Лошадь попыталась встать на ноги, но снова упала, заржав от боли.
Текс не терял ни минуты. Как только лошадь взвилась на дыбы и понесла, он бросился вдогонку. Через несколько мгновений он оказался рядом с лежавшей на земле Дженни. Текс присел на корточки и, приподняв юбку, осмотрел ногу, слегка ее пошевелив. Она отвернулась, сжавшись в комок: боль тысячами игл пронзила тело, но Дженни даже не вскрикнула, усилием воли подавив стон. Текс осторожно поднял ее на руки.
— Куда вы хотите меня нести? — побледнев от боли, спросила Дженни.
— Чертова дура! Тебе что, убиться захотелось?
Дженни ничего не сказала и закрыла глаза.
— Лошадь придется пристрелить — у нее сломаны обе ноги. Зато у тебя нога вроде в порядке.
— Не сломана? — шепнула Дженни, открыв глаза.
Текс кивнул и заглянул в ее подернутые дымкой, бездонные глаза. Как он ни старался, мысли ее остались скрытыми от его проницательного взгляда. Текс не мог даже определить, была ли она испугана.
Дженни ни разу не крикнула, и он по достоинству оценил ее самообладание.
И Текс понял, что он встретил себе достойную пару.
12
Прошло несколько недель. В кафе «Вкусная еда» наступил час обеда, все столики были заняты. Слышался стук ножей и вилок, по залу плыли звуки музыки.
Элизабет-Энн поставила тарелку с едой перед шерифом Паркером и с удивлением взглянула на вошедшую Дженни, которая презрительным взглядом окинула кафе, не обращая на нее никакого внимания.
— Привет, Дженни, — поздоровалась Элизабет-Энн.
— Тетя здесь? — наконец удостоила ее взглядом Дженни.
— Да, она на кухне.
— Будь добра, попроси ее выйти ко мне, — сказала Дженни, сложив на груди руки и нетерпеливо постукивая по полу ногой.
Элизабет-Энн удивленно посмотрела на нее, потом пожала плечами и вытерла руки о фартук.
— Хорошо. — Она толкнула дверь кухни и вошла.
У большой, пышущей жаром плиты стояла Роза и разливала по тарелкам с рисом горячую мясную подливку. Наклонившись над столом, Эленда взбивала венчиком белки.
— Сколько еще порций? — спросила она через плечо, услышав шаги Элизабет-Энн.
— Семь или восемь, — отозвалась Элизабет-Энн и мягко добавила, помолчав: — Тетя!
— Да, дорогая?
— Там пришла Дженни.
— Дженни… — Эленда отложила венчик и улыбнулась. — Очень хорошо, сегодня на удивление много народу, лишняя пара рук не помешает. — Она вздохнула и устало потянулась.
— Не думаю, чтобы она пришла помогать, — сказала Элизабет-Энн бесстрастным голосом.
— Вот как! — Эленда замерла, не распрямив до конца спину.
— Она хочет поговорить с тобой.
— Но я же здесь.
— Но она хочет, чтобы ты к ней вышла, — с ударением проговорила Элизабет-Энн.
Роза отвернулась от плиты и выразительно повела глазами, со стуком поставив на стол тарелку, которую держала в руках.
— Будто дел других нет, все бросай и беги, когда их величество зовет.
— Хорошо, — сказала Эленда, оставив замечание Розы без ответа, — передай ей, что я сейчас выйду.
— Если молодая леди хочет вас видеть, то почему она не придет сюда? — настаивала Роза, покачивая половником в такт своим словам.
Элизабет-Энн улыбнулась и взяла три тарелки с дымящейся едой. Держа в каждой руке по тарелке и ловко подхватив третью, она направилась к Двери, движением бедра открыла ее и вышла в зал.
— Ну? — требовательным тоном спросила Дженни.
— Сейчас подойдет.
— Хорошо, — улыбнулась Дженни. — Я бы предпочла, чтобы ты присутствовала при нашем разговоре и слышала, что я хочу сообщить.
Элизабет-Энн рассеянно кивнула и прошла с тарелками через зал. Одну она поставила перед мистером Макэлви, две другие — перед сестрами Бэрд, потом подняла голову и увидела выходящую из кухни Эленду.
Сердце Элизабет-Энн защемило от боли. Она видела, что в этот день у Эленды обострился артрит, и ей было тяжело смотреть на тетины страдания. Элизабет-Энн беспокоило и то, что Эленда сильно похудела. Она всегда одевалась очень элегантно, теперь же одежда, которой она так гордилась, болталась на ней, как на вешалке. Походка ее тоже изменилась. Ходила она медленно, осторожно, маленькими шажками, с трудом передвигая ноги в комнатных туфлях.
— Кушайте на здоровье, — улыбнулась она сестрам Бэрд и заторопилась, чтобы присоединиться к Эленде и Дженни.
— Можем мы сейчас поговорить? — осведомилась Дженни.
— Мы сейчас очень заняты, Дженни, — сказала Эленда, окидывая взглядом обеденный зал. — Нельзя ли перенести разговор?
— Это очень важно, — выразительно сказала Дженни. — И времени много не займет.
— Ну хорошо. — Эленда через боковую дверь вышла в коридор, Дженни жестом позвала за собой Элизабет-Энн. Эленда через силу, медленно поднималась по ступеням. Сердце Элизабет-Энн разрывалось от жалости.
Они вошли в гостиную, Эленда тихо прикрыла дверь и вопросительно посмотрела на Дженни.
Дженни оставалась внешне спокойной, но в глубине ее глаз горел огонь. Неожиданно она взяла Эленду за руки, чего не делала уже много лет. Пораженная Эленда смотрела на нее с немым удивлением, но, когда Дженни наклонилась и поцеловала в щеку, губы ее дрогнули, а на глаза навернулись слезы.
— Итак, — наконец проговорила Дженни, выпуская руки Эленды. — Никто не хочет меня поздравить? — Она повернулась к тете, не в силах больше сдерживать свое торжество.
— С чем же тебя поздравить? — не поняла Эленда.
— Я выхожу замуж, — объявила Дженни, хитро улыбаясь.
— Замуж? — Эленда судорожно глотнула воздух и подозрительно на нее посмотрела. — Но это так неожиданно! — воскликнула она. — Просто как гром среди ясного неба.
— Разве ты не рада за меня? — с неожиданной горечью спросила Дженни.
— Ну, почему, конечно, рада, — торопливо проговорила Эленда, сжимая от волнения руки. — И кто же счастливый избранник?
— Отгадайте, даю вам три попытки! — Глаза Дженни торжествующе сверкнули.
— Это Текс Секстон, правда? — тихо спросила Элизабет-Энн.
— Как ты узнала? — Глаза Дженни сразу же погасли. — Ах, да, конечно, — рассмеялась она. — Я совсем забыла. Твой муж рассказал тебе, что я встречаюсь с Тексом.
— Но ты ведь его мало знаешь, — сказала Эленда, не отрываясь глядя на Дженни. — Я хотела спросить, как же вы познакомились, я совсем ничего не знала… — Она повернулась к Элизабет-Энн. — Что сказал тебе Заккес?
— Только то, что Дженни и мистер Секстон часто видятся. И больше ничего.
— И никто из вас мне ничего не сказал? — На лице Эленды появилось обиженное выражение.
Элизабет-Энн прикусила губу. Что она могла сказать Эленде? То, что Дженни много времени проводит на ранчо Секстонов? Но она ей не нянька. И ее не касается, если у Дженни роман с Тексом. Она достаточно взрослая и в надзоре не нуждается.
