Мария Годунова. Нашего государя так просто не взять.
– Армию против него послали большую.
– И кто главный воевода?
– Князь Телятьевский.
Атаман засмеялся.
– Нашла кого назначить. Будь моя воля, я поставил бы над всеми Басманова. Ну, это если бы я был на стороне Годуновых. Я вот ныне утром побывал в схватке с конными стремянными стрельцами. Скажу пану, что рубиться они умеют.
– Атаман одолел их?
– Нас было больше. Но большая часть их отряда сумела уйти. Так что сия дорога небезопасна. У пана имеется послание?
– Послание?
– Я не спрашиваю пана для кого оно и от кого. Я спросил – имеется ли оно?
– Да, – ответил Нильский. – И послание важное. Пан возьмется проводить меня до Коломны? – спросил Нильский. – Конечно, если у пана есть время?
– Я отправлю своих по тому делу, которое должен здесь решить, а сам с десятком казаков провожу пана.
Атаман отдал приказы, и его сотники быстро отобрали для него казаков. Это были лучшие испытанные в боях воины. Нильский оценил их по умению управляться с лошадьми…
***
Ян поначалу наотрез оказался ехать в Коломну. Но Шишкин настаивал.
– Разве никого кроме меня нельзя послать туда?
– Но сие задание для пана!
– Я не желаю удаляться от Елены! Я должен найти её.
– Пан!
– Я все сказал!
– Пан забывает, что он на службе у царевича Димитрия!
– Разве мало я сделал для царевича? Я рисковал своей головой и не один раз! Но для чего я все это делаю? Разве жду я почестей и наград? Мне надобна только Елена!
– Так ради того пану и надобно в Коломну!
– Не понял пана. Что такое пан сказал?
– Не хотел говорить заранее, но так и быть. Пусть пан знает.
– Что?
– Панна Елена в Коломне! – соврал Шишкин.
– Пан лжет!
– Я знаю, что говорю и потому попросил, дабы сие поручение доверили именно пану! Для сего путешествия надобна смелость. Ибо в Коломне пока всем правит наместник Федора Годунова.
– Но что там делает Елена?
– Она прячется, в доме у Афанасия Нагого. И именно к сему пану ты и поедешь, пан поручик.
– Если Елена там, то я готов.
– Вот и отлично.
– Но если пан мне соврал, то…
***
Атаман Заруцкий был молод. Рост имел высокий, стать крепкую. Лицом красив. Нильский отметил, что если сего казака одеть в шляхетский кунтуш, он вполне сойдет за благородного.
– Могу я задать вопрос, пану атаману? – спросил Нильский, когда они отправились.
– Задавай, пан.
– Пан атаман родом не с Дона?
– Нет, пан. Я с Тарнополя. Сын городового казака, который подался в купцы.
– Так пан атаман из Речи Посполитой?
– С Украины, пан шляхтич. Но еще мальцом ездил с отцовским карваном в Крым и на нас напали немирные татары. Отца убили, а я попал в плен и был продан туркам.
– Так пан был в плену?
– Жил в самом Стамбуле. Затем бежал и оказался на Дону. Атаману Войска Донского пригодились мои знания турецкого и татарского языков. Так и выдвинулся среди донских казаков. Затем вместе с атаманом Корелой отправился в стан царевича.
– Пан столь молод, а так много пережил.
– А ты сам, пан? Давно у царевича?
– С начала похода. Был в Самборском замке воеводы Мнишека и пошел служить царевичу.
– А видал пан Марину Мнишек? – вдруг спросил Заруцкий.
– Видел и не один раз, – ответил Нильский. – А что она так интересует пана?
– Дак казаки говорили о редкой красоте той панны.
– Красоте? – удивился Нильский. – Но я не сказал бы, что панна Мнишек большая красавица. А вот гордячка она, каких мало. Желает выйти замуж только за государя. Верит в свой высокий жребий от рождения.
– Пан говорил с ней?
– И не один раз.
– А посмотрела бы та панна, скажем, на меня? – вдруг спросил Заруцкий.
– На простого казака? Пан шутит. Она и на князей мало смотрела. Панна Мнишек метит много выше.
Больше Заруцкий не говорил о Марине Мнишек. Но много бы подивился пан Ян, если бы мог видеть будущее. Место сего казака при первом самозванце не было великим. Но при Лжедмитрии Втором он поднимется высоко. И Марина Мнишек именно сего атамана изберет своим фаворитом. Это от него она родит сына Ивана. Но все это было еще впереди.
– Скажи мне, пан Ян, отчего тебя отправили одного? Дорога на Коломну опасна.
– Возможно те, кто послал меня, верят в мою удачу.
– Удачу? Пан шутит?
– Я не знаю того, пан атаман. Я исполняю приказ. Хотя удача не отвернулась от меня. Ведь повстречал же я тебя на своём пути.
– Может и так, а, может, и нет.
– Что пан атаман хочет сказать? – спросил Нильский.
– Только то, что одному ныне опасно на дорогах Московии.
– Мой господин пан Замойский, коронный гетман Речи Посполитой, когда посылал меня в Самбор к Мнишеку, также не дал мне сопровождения. А дороги и у нас опасны для одинокого путника.
– Ныне война в нашей державе, пан. И коли надобно убрать кого с пути, то лучше нету, как отправить его гонцом.
– Ты про что говоришь, пан атаман?
– Может от пана хотят избавиться? – прямо спросил Заруцкий.
–Но мне доверили послание. Хотя…, – Нильский вспомнил слова юродивого. – Хотя совсем недавно мне была предсказана смерть. Это сказал один странный человек, в рваной одежде и увешанный цепями.
– Юродивый? – спросил Заруцкий.
– Да. Он сказал, что меня ждет смерть, если я не вернусь домой.
– И пан не поверил ему? А иногда юроды пророчат судьбу. Может зря пан отказался возвращаться?
– Я не могу вернуться, пан атаман. Я должен сначала получить то, зачем я сюда пришел.
– Пан пришел за золотом?
– Нет. Я пришел за женщиной. И та панна станет моей.
– Или пан примет смерть, как ему предсказано.
– А что есть смерть, пан атаман? Жизнь человека слишком коротка. Дыхание наше есть дым, а любовь есть искра. За неё стоит рисковать…
***
Ян попрощался с атаманом Заруцким:
– Спасибо тебе, атаман! И за охрану, и за компанию.
– Было приятно поговорить с паном.
– Пусть удача и далее сопутствует пану атаману.
– И тебе удачи, пан шляхтич. Буду рад встретить тебя еще раз и выпить с тобой вина.
– Может мы, и встретимся с тобой в Москве, пан атаман.
– Прощай!
Ян въехал в крепость. Ему были известны пароли и его сразу пропустили в ворота без досмотра. Охранная воротная сотня стрельцов была явно не на стороне Годунова.
Нильский слышал их разговоры. Все только и говорили, что о царевиче Дмитрии Ивановиче. В городе на торге он быстро узнал, где имеет жительство Афанасий Нагой.
– А тебе зачем сие надобно, молодец? – спросил торговец сбитнем Нильского.
– Дак посмотреть желаю на него.
– Посмотреть? – сощурился торговец. – Ныне наш воевода не сильно жалует тех, кто смотреть на Афанасия любит.
– Есть люди и повыше вашего воеводы, – сказал Нильский.
– Есть, – согласился торговец.
– Тогда пусть пан торгует и не задает лишних вопросов. Скоро Димитрий Иванович будет в Москве. Пан слышал, что его войско идет на Москву?
Сбитенщик побледнел и пожелал Нильскому счастливого пути…
***
Афанасий Нагой, брат царицы Марии, давно ждал людей от царевича Димитрия. Конечно, он хорошо знал, что объявившийся наследник, никакой
