
— Большинство мужчин такие. Если женщина хочет выйти замуж, у нее нет шансов найти ангела во плоти.
— Но у женщины есть право не хотеть себе в мужья убийцу своего отца.
— Согласна. Вы тоже придете в монастырь?
— Нет, преподобная мать. — Клэр поднялась. — Я не могу оставаться рядом с Саммербурном. Мы с братом отправимся во Францию — к родственникам матери. Я устрою его судьбу и пойду в монастырь. Если мать и тетки поедут с нами, что ж, пусть едут. Но леди Агнес не перенесет такого тяжелого путешествия.
— Леди Агнес не захочет здесь остаться, — усмехнулась настоятельница. — Но можете не сомневаться, в монастыре она получит необходимый уход. Здесь ее примут с радостью.
— Спасибо, — кивнула Клэр.
— Ты выбрала нелегкий путь, дитя мое, — поднялась следом мать Уинифред. — Я буду молиться за тебя.
Весь обратный путь Клэр думала о том, насколько ей было бы легче, если бы все уже было позади и им не нужно было бы снова встречаться.
В тот вечер Ренальд вдруг сказал:
— Я слышал, ты писала епископу.
— Если честно, то дважды. Эйдо увез первое письмо больше двух недель назад, — призналась она.
— Ты не получила ответа?
— Еще нет. Поэтому я написала еще раз.
— А что, если епископ ответит положительно?
— Тогда все наконец устроится, — как можно равнодушнее ответила Клэр.
— А если он откажет тебе?
Клэр отвернулась. Она не знала ответа на этот вопрос.
— Если епископ откажет, тебе придется просить короля, Клэр.
— Ты думаешь, он согласится?
— Вполне возможно. У тебя достаточно оснований для такой просьбы. И еще… я готов присоединить к твоему прошению свое.
— Ты хочешь?.. — изумленно вымолвила Клэр.
— Нет, — с улыбкой ответил он. — Никогда. Но не могу же я заставить тебя любить себя силой!
— Тогда ночью… — начала Клэр, но вовремя осеклась.
— Я знаю.
Они остались сидеть рядом. Молча. Разделенные пропастью.
На следующий день прибыл гонец от епископа. Клэр дрожащими от волнения руками развернула пергамент. Она получила отказ.
Невероятно, но Клэр испытала огромное облегчение.
— Скажи мне, что в письме?
Она вздрогнула от неожиданности, потому что Ренальд никогда не переступал порога ее комнаты.
— Мы спали в одной постели, поэтому епископ считает наш брак состоявшимся, — ответила Клэр, стараясь отогнать воспоминания.
— Весьма неблагоразумно с его стороны. Тебе надо настаивать на освидетельствовании.
— Он пишет об этом, — раздраженно отозвалась Клэр. — Но утверждает, что брак считается состоявшимся уже при соприкосновении обнаженных тел.
— Возможно, король сумеет заставить его изменить свое мнение. Наш месяц почти подошел к концу.
Клэр прекрасно помнила об этом. Ее раздирали противоречивые чувства: желание поскорее расстаться с Ренальдом и страх потерять его навсегда.
— Значит, мне нужно написать королю?
Ренальд помедлил с ответом, и Клэр удивленно взглянула на него.
— Мы приглашены ко двору, — сказал он. — Сегодня утром я получил послание от короля.
— В Лондон? Но зачем?
— В Кэррисфорд, там сейчас находится двор. Король узнал о нашем обете и хочет благословить его завершение.
— Что же нам теперь делать? — в страхе зажала рукой рот Клэр.
— Я должен подчиниться приказу, и ты тоже, поскольку ты — моя жена. Но сможешь ли ты, представ перед королем, удержаться от высказывания мятежных мыслей?
— Нет! — с горечью в голосе воскликнула она. — И с какой стати я должна это делать? Он убил своего брата. Украл корону Британии. Использовал тебя, чтобы убить моего отца за то, что тот сказал правду. И все это привело к…
